Знание величия - Юлия Олеговна Чеснокова Страница 170

над этим? Мне стоит стать твёрже. Но, тогда, интерес ко мне пройдёт? Или Джиён почувствует себя совсем одиноким, ведь не с кем будет делить собственную концепцию бытия? - У нас в Корее есть поговорка, - как обычно запоздало среагировал на всё Сынхён, долго сидевший молча. Все заинтриговано повернулись к нему. – Даже десять детей не заменят тебе одну жену. – Не поднимая взгляда, он плеснул себе ещё вина и отпил. Кажется, все здесь поняли, какие мысли у него в голове бродили в эти минуты. – Даже в Коране, если не ошибаюсь, есть строка о том, что в судный день не будут иметь значение ни дети, ни деньги. Мужчина понесёт ответ за грехи собственные и грехи жены. – Сынхён поднял лицо и оглядел нас всех. – Как можно говорить, что единственное, для чего нужна женщина – дети? Это бредни сумасшедших, которые никогда не поймут, что вообще такое жизнь и, тем паче, совершенно не поймут, что такое смерть. Извините, - размеренно и вежливо поклонился он, встал и удалился куда-то. Я проследила, чтобы его направление не было к проливу. Нет, он ушёл в дом, разминувшись с Наташей и Джиёном, пришедшими обратно. - Кто обидел нашего смутьяна и забияку? – саркастично спросил Джиён. - Жизнь, - многозначительно ответил Йесон. Они с Драконом переглянулись, и именинник всё понял. - Что ж, давайте, что ли, веселиться? Это вечеринка! Тэён, детка, сделай музыку чуточку громче. - А можно поставить что-нибудь другое? - Поритмичнее? Ладно, можно. Последним приехал задержавшийся Дэсон. С хохотом он сообщил Джиёну, что так и думал – толпы свободных девчонок не будет, поэтому и торопиться некуда. Сынхён вернулся за стол, атмосфера наладилась, чему немало способствовало распитие алкоголя. Я одна сидела трезвее трезвого. То есть, в моём отряде непьющих была ещё пятилетняя Сонхва и два мальчишки, не достигших подросткового возраста. По-моему, самая достойная категория. Но и этой моральной опоры меня вскоре лишили. Стукнуло десять часов, и госпожа Ким увела детей укладываться. Разговоры сразу полились откровеннее, безобразнее, похабнее и всё в этом духе. Мне очень не хватало аперитива для достижения такого же настроения, но выпивка – табу. Тэён с Наташей больше не разговаривали. Они вроде бы закончили на мирной ноте, но затаённая в Тэён обида прослеживалась. Без ругани и возобновления спора, девушки словно не замечали друг друга, умудряясь даже вливаться в разговор с одними и теми же людьми поочередно, но не пересекаясь замечаниями. Категоричность и заносчивость Тэён, уверенной в своей правоте, правильности и осведомленности, не в первый раз доводила её до ссор, вспомнить только вагинальную корону, которую Джиён никак не мог забыть. Иногда мне делалось неуютно, ведь все хмелели и расслаблялись, а я – нет. Из-за этого я вызывалась приносить и уносить что-либо, чтобы как-то отвлекаться на что-то. Относя очередные опустевшие тарелки, я вошла на кухню и наткнулась там на супругу Йесона. Она достала из холодильника бутылку с водой и пила из горлышка. - Душная ночь, правда? – улыбнулась она мне. Я кивнула, ставя тарелки у раковины. – Меня жажда замучила, на столе вода кончилась, а вина много пить не хочу. Весь вечер потягиваю один единственный бокал, надеюсь, меня не спалили? - Я бы не заметила, если бы вы не сказали, - засмеялась я от её заговорщического вида. - Просто в каждой компании есть человек, который начинает пытаться всех споить, но особенно того, кто пить много не хочет. Обычно на сингапурских торжествах таким был Сынхён. – Я опять об этом вспомнила. А ведь правда! – Но, кажется, что-то изменилось, и я могу расслабиться? - Да, он и сам пьёт намного меньше. Даже почти не пьёт, - подтвердила я. Убрав воду, женщина подошла ко мне и сочувственно положила руку на плечо. - Я слышала о твоём муже. Мне очень жаль, надеюсь, он поправится. - Я тоже… - Мне вспомнились её утешительные слова, сказанные на нашей с Сынри помолвке, о том, что страдания всегда проходят, а потом нам даруется вознаграждение. В точности я не помнила, но женщина поддержала меня тогда, показавшись мудрой и человечной. Такой же она оставалась и сейчас. - Джиён попросил называть тебя Мэри, что у него за блажь такая? - Не обращайте внимания, просто так надо. Ему кажется, что так надо. – Я поискала ещё закуски и, найдя их, стала составлять на поднос. - Помочь? - О, спасибо. Возьмите одну тарелку, остальные я донесу. - Странно, что этим занимаешься ты, а не Тэён, - во взгляде с лёгким прищуром проскользнуло понимание слишком многого. Мне показалось, что на кухне не только я в курсе нас с Джиёном. - Мне не трудно, да и, она выпила, а я нет – крепче на ногах стою. - Как она тебе? Мне не нравится, - услышала я честное признание. - Ну… своеобразная. Но вроде бы беззлобная. Мы вернулись к столу вместе. Йесон сразу же поймал руку жены и взял в обе свои, положив на колено, словно месяц её не видел и жутко соскучился. Джиён болтал с Наташей, упиваясь какими-то воспоминаниями о юности, шутя и смеясь. Тэён это не приводило в восторг, но она держалась стоически, как спартанец в Фермопилах. Специально ли Джиён раздражал её, что любил делать со всеми своими девушками, судя по всему, или переключал ревность и подозрительность в другую сторону, отводя от меня? За вечер было выпито не меньше пяти тостов за Джиёна, и ещё столько же за всякое разное – остальное. Получившая разрешение от Джиёна, Тэён стала руководить музыкальным фоном, и порой там звучали красивые медленные композиции. Дракон не преминул пригласить её за это на танец. Танцевали и Йесон с женой, и Сынхён с Риной. Меня пригласил Тэян. Вечер был бы чудесным, если бы не так много незримых и зримых «но». Около полуночи началось шатание всех повсюду. Кто-то курил, кто-то танцевал, кто-то отходил в туалет. Людей было не так уж много, но я перестала успевать следить за передвижением. В результате спустился старший мальчик – Джесоб и, заявив, что ему не спится, выбил себе право ещё посидеть со взрослыми. Мать налила ему чай, добыла пирожное, и велела особо уши не развешивать, но любопытные и сообразительные глаза отрока говорили о том, что совет канул в бездну пустоты. Тэён увлеклась беседой с Йесоном, на которого работал её бывший, тот самый, которого