Слишком бедный - Анна Шнайдер Страница 2

шагала вдоль стеклянной витрины «Пятёрочки» — чтобы попасть к её дому, нужно было обойти магазин и свернуть налево, вглубь новостроек, — и не заметила наледь. Температура на улице, конечно, была плюсовая, но не настолько — не весь лёд ещё растаял, а некоторый, замаскированный грязью, тонкий, как мыльный пузырь, возникал под ногами прохожих неожиданно, будто специально выпрыгивал в самый неподходящий момент. И Диана непременно грохнулась бы, в лучшем случае запачкав свою светлую шубку, а в худшем могла бы и голову разбить — но ей повезло. В этот момент из «Пятёрочки» как раз выходил мужчина. Молниеносно отбросив в сторону свой пакет с покупками, он подхватил Диану, придержав за талию, и не дал ей упасть.

— Осторожнее, девушка, — укоризненно сказал он поставленным голосом учителя — Диана слышала похожий у Алисы. — Крыльцо сделано из скользкой плитки, никакого мороза не надо, чтобы здесь голову разбить. А вы ещё на таких каблучищах. Надо было не вдоль магазина идти, а по улице, там безопаснее.

Диана, пытаясь отдышаться — всё-таки она сильно испугалась, когда поняла, что падает головой назад, — посмотрела на мужчину и растянула губы в улыбке.

— Спасибо за помощь.

— Да не за что, — невозмутимо откликнулся он, скользнув невозмутимым взглядом по её лицу. — Давайте-ка я помогу вам спуститься по лестнице.

— Я и сама могу.

— Не надо, — строго ответил он. — Мне страшно смотреть, как вы ковыляете на таких сапогах. Прям живая иллюстрация к фразе: «Красота — страшная сила».

Прежняя Диана, наверное, обиделась бы на такое обращение. Мало того, что мужчина смотрел на неё без малейшей искорки интереса, так ещё и сказал, что она ковыляет. Страшно, видите ли, смотреть!

Но что-то в ней изменилось, и уже давно. Когда, она не знала точно. В любом случае Диана сейчас не почувствовала себя оскорбленной — ей просто стало весело, и она улыбнулась, глядя незнакомцу в лицо.

— Спасибо за комплимент, — пошутила она и почему-то обрадовалась, заметив, что его глаза потеплели, да и губы наконец тоже дрогнули в улыбке.

— Идёмте, — сказал он тем не менее по-прежнему строго, взял Диану за руку, подхватил с земли свой пакет и повёл её по направлению к лестнице, что вела вниз, на улицу.

Бывают такие люди, на которых взглянешь — и сразу поймёшь, что перед тобой хороший человек. Такой была Алиса, и этот мужчина тоже. Диана не понимала, откуда к ней пришла подобная мысль — она просто это чувствовала. Чувствовала, что её держит за руку тот, кто не обидит, и невольно косилась на мужчину, украдкой рассматривая его.

Диана решила, что ему около сорока лет, вряд ли меньше — юнцом он совсем не выглядел. Тёмные короткие волосы, благородно посеребренные на висках, да и не только там — по всей голове то и дело виднелись седые нити. Немного худощавая фигура — Диана была уверена, что руки у мужчины сильные, но жилистые. Да и его пальцы, которыми он сжимал её ладонь, были шершавыми, словно обветренными, совсем не нежными. Лёгкая небритость — скорее всего, он из тех, кто обрастает за сутки и вынужден бриться каждый день, — но она ему даже шла. Кожа гораздо более смуглая, чем у белоснежки Дианы, карие глаза, но главное… Нос! Вот он Диану по-настоящему впечатлил. Длинный, с горбинкой и широкими ноздрями — этот нос составлял бо́льшую часть лица мужчины. Диана никогда не видела настолько больших и характерных носов. Ещё чуть-чуть — и был бы перебор. А так даже ничего, харизматично.

— Ну, вот и всё, — выдохнул мужчина, когда лестница закончилась. Неужели не захочет полноценно познакомиться?

Не захотел.

— Хорошего вечера вам, — кивнул он, отпустил руку Дианы и пошёл дальше, прямо — а ей нужно было налево. Она секунду помедлила, с сожалением рассматривая человека, так и не пожелавшего даже имя своё назвать, невольно отмечая пусть и чистую, но явно старую демисезонную куртку, обычные, а вовсе не брендовые джинсы, крепкие ботинки на толстой подошве — в таких балансировать на льду гораздо проще. В пакете из «Пятёрочки» Диана рассмотрела бутылку молока и хлеб. Наверное, семейный человек, и дома его ждут жена, дети…

Вздохнув, Диана развернулась и пошла к своему дому. Она почему-то чувствовала себя расстроенной, но почему, не понимала, и оттого не замечала, как за ней, переглянувшись между собой, пристроилась компания из троих молодых людей, одетых в кожаные куртки.

3

Тимур

Девушку, которая медленно шла вдоль стеклянной витрины, зачем-то выбрав путь по крыльцу магазина вместо того, чтобы идти по дороге внизу, он заметил сразу. Её вообще было трудно не заметить. Весь её вид так и кричал: заметьте меня! Красные сапоги до колен с длинными каблучищами, белая шубка, из-под которой торчало алое блестящее платье, распущенные по плечам светлые волосы красивого пшеничного оттенка — скорее всего, не крашеные, а свои, натуральные. Да, девушка выглядела прекрасно, но этой своей прекрасностью она, на его скромный взгляд, напрашивалась на неприятности. Тимура аж холодный пот прошиб, когда он представил, что Мирослава, когда станет старше, тоже начнёт одеваться подобным образом. Да не дай Бог!

Неприятности незнакомку всё-таки настигли, но это было ожидаемо — в таких-то сапогах. Хорошо, что Тимур успел её подхватить, а то ехать бы ей сегодня в больницу.

Вблизи он понял, что девушка гораздо старше, чем Тимур изначально подумал. Почему-то, увидев эти сапоги и шубку, он решил, что незнакомке лет восемнадцать. Но нет — точно больше двадцати, скорее, даже двадцать пять. Глаза голубые, ясные и не глупые, черты лица кукольные, почти ангельские — а уж пахло от неё и вовсе Раем. Свежесть, сладость, чуть горчинки — идеальный запах, который хотелось вдыхать полной грудью. Тимур с трудом удержался от того, чтобы не наклониться ниже — настолько сильным было желание коснуться незнакомки, — и сам себя мысленно отругал: совсем сдурел, куда прёшь, старый перец? Помоги ей не грохнуться на ближайшей паре метров и отчаливай. Тут ловить нечего, да и Мира никакую девушку не примет, не только эту. Любую. Но эту — особенно.

Он попрощался и пошёл к своему подъезду, не собираясь оглядываться, однако всё-таки оглянулся — и хорошо, что оглянулся, потому что за девчонкой шли те самые неприятности, о которых думал Тимур, наблюдая за ней сквозь витрину магазина. Прищурившись, он оглядел троицу парней и