Чёрная Дочь - Козёл Альпийский Страница 237

У нас нет другого выбора, — ответила Лиза, глядя ему прямо в глаза. — Если мы хотим спасти мир, мы должны рискнуть. Если у нас будет это оружие, чудины нам не так страшны. Может и волки не понадобятся, дракон согласится нам помогать без этого. Так что надо будет хорошенько подумать.Михаил хмыкнул.- Стая в любом случае нужна, для прикрытия. Ничего лучше пока не придумали.- И что дальше? — спросил Никодим.- Сначала корабль. Потом… Стая.- Лиза, — серьезно сказал Никодим.- Что? — с надеждой спросила девушка- Никаких тайн. Если я почувствую, что ты снова что-то скрываешь… Берегись.В этот момент самолет вошел в зону турбулентности. Затрясло так, что Михаил чуть не свалился с сиденья. Пассажиры начали перешептываться, а стюардессы, на лицах которых читался испуг, принялись проверять ремни безопасности. Лиза, ухватившись за подлокотник кресла, произнесла:- Ну что, похоже, приключения начинаются.Самолёт внезапно клюнул носом, проваливаясь в воздушную яму. Затем его подбросило вверх, как пушинку, заставив пассажиров вскрикнуть от неожиданности. Началась настоящая тряска. Крылья угрожающе заскрипели, словно жалуясь на перегрузку. Багаж с грохотом посыпался с полок, разлетаясь по салону. В иллюминаторах мелькали размытые пейзажи, сменяясь то ослепительной белизной облаков, то пугающей чернотой бездны. Пассажиры судорожно вцепились в подлокотники, молясь о спасении. Каждому казалось, что самолёт вот-вот развалится на части, и они все обречены на неминуемую гибель. Воздушная турбулентность превратила обычный полет в кошмарную лотерею, где на кону стояла жизнь.

88. Экспедиция в Иваксию. Деревни

Турбулентность нарастала с пугающей скоростью, превращая обычный полёт в адскую карусель. Самолёт то резко проваливался в воздушные ямы, заставляя желудок подкатывать к горлу, то взмывал вверх, словно стремясь пробить небесную твердь, расшибив купол. Пассажиры, до этого мирно дремавшие или увлечённо болтавшие, теперь с испуганными лицами вцепились в подлокотники, словно от этого зависела их жизнь. Багаж, небрежно уложенный на полки, с грохотом валился вниз, создавая хаос и добавляя паники.Никодим, с трудом сохраняя равновесие, прильнул к иллюминатору. За окном бушевала настоящая снежная буря, видимость была практически нулевой. Лишь изредка, в просветах между клубящимися хлопьями, мелькали очертания крыла, облепленного толстым слоем льда. Но внезапно, сквозь этот хаос, Никодим различил нечто огромное, тёмное, проносящееся мимо с невероятной скоростью.- Что это? — пробормотал он, вглядываясь в мутную белизну. — Что-то летает снаружи… И это не самолёт. Он напряг зрение, пытаясь рассмотреть детали, но безуспешно. Создание было слишком велико, слишком быстро двигалось, и снежная буря мешала обзору. Но было очевидно одно: это нечто своими размерами превосходило самолет, и его присутствие и являлось причиной этой неистовой турбулентности.- Что там такое? — спросила Лиза, обеспокоенно глядя на Никодима. Её обычно уверенный голос звучал встревоженно.- Я не знаю, — ответил он, не отрывая глаз от иллюминатора. — Но это что-то очень большое. И оно не похоже на то, что должно летать рядом с самолётами. Может — он чуть не осекся, сказав про дракона. Нет, не стоит — может петушиный ящер?Пилоты, судя по всему, тоже осознавали опасность. Самолёт резко пошёл на снижение, словно стремясь уйти от преследования таинственного создания. Посадка обещала быть жёсткой и непредсказуемой. Грохот, визг, брань. Самолёт, качаясь и скрипя, с трудом коснулся заснеженной полосы. Шасси подломились, и лайнер заскользил по льду, оставляя за собой искры и клубы снежной пыли. Несколько секунд казалось, что они неминуемо врежутся в сугроб, но пилотам чудом удалось выровнять самолет и остановить его в нескольких метрах от края полосы.- Мы приземлились, — облегчённо выдохнул Никодим, отстегивая ремень безопасности. — Но, похоже, не совсем там, где планировали.- Как раз там — сказала Лиза — это вся Иваксия. Дальше только снег.Ивакский аэропорт оказался зрелищем, достойным фильма о поствоенном мире. От аэропорта там сохранилось лишь воспоминание и ироничное название. Вместо современных терминалов и взлётных полос — руины бетонных зданий, обледеневшие и занесённые снегом. Сквозь провалы в крышах виднелось тёмное небо, а ветер гулял по коридорам, словно оплакивая былое величие. К этим развалинам были пристроены хижины из шкур и костей, создавая жутковатый контраст между прошлым и настоящим. В них ютились местные жители, которые, судя по всему, привыкли к таким условиям и приспособились к жизни в этом суровом мире. Громко лаяли собаки, толстые, с закрученными хвостами. Никодим выдохнул. Значит и волки под стать им.Местные жители, встречавшие самолет, выглядели не менее экзотично и пугающе. Высокие, крепкие тагаи с очень темной кожей, пронзительными голубыми глазами и выступающими клыками. Грубая одежда из шкур животных — вот и все их одеяние, а на лицах застыло выражение настороженности, суровой решимости и… чего-то ещё, что заставляло кровь стынуть в жилах. Никодим вспомнил, что иваксцы славятся своей свирепостью, бесстрашием и… каннибализмом. Он был сатиром, созданием, повидавшим многое, и каннибалы его обычно не пугали. Но что-то в их взглядах, в их молчаливом презрении заставило его почувствовать невольную тревогу.- Добро пожаловать в Иваксию, — пробормотал он, выходя из самолета и осматриваясь по сторонам.Пассажиров встречали в основном собачьи и оленьи упряжки, соединенные с небольшими санями. Но встречать Никодима, Михаила и Лизу ехал нечто особенное — разваливающийся снегоход, больше напоминавший груду металлолома, чем транспортное средство. Он изрыгал клубы чёрного дыма, издавал душераздирающие звуки и казался готовым развалиться на части в любую секунду. За рулём снегохода сидел мужчина, одетый в глухой меховой костюм, скрывающий лицо. Открытыми оставались только глаза, узкие и пронзительные, словно у хищной птицы.- Это за нами? — спросил Михаил, глядя на снегоход с откровенным сомнением.- Похоже на то, — ответил Никодим. — Что ж, не будем привередничать. Садимся и посмотрим, что нас ждёт.Туристы подошли к снегоходу, и мужчина за рулём молча кивнул им, показывая на кузов, представлявший собой открытую платформу.- Садитесь, — сказал он грубым голосом, словно выплёвывая слова. — Поехали.Никодим, Лиза и Михаил с трудом втиснулись в кузов снегохода, стараясь не задеть острые углы и ржавые детали. Водитель нажал на газ, и снегоход, издав оглушительный рёв, тронулся с места, подпрыгивая на неровной дороге. Вскоре они ехали по заснеженной дороге, мимо руин и хижин, мимо настороженных взглядов местных жителей. Никодим чувствовал, что они здесь чужие, нежеланные гости, и каждый взгляд был полон скрытой угрозы. Но он был готов ко всему. У них была миссия, и они должны были её выполнить, несмотря на все трудности и опасности. Снега он не боялся, как и любая фея он мог ходить по нему и гне проваливаться. Михаил тоже, благодаря широким лапам. Кто вообще сказал что медведи зимой спят? А вол Лиза… Но она слишком таинственна,