Проклятое зелье - А. Мирт Страница 23

Он имел в виду призыв дэва? Возможно, потому что он украл моего дракона и передал Экзе, я немного опасался призывать Хару. Вдруг он и ему мог навредить? Да и причины особой не было. Даже если бы я победил Зурта, призвав дэва, не получил бы того, чего хотел. Всё же двое на одного даже в моих принципах перебор.

Я промолчал.

— Ну допустим, дэва тебе сложно призвать из-за каких-то договорённостей с ним, но почему ты не используешь даже воду? Думаешь, я отниму у тебя над ней контроль? — приподнял он бровь.

Вообще-то, судя по тому, что он вытворял при помощи простейших заклинаний, его контроль, возможно, был не хуже, чем у Корна или Айрисса. И он действительно вполне мог перехватить управление над моей водной магией. Но причина была другой:

— Я не могу её использовать, — признался я.

Действительно… Этот парень расстраивал. Против него было неинтересно сражаться, это было так… уныло. Во время боя с ним не возникало того азарта и драйва, что были у меня обычно, когда я с кем-нибудь спаринговался. Никакого удовольствия. Похоже, ему действительно не нравилось драться. Скучно.

Я не ждал ответа, но получил его:

— Как я и думал, — Зурт склонил голову набок и, после того, как я поймал его взгляд, улыбаясь, добавил: — Если попросишь, я помогу тебе её вернуть.

Попросить его? Серьёзно?

Гордость возмущённо поднялась на дыбы, нашёптывая дать одному наглому придурку в глаз, но я велел ей уняться. Если буду поддаваться таким глупым чувствам, Зурта мне никогда не победить, и я, конечно, вовсе не о нынешнем бое. Да и что я потеряю, если попрошу? Ну, кроме гордости…

А она мне поможет выжить?

— Зурт, прошу тебя, помоги мне, пожалуйста, со стихией воды, — улыбнулся я, хотя это и стоило мне некоторых усилий.

Если он откажется, я всё-таки оставлю ему фингал под глазом. Просто подойду поближе и ударю, когда будет не ожидать.

— Да ладно? Ты так просто попросил? — скинул он капюшон. Его брови были слегка подняты, а губы поджаты. — Скучно. Я-то надеялся понаблюдать за муками выбора, перекошенным от гнева лицом… А как же гордость Ниро?

— Гордость? — я усмехнулся. — Что это? Её можно съесть? Или, быть может, продать? Задорого ли?

Зурт расхохотался:

— Ну… Продать-то как раз можно. Разве ты только что не сделал это?

— Раз эту бесполезную вещь можно дорого продать, почему бы мне не сделать это?

— Неплохо, Кайрин. Ладно, иди сюда…

Я медленно подошёл, опасаясь подвоха:

— Так ты знаешь, в чём причина того, что моя стихия воды словно вовсе пропала?

Я, конечно, догадывался, что дело в татуировках, но чем именно они могли помешать магии воды, когда как воздух откликался без проблем, я не понимал.

— Дело в том, что кровь, на основе которой было сделано зелье, принадлежала демону с огненной стихией. Она у них вообще почти у каждого, является доминантной и чаще всего подавляет все остальные виды магии. Как ты должен знать, вода и вовсе конфликтует с огнём. Таким образом, отголоски огненной стихии мешают тебе управлять водой, — он снял перчатки и отдал мне их. — Подержи, — после чего обошёл со спины и положил руки мне на плечи. — Приготовься. Будет неприятно. Лучше сожми зубы, чтобы язык не прикусить.

Как от всего лишь «неприятно» можно прикусить язык?

Я всё же сжал зубы, а затем по мне как будто муравьи заползали. Жгучие муравьи! Они словно не по коже ползали, а под ней. Как же противно!

— Всё, — ударил он меня по спине. Ощущение, что что-то шевелиться под кожей стало утихать.

Я оглянулся. Он довольно улыбался, словно проделал хорошую работу.

— Всё? — спросил я, и не дожидаясь ответа, призвал водную стихию. Выставил вперёд ладонь, и над ней сформировался водный шар, закручивающийся вокруг своей оси.

Он получился как раньше, без каких-либо затруднений. Я удивлённо спросил Зурта, растворяя шар:

— Ты так просто помог?

— Я очень добрый, — кивнул он и со смешком добавил: — с теми, кто мне нужен.

Я истерически засмеялся. В гробу я видел такую «доброту»!

А затем резко прервался, вновь посмотрев на Зурта, но уже другим взглядом.

Демоны! Кого-то мне это напоминает. Разве я сам не был очень «добр» к тем, кого использовал?

От этого осознания меня пробрал озноб.

* * *

Ну вот и пришла пора отправляться на «каникулы». Думаю, они будут «лучшими» в моей жизни, ещё круче они могут быть разве что у демонов, и то сомневаюсь.

Что касается контрабанды зелий, предварительно я позаботился о том, что бы Хэйрин отвлёк преподавателя, что дежурил на порталах. Он ожидаемо справился, но мне ещё придётся договориться с его заменой — студентом, что был так же, как мой старший брат, на пятом курсе и уже почти выпустился, только в дюжину не входил, учась просто на боевом факультете.

Корн глубоко вдохнул и постарался расслабиться. Выражение лица у него было таким, что, казалось, он хотел отправляться в поместье Массвэлов чуть ли не меньше моего.

— Ты разве не хочешь снова увидеть свой дом? — спросил его я. — Почему по твоему лицу кажется, что ты съел подряд несколько лимонов?

— Хочу, конечно, — вздохнул он. — Но вряд ли я там отдохну.

— Держи голову выше. Если ты киснешь, на кого мне полагаться, чтобы выжить в недружелюбной обители заклятых врагов?

— Конечно, только на себя, — перевёл на меня взгляд Корн. — Даже не думай, что я тебе буду помогать. Если навлечёшь на себя гнев любого из моих родственников, я просто поставлю тебе красивый надгробный камень и, может быть, пару цветочков принесу. На большее не рассчитывай.

— Шавр! Ты издеваешься? — поднял я брови. Я думал, хотя бы Корн меня постарается прикрыть. Но кажется, он больше беспокоился о сохранности своей шкуры, как-то это не настраивало на оптимистичный лад. Раз уж он так боится побывать дома, то я вообще оттуда смогу унести ноги?

А Корн, чтобы со мной не объясняться, даже в печать портала шагнул, и вскоре его фигура исчезла во вспышке света.

— Проходи, — через несколько секунд сказал мне маг.

Я встал в круг печати. Она засветилась белым, а затем заскрежетала и потухла.

— Что у тебя в сумке? — отстранённо спросил парень.

Какая жалость, зелья действительно были запрещены… Но как мне без них выживать?

Я открыл сумку и проговорил, указывая на флакон за флаконом:

— Успокоительное, укрепляющее, а это целебное снадобье, которое мне выписала лекарь нашей дюжины, — свалил я всё на Агер. — Мне обязательно надо его принимать,