Свет проклятых звёзд - Летопись Арды Страница 218

Спасибо не говори…»

Опасные мысли отогнать было тяжело, однако Индис давно научилась скрывать истинную Тему своего брака с королём Нолдор за ложной болезненной мелодией. Вдова нолдорана заставила себя напевать правильную музыку, многие годы успешно прятавшую правду, которую никто не должен был узнать доподлинно, даже если догадывался:

«А я не знала,

Что не вылечить временем,

Не укрыть снегопадами

В моём сердце печаль.

А я не знала,

Что любовь моя прежняя

Оживёт так негаданно,

Вновь его повстречав.

Не миновала

Я пути неизбежного —

Любовалась цветением,

Не спала по ночам.

А я не знала,

Что любовь моя прежняя

Оживёт так негаданно,

Вновь его повстречав.

Я ж его любила,

А он другую избрал.

Тенью за ним ходила,

А он её обнимал.

Сердце ему дарила,

Нежней, чем розовый шёлк.

Я ж его любила,

А он меня не нашёл!»

Однако сейчас, во тьме и всеобщем страхе правильная Тема звучала слишком неуверенно, обнажая отголоски скрываемой истины внимательным глазам ищущих ответ.

«В этом тебе помог Рок,

Его и благодари».

***

Как работали подъёмные механизмы на Таникветиль, в точности не знал никто. Вала Ауле не поделился тайной строительства ни с одним учеником, поэтому можно было лишь догадываться, что и каким образом поднимает ажурную сияющую платформу на необходимую высоту. Но сейчас Индис думала совсем о другом: встретивший и сопровождавший её Эонвэ был… Странно почтительный и серьёзный. Что-то ещё случилось, о чём неизвестно королеве? Заметив, что гостья видит его настроение, верный слуга Манвэ лишь отмахнулся и сказал:

«Орлы приносят не только благие вести. О них нет Слова Валар для аманэльдар».

Путь наверх продолжился в молчании. Вскоре подъёмник остался позади, распахнулись двери в кажущиеся бесконечными коридоры, украшенные скульптурами, фресками и лепниной. Изображённые сюжеты оживали, когда на них останавливался взгляд, и можно было видеть историю Арды с самого её зарождения из Песни Творения. Сейчас на пути попадались в основном сказки и легенды, придуманные эльфами, а не истинные события, но для редких гостей твердыни именно волшебные истории представляли наибольший интерес.

— Коридоров много, — без какой-либо интонации произнёс Эонвэ, — можно было бы погулять по ним, королева, но тебя ждёт сын. Я провожу.

Сердце Индис забилось чаще — она не могла дождаться, когда, наконец, встретится со своим любимым Арьо, и едва не расплакалась, увидев его в нескольких шагах впереди.

— Мама, — отрешённо произнёс Арафинвэ, не обняв Индис в ответ на её судорожную ласку и отчаянные поцелуи.

В душе эльфа начало нарастать беспокойство и сомнение, которым уже не преграждало путь обретённое со светом счастье. Что-то было не так, сын убитого короля ясно осознавал: он упустил нечто очень важное среди нежных слов матери. Всегда упускал. Не замечал и не хотел замечать. Но теперь…

Теперь, когда пришло понимание, что на самом деле важно, когда наступило прозрение, и чувства перестали управлять разумом, просветлённым и очищенным, Арафинвэ видел, что перед ним не просто любящая женщина, которая его родила. Словно вызывающий восхищение любого Нолдо драгоценный опал, Индис так же переменчива и непредсказуема в сиянии, многогранна и… Коварна?

Мама любит не всех, добра не ко всем, справедлива избирательно. Она… Лжива. Женщина, которая дала ему жизнь… Способна отнять её.

Сейчас Арафинвэ вдруг осознал, насколько на самом деле жестоки эльфы, пришедшие из Сумеречных Земель. Видевшие страшное, ощутившие беспомощность перед бесконтрольным безнаказанным злом, Дети Эру в чём-то уподобились тьме, и никакой свет не в силах был исцелить такое искажение.

— Почему ты спрашивала про отца перед его смертью? — отстранив от себя Индис, поинтересовался Арафинвэ. — Ответь.

— Я волновалась за него, — удивилась королева, — а почему ты спрашиваешь об этом сейчас?

— Почему волновалась? Ты знала, что изгнание может быть опасным для тех, кто оказался далеко от защитников-Валар и близко к Сильмарилям? Ты намеренно стравила отца и Нолофинвэ? И теперь избавилась от собственного сына?

— Это неправда! — воскликнула Индис. — Нелепица!

«Я ж его любила, а он…»

— Да, — согласился Арафинвэ, — нелепица. Я не вижу всей правды. Не могу связать между собой события. Но я знаю, что ты будешь рада больше никогда не видеть моего брата. Поэтому ты так много пила — тебя мучила совесть.

— Я ухожу! — разозлилась Индис, разворачиваясь спиной к сыну, но удалиться ей не позволили возникшие из ниоткуда вроде бы безоружные Майяр, похожие внешне на сородичей Ингвэ.

— Ты устала в пути, — произнёс Эонвэ без эмоций, — отдохни в самом благом месте Арды.

— Власть Ингвэ и его сестры не принесла эльфам Амана мира, — сказал Алатар, выходя вперёд и смотря в сторону подъёмников. — Арафинвэ — будущий король, соединяет в себе кровь двух народов, а его супруга — будущая королева, от крови третьего. Понимаешь, вдовствующая пока-владычица, к чему я клоню?

Ошарашенная эльфийка хотела что-то сказать, но слов не нашла.

— У короля уже есть королева, — продолжил речь Эонвэ, — и другой ему не нужно. Три народа — один правитель. Так будет лучше для всех. Ты же вместе с братом переедешь в более тихое и спокойное место. Валинор большой, приютитесь где-нибудь, а Майяр Владыки Ауле возведут вам какой захотите дворец, обустроют сад или даже лес. Ты ведь любила охотиться раньше, Индис?

Вдова Финвэ поджала губы. Перед глазами вдруг появилась полупрозрачная светящаяся карта Валинора.

— Это не моё решение, — помощник Манвэ Сулимо улыбнулся. Пугающе. — Таково Слово Валар. И Слово — одно и едино, как Песнь Творения. Только она истинна, остальные Темы — излишество и фальшь. Тема Истины одна, Индис, и сейчас она прозвучала для тебя.

Примечание к части Песни:

«Мост к свету» гр. «Слава» из фильма «Делай ноги 2»,

«Я у твоих ног» Н. Власовой,

«Он меня не нашёл» С. Ротару