Профессиональный оборотень - Андрей Олегович Белянин Страница 273

Какой-то незамутненной частью мозга я понимала, что вопить надо было раньше. Но ведь не верила до последнего… И до сих пор не верю! Доктор наук, болтая ногами, испуганно пытался от меня отцепиться. Он хорошо помнил, что учиняли здесь в прошлом году и я, и Алекс, – повторение смерти подобно. Пути мирной гоблинской лаборатории «Вход воспрещен всем, кто выше метра ростом» и профессиональных оборотней снова пересеклись!

– Шеф, но ведь в принципе есть один способ. Если они действительно согласны на все… – пропищал кто-то у меня за спиной. Молодой худой гоблин, наверно, младший научный сотрудник.

– Вот видите! – торжествующе взревела я. – Так вы от нас что-то скрывали?! Я же все здесь по кирпичику разнесу… Любимый, не держи меня!

Алекс с величайшим трудом, политикой силы и уговоров, сумел-таки вырвать гоблина из моих рук и… гневно перевернуть вверх ногами:

– Любимая, держи меня, или я продолблю здесь колодец госпитальеров ученой головой этого гамадрила!

Начальник лаборатории покосился на него снизу вверх, силясь определить серьезность намерений. Видимо, он еще сомневался… Зря, милый, зря!

– Не смей! Он мой, я сама его убью!

Минуты три мы старательно тянули обалдевшего гоблина за руки и за ноги каждый к себе. На шум борьбы сбежались остальные сотрудники лаборатории. Вооруженные пинцетами и огнетушителями, они отчаянно пытались отбить своего научного руководителя. Фарди быстренько прикинул последствия возможных разрушений и сдался:

– Хорошо, я скажу. Возможно, у нас и в самом деле есть некоторые наработки в области перемещения в пространстве и во времени. Мы достигли почти невозможного, но это открытие не столько научное, сколько… В общем, речь идет о покушении на такие высокие сферы, покушаться на которые не принято из религиозных соображений! И, будьте добры, поставьте меня на место…

– Что это за открытие?

– Я же говорю, новое… – Мы быстренько усадили гоблина на шкаф с медицинскими инструментами, тем не менее все еще держа за руки. – Но обязан предупредить: пока оно не прошло проверку на людях, мы не вправе его применять!

– А мы никому не скажем, – чистосердечно поклялся командор. Ему трудно не поверить. Взгляд у Алекса совсем как у ребенка – наивный и чистый. И в нем отражается все-все, вплоть до обещания в случае отказа лишить лабораторию ее главного специалиста…

– Наша сверхчувствительная аппаратура зафиксировала то место, куда отправился ваш друг.

– В кошачий рай?

– Мм, в принципе можно сказать и так. Я могу вас туда доставить, но вы можете и не вернуться – астральные путешествия очень опасны. Мы ни за что не можем нести ответственности, наши гарантии пока не распространяются на…

– Мы подпишемся, что заставили вас силой отправить нас туда, угрожая взорвать лабораторию! – воскликнула я, но командор почему-то «дал задний ход»:

– Алина, давай договоримся, совершенно необязательно отправляться туда вдвоем. Я быстренько слетаю за агентом 013, а ты подождешь меня здесь.

– Да, а если придется его искать? Не думаю, что Профессор будет сидеть на границе кошачьего рая и ждать нас, удобно устроившись на берегу сметанной речки с колбасными берегами. А что, ландшафт вполне подходящий для последнего пристанища кошачьих душ…

– Может быть, и придется, но ты останешься здесь, – твердым голосом повторил Алекс.

Он никогда себе не позволял говорить со мной таким тоном. Все было ясно: после потери котика он не мог себе позволить рисковать еще и мной… Поэтому вместо ответа я просто закинула руки ему на шею и при всех поцеловала в губы. Гоблины завистливо отвернулись…

– Решайтесь скорей, у нас мало времени. И вот вам бумаги на подпись, – деловито откашлялся Фарди, быстро подсовывая нам пару листочков, которые ему передал один из помощников.

«Шустрые ребятки», – подумала я, подписывая заявление о том, что мы с агентом Орловым силой принудили беззащитных гоблинов к рискованному эксперименту. Причем в очень яркой художественной форме описывались душевные и физические страдания сотрудников лаборатории, пытавшихся отговорить нас от рокового шага. Но по бумаге мы с Алексом выходили агрессивными самоубийцами с помраченным от потери товарища разумом.

Любимый тоже понял все и больше не пытался настаивать на своем, понимая, что так мы просто теряем время и уже никогда не вернем котика.

– Вас погрузят в анабиоз. Надеюсь, вы не страдаете сердечными болезнями? А нервными заболеваниями? Может, у кого-то повышенное давление? Жаль, нет времени проверить… Так же выход в астрал категорически противопоказан людям с врожденными заболеваниями кровеносной или дыхательной системы, – тараторил один из старших научных заместителей доктора.

Между делом с силой, которую я не ожидала в существе ниже метра ростом, он уложил меня на низкую кушетку, прежде чем я успела ответить на его вопросы. Ведь если вдуматься, то всеми из перечисленных им недугов мы страдаем! И нервы у меня никуда, и давление скачет, командор давно кровь не очищал травяными чаями… Но гоблин не слушал:

– В путешествие отправятся ваши астральные сущности, физические же тела останутся здесь. И до вашего возвращения (если вы вернетесь!) мы будем поддерживать в них жизнь. Но предупреждаю: лучше вам там не задерживаться. Чем больше душа пробудет вне тела, тем меньше шансов вернуть ее обратно.

– Сколько у нас времени?

– Сейчас посмотрю… хм, мы будем ждать вас до двенадцати ночи. А теперь молчите и расслабьтесь! Доктор, мы можем начинать?

К нам стали цеплять проводки на присосках. Я скосила взгляд в сторону Алекса и протянула к нему руку, но начальник гоблинов предупреждающе оскалил зубы – шевелиться уже нельзя. Эх, даже не успела признаться Алексу, что мне, пожалуй, все-таки очень-очень страшно… И тут услышала последнее напутствие Фарди:

– Мы постараемся сразу забросить вас туда, куда надо, но отвечать не берусь. Если вдруг попадете в Низшие миры – берегитесь демонов, они любят приставать к заблудшим душам. Впрочем, вдвоем вы, возможно, и отобьетесь. Вернитесь до полуночи! В самом кошачьем раю все материально, поэтому