Свет проклятых звёзд - Летопись Арды Страница 257

более не казались такими уж страшными. Макалаурэ вспоминал своё видение, посланное ему как предупреждение от владыки Намо, и нынешняя ситуация очень напоминала его: тьма, одиночество, давящий страх… Только мир пока не рухнул. Даже Эртуил и Менелдил по-прежнему дежурят около короля с невозмутимым видом. Неужели им легко даётся ожидание?

Шатёр Феанаро медленно проступил сквозь пелену тумана, и вдруг по ушам ударило конское ржание и стук копыт. Воин из войска Халдора призраком возник из мрака, и Макалаурэ узнал его — это эльф по прозвищу Безносый. Половину лица ему отсекли мечом в какой-то давней битве.

— Я к королю! — спрыгнув с коня, быстро и не очень почтительно поклонился воин, делая шаг в сторону шатра.

— Зачем? — почему-то насторожился Макалаурэ.

— Передать послание от гонца.

— Что значит — от гонца?! — возникший из тумана чёрной огромной тенью Феанаро напугал обоих эльфов.

— То и значит, мой король, — снова поклонился Безносый. — Из леса прискакал гонец. Раненый. Доехал до нас и упал. Вот письмо.

Куруфинвэ выхватил свиток и исчез во тьме и тумане. Макалаурэ хотел последовать за отцом, но грозно прогремевшие слова: «Я не звал тебя, Канафинвэ!» заставили замереть на месте.

Безносый снова быстро поклонился, вскочил в седло и через мгновение растворился в тумане.

И снова ожидание… И тьма… И ничего не видно дальше вытянутой руки.

***

С высоты полёта орла открывался вид на бескрайние просторы Средиземья. Взгляд птицы проникал сквозь туман, и от соглядатая Манвэ не укрылись в спешке садящиеся на коней Нолдор на берегах озера Митрим. Феанаро, величественный и грозный, воздев к звёздам клинок, повторял Клятву, и четверо его сыновей вторили отцу.

Владыка Арды видел армию Авари на границе леса и различил среди них умирающего в страшных муках от яда волколака гонца Туркафинвэ и то, как чей-то меч избавил эльфа от боли.

Орёл полетел дальше, над лесом, и Манвэ узнал о кровопролитной битве двух воинств, ни одно из которых отступать не собиралось.

Сделав круг над покрытой льдом и снегом северной землёй, птица устремилась назад через море.

Дагор-нуин-Гилиат. Битва-под-Звёздами. Прошло три дня

Стрела появилась из ниоткуда, попала в цель. Орк упал, словно у него отрезало ноги. В ответ мгновенно спустили три тетивы, и стрелявший Авари рухнул с дерева с пронзенным стрелами телом и бедром. Упав под ноги оркам, он был растоптан идущим сквозь лес войском. Закованные в металл сапоги с чудовищным хрустом переломили позвоночник эльфа, и воины Моргота вскоре забыли об этом препятствии на пути.

Передовая линия войска Туркафинвэ несла потери. Стрелы заканчивались, а орки — нет. Приходилось покидать укрытия, браться за мечи. Прыгать в темноте по валяющимся среди деревьев утыканным стрелами трупам было неудобно, но спущенные с цепей волколаки прекрасно справлялись с этой задачей. И если эльфов не убивали стрелы орков и клыки чудовищ, это медленно и мучительно делал попавший в раны яд.

Тэлери погибли первыми: в бою на мечах у них не было шансов.

Авари быстро заметили, как орки смачивают клинки в ядовитой слюне убитых волколаков и старались делать так же, когда представлялся случай. Выдергивая стрелы из мертвецов, мха и коры, средиземские эльфы, отбиваясь от клинков врагов, снова занимали позиции на деревьях, стреляли, спрыгивали, рубили орков, собирали стрелы, и всё повторялось снова. Только бойцов становилось всё меньше.

И вдруг тьму бесконечной ночи разорвали голоса подходящего на помощь войска и пение рогов.

Нолдор. Теперь оркам снова будет дан достойный бой.

***

— Господин Туркафинвэ! — издалека крикнул отправленный к Феанорингу посланник Асталиона. — Мы долго не продержимся!

Тьелко спрыгнул с дерева, и Хуан тут же оказался рядом с хозяином. Звуки битвы неумолимо, пусть и медленно, приближались, и было ясно, что даже сейчас сил эльфов не хватит для победы.

«Придется отступать, — почему-то совершенно равнодушно подумал Феаноринг. — Отправлю этого воина гонцом в лагерь, сообщу, что нам нужна помощь, чтобы готовились к бою».

По ощущениям, прошло два дня, и Туркафинвэ чувствовал усталость. Что уж говорить о тех, кто сейчас сражается?

Достав из поясной сумки бумагу и перо, Феаноринг очень быстро и кратко описал ситуацию и, вручив послание воину Асталиона, приказал доставить его к королю, но в этот момент из тьмы бросилась тень, повалив наземь и Туркафинвэ, и гонца. Хуан прыгнул, впиваясь клыками в чудовище, отбрасывая его от эльфов, и оба Нолдор, вскочив на ноги, забрались на деревья, хватаясь за луки.

Пёс и волколак с воем и рыком покатились по мху, из тьмы выпрыгнули ещё две тени, соратники Туркафинвэ спустили тетивы, стрелы полетели во мрак и туман. Чудовищ, бегущих впереди войска, оказалось не меньше двух дюжин, они появлялись и исчезали слишком быстро.

Феаноринг, выпуская стрелу за стрелой, вдруг оказался на земле. Резкий запах ударил в нос, эльф, сам не зная, как, сбросил с себя нечто тяжёлое и мохнатое, хотел вскочить… И не смог.

Понимая, что с ногой что-то не так, но не чувствуя боли, Туркафинвэ закричал, что было сил:

— Гонец! К королю! Быстро!

Не зная, услышал ли его посланник Асталиона, или он уже давно убит, или выполняет задание, Туркафинвэ схватил кинжал и, под градом стрел, отполз к кустам. Захотелось спать.

***

В лицо ткнулось что-то мокрое и холодное, Туркафинвэ вздрогнул, резкая сильная боль пронзила ногу ниже колена. Стрелы всё ещё свистели вокруг, и Хуан закрыл от них хозяина.

— Проклятье! — выругался Туркафинвэ, понимая, что встать сам не сможет. — Хуан!

Обхватив пса за шею и мысленно приказав ему помочь отойти назад, пока не появились орки, Феаноринг всматривался во тьму. Надо срочно найти кого-то, чтобы отправить к Асталиону. Пусть отступают. Все, кто выжил.

Странное затишье, обрушившееся на атакованный отряд, когда последний волколак был убит или бежал, разумеется, было ненадолго, и этим временем необходимо правильно распорядиться.

— Отступаем! — закричал Туркафинвэ. — Назад! К лагерю! От короля придёт подмога!

— Отступаем! — повторили голоса, и эльфы, подбирая раненых, поспешили на юг.

Тяжело опираясь на Хуана, едва не крича от боли в сломанной ноге, Феаноринг достал ещё одну бумагу и