Белый орк - Сергей Николаевич Чехин Страница 2

топора пролетел в опасной близости от виска, всколыхнув воздушной волной белые кудри. Альберт инстинктивно отшатнулся, но в тот же момент Тарша присела и ударила пяткой под колено. Дипломат пошатнулся, не удержал равновесия и растянулся в пыли. В следующую секунду орчиха уже восседала на поверженном враге с занесенным для последнего удара топором.

— Человек смелый, но глупый. Не умеешь драться — не доставай оружие, — подытожил вождь.

Альберт лежал ни жив ни мертв, вдыхая аромат крепкого пота и степных трав. Тарша глядела на добычу столь свирепо, что Шайн понял — быстрой смерти ему не даруют. Так и вышло.

— Что с ним делать, брат?

— Да что хочешь. — Горран потерял к человеку всякий интерес и рассматривал содержимое кареты. — Парни, тут целый ящик золота! И еще один, запечатанный. Грузите добычу, а телегу порубите на дрова!

Тарша поднесла топор к лицу Альберта и рассекла кожу на скуле. Дипломат был так напуган, что даже не обратил внимания на боль.

— Теперь ты мой раб. Будешь ухаживать за Стрелой.

Альберта связали и закинули на круп буйвола Тарши. Закончив с грабежом, отряд двинулся в глубину степи. Некоторое время Шайн пытался смотреть по сторонам пока окончательно не затекла шея, и он не окунулся лицом в вонючую жесткую шкуру.

Однако отдохнуть пленнику не дали. Вскоре Альберт почувствовал, как некто настойчиво тычет его пальцем в спину. Открыв глаза, новоиспеченный раб увидел жирного ухмыляющегося орка в разноцветном плаще и рогатом черепе на макушке. Вопреки расхожему мнению, далеко не все кочевники поджарые мускулистые воины. Среди них встречаются и толстяки, и коротышки, и калеки. Последних, ввиду образа жизни варваров, порой бывает очень много. Но орки никогда не бросают инвалидов и стариков, даже самые жестокие племена заботятся о боевых товарищах.

Альберт сразу понял, что перед ним шаман. Пестрые одежды, замысловатые амулеты и необычная шляпа выдавали в толстяке проводника в мир духов и стихий. Вот только что ему понадобилось от пленника?

— Знаешь, Грум очень переживал за тебя во время боя. Надеюсь, ты действительно не дурак, и Груму будет с кем поговорить.

— Кто такой Грум?

Толстяк расхохотался, затряс жирными боками.

— Грум — это шаман, — орк хотел хлопнуть себя в грудь, но попал по пузу, что неудивительно с его габаритами. — Шаманы не говорят о себе «я», ибо их душа и тело находятся одновременно в двух мирах. Грум Глаз Бури — полное имя шамана.

— И почему Грум переживал за меня?

— Грум любит новости и умных собеседников. Добыть свежие знания в степи трудновато. А ты знаешь орочий язык. Судя по всему, в совершенстве.

— Я дипломат. Я знаю все языки: эльфийский, гномий, гоблинский и многие другие, включая наречия.

— Ты умен и смел, Груму нравится это. Впрочем, насчет первого Грум не уверен. Возможно, пленник просто обезумевший от страха дуралей. Скажи, как обращаться к тебе?

— Альберт Шайн.

— Эй, Тарша, — позвал шаман.

Девушка сделал вид, будто не слышала разговора с пленником.

— Да, Грум.

— Если у раба выкроится свободное время, отпустишь его в мой шатер?

— Разумеется, шаман.

Грум подмигнул Альберту и достал из сумки вяленое мясо. Нет, не для пленника — для себя. Дальше толстяк ехал молча, активно работая челюстями.

Как и предполагал Шайн-младший, захвативший его отряд был лишь частью общины кочевников. Среди бескрайней степи ползло множество повозок, двигаясь от одной стоянки к другой. Иной жизни орки не ведали — только путь, только открытое небо. Никаких городов и общностей варвары не принимали: лишь благодаря этому были весьма малочисленны.

Альберт насчитал около сотни кочевников — среднее по размерам племя, встречаются кланы и побольше. Пленнику повезло в одном — будучи рабом сестры вождя ему не пришлось плестись в самом хвосте, вдыхая густую степную пыль. Тарша ехала ближе к голове каравана, но даже такая поездка мало отличалась от пытки. Хорошо, что до заката оставались считанные часы, и племя вскоре остановилось на ночлег.

Орки, давно привыкшие к подобной работе и знающие распорядок, быстро поставили шатры, зажгли и развели костер. Небольшая группа лучников ушла в сгущающийся мрак — наверное, на охоту. Еще десяток воинов выстроились караулом вокруг лагеря. Остальные собрались рядом с ароматно дымящимся чаном.

Пленник старался за всем наблюдать и запоминать. Пригодится при побеге.

От запаха свежего варева у Альберта заурчал живот. Он не ел полдня и получит свою порцию после всех, включая буйволов и волчицу. Так что на скорый ужин рассчитывать не приходится. Хорошо хоть с крупа сняли — в крохотной клетке все приятнее, чем на спине у скотины.

Сразу после трапезы пришел Грум, отпер дверцу и увел Альберта в свой шатер. Несмотря на вторую после вождя ступеньку в племенной иерархии, жил шаман довольно скромно. Три грубо сколоченных сундука и тощий кожаный пуфик на полу.

— Садись, — сказал Грум, указав на место перед собой.

Альберт кое-как разместился, чтобы веревки на руках и ногах не сдавливали жилы. Тем временем шаман поставил рядом с пленником один сундук, а из другого достал обветренный кусок сыра, вяленое мясо и настоящий деликатес — сушеные яблоки. Затем развязал рабу руки.

— Угощайся. Как говорят люди: чем богаты — тем и рады.

Несмотря на сильный голод, Альберт не забыл правила приличия — ел медленно, тщательно прожевывая маленькие кусочки. Шаман к угощению не притронулся — видимо, наелся похлебкой.

— В твоем ящике Грум нашел эльфийские безделушки. Куда ты вез их и зачем?

— Эльфам и вез. Император приказал вернуть украденное во время Первой войны.

Толстяк почесал второй подбородок.

— Грум знает, что острые уши любят искусство. Но отец дедушки Грума был еще жив во время Первой войны. Почему ты вез украденное именно сейчас? Прошло столько лет… Острые уши не настолько злопамятны.

Альберт вздохнул. Выдавать тайну орку не хотелось, но шаман единственный, кто может повлиять на вождя. Если удастся объяснить всю важность доставки, Грум может уговорить Горрана помочь.

— Империи нужны союзники, — попытался уклониться от прямого ответа Шайн-младший. — Возвращение культурных ценностей склонит эльфов в нашу сторону. Они станут более сговорчивыми.

— И что за угроза заставила гордых людей просить помощи у некогда заклятых врагов?

— Возможно, тебе будет трудно понять, но люди славятся своим единством. Империя победила в Первой войне лишь потому, что собрала под своим стягом все… племена. Но теперь некоторые хотят уйти,