Прощай, Нью-Йорк? - Светлана Бланкина Страница 239

Клариссу, как только Джек познакомил нас, и это было долгих… шесть лет назад. Хотя я прекрасно помню, что в тот вечер увидела в глазах сына … надежду? — сомневается в словах Майя, пока её с замиранием сердца слушает каждый присутствующий здесь. — И я поняла, что Джек действительно любит эту девушку, хоть мне это и не нравилось, — смеётся она. — Но сейчас всё по-другому… Все здесь знают какая непростая судьба была у этих двоих, и должна признаться, я приложила и свою руку к их «непростой судьбе» и мне очень жаль, что я не сразу приняла выбор сына, что я не сразу увидела ту Клариссу, которую видит он. Но знаете, увидев какой счастливый и живой Джек, когда он с Клариссой, а затем увидев какой он пустой и… словно чужой без неё… я сразу же поняла, что совершила ужаснейшую ошибку в своей жизни: я не приняла любовь своего сына. И мне жаль. Простите меня, дети, за все те неприятные моменты, которые между нами были. Но, клянусь, они в прошлом. Сейчас я с уверенностью могу сказать, что всем сердцем люблю Клариссу и что я рада приветствовать её в нашей семье, я безумно люблю Жозефин и с нетерпением жду, когда мне подарят ещё одного внука, — смеётся мама Джека, а я лишь чувствую укол в сердце, но не заостряю на этом внимание. — И я счастлива за вас, я безумно рада, что этот день наконец состоялся. И я хочу пожелать вам счастливой семейной жизни! Любите друг друга, защищайте друг друга, живите друг другом и никогда друг друга не теряйте! — с невероятной любовью в глазах смотрит на нас Майя, и шатёр заполняют негромкие аплодисменты.

Майя спускается к нам, и мы с Джеком уже поднимаемся со своих мест, чтобы обнять её.

Я думала о том, что миссис Фостер обязательно что-то скажет, но я даже не наделялась услышать от неё такие тёплые слова, хотя сейчас у нас с ней нет никаких разногласий, мы в очень хороших отношениях, но я всё же удивленна, приятно удивленна.

За мамой Джека следом идёт и его отец. Том, конечно, был не так многословен как его жена, но хоть он и был краток, он также был и искренен. И меня до глубины души тронули слова родителей Джека о том, что они с радостью и любовью принимают меня в свою семью. И слушая родителей своего мужа, слыша о том, как они за нас рады, как они желают нам всего самого хорошего и лучшего, я не могу избавить от мысли о своих родителях, я не могу перестать думать о том, что их здесь нет. И все эти слова только сильнее давят на больное, но сегодня без этого не как, и я была готова к этой боли и тоске.

— Клэр? — обнимает меня за плечи Джек, когда мы вновь садимся на свои места после того как обняли Тома.

— Я в порядке, — улыбаюсь я, смотря на его расплывшийся силуэт и смахиваю едва ли успевшие скатиться по щекам слёзы.

— Да, я вижу, — слишком серьёзно говорит Джек, прижав меня к себе ближе, и на какое-то мгновение я отдаюсь эмоциям и опустив голову на его плечо, зажмуриваю глаза, чувствуя, как разрывается сердце.

— Я так по ним скучаю, — едва разборчиво шепчу я, сжимаясь от вдруг накатившего холода.

— Знаю, — также тихо отвечает мне Джек, обнимая меня второй рукой и целуя в макушку. — Но ты не одна, у тебя есть я, Жози, Джессика, мои родители, как ни странно, — усмехается он.

— Да, конечно, я знаю, — поднимаю голову я, робко целуя мужа в губы, мысленно благодаря вселенную за то, что он есть в моей жизни. Не знаю, что бы было со мной без него, и я не хочу знать. — Спасибо, — киваю я, сама не понимая за что именно благодарю его… наверное, за всё сразу.

После того, как родители Джека сказали то, что хотели, всем дают около тридцати-сорока минут на то, чтобы снова перекусить, погулять, пообщаться и, конечно же, пофотографироваться.

Мои фотографии со свадьбы будут в каталоге моей коллекции, которую я выпустила сегодня, поэтому после того как я немного испортила хоть и совсем естественный макияж, мне его корректирует визажист, и только потом я иду фотографироваться.

Сначала я снимаюсь одна на фоне нашего с Джеком дома, на фоне размытого шатра и нечётких огоньков позади, просто на газоне на фоне леса, а потом моя одиночная фотосессия плавно переходит в семейную. Ко мне подходит Джессика, с которой мы делаем пару кадров, родители Джека, Розмари, Адам, Барбара и множество остальных наших гостей, и, конечно же, Джек, который подошёл ко мне вместе с дочерью. И во время нашей фотосессии один из наших охранник привозит на банкет Кристофера, которого Джек не хотел тащить в церковь, и я его понимаю. На официальной части мы обошлись без детей, и это было верное решение. Также Молли не хотела, чтобы Кристофер вообще присутствовал на нашей свадьбе, и я могу её понять. Я бы, наверное, с ума сходила, будь я на её месте. Я бы не хотела, чтобы мой ребёнок был на свадьбе пусть и своего отца, но моего бывшего мужа. Но Джек довольно чётко выразил своё мнение на этот счёт, он особо не спрашивал разрешения у Молли, он просто сообщил ей, что сегодня сын будет с ним.

Сначала мы фотографируемся втроём с Жози, потом ещё и с Кристофером, который ведёт себя совсем не так, как я ожидала. Я думала, он будет грустным из-за того, что его папа жениться на другой, но видимо мальчик уже привык к той мысли, что его родители больше не вместе, и видимо Кристофер привык ко мне. У нас очень хорошие и тёплые отношения, и сегодня он один из самых весёлых гостей на этом вечере.

Дольше всего мы фотографируемся нашей семьей, думаю, фотографии получатся чудесные. Наверное, мы бы фотографировались ещё столько же времени, если бы нам не помешали наши же гости, которые так и намеревались влезть в кадр, в следствии чего, мы сделали общую фотографию со всеми присутствующими.

— Давай сфотографируемся вдвоём, — говорит мне Джек, когда после совместного фото все вновь расходятся по территории дома.

И кивнув Джеку мы просим фотографов сфотографировать нас также у нашего дома, а потом мне в голову приходит одна идея, от которой я не могу так просто избавиться.

— Джек, идём к океану, — улыбаюсь я, повернувшись