Прощай, Нью-Йорк? - Светлана Бланкина Страница 143

Джессика впервые видит меня в свадебном платье, так как четыре года назад, когда я выбирала платье для нашей с Джеком свадьбы, подруга была в свадебном путешествии и сейчас она… тронута едва ли не до слёз.

— Боже, Олдридж… — затаив дыхание бормочет Бадди, держав бокал с шампанским в паре сантиметрах от своих губ.

— Ты такая красивая! — с улыбкой вздыхает Джессика, сцепив ладони в замок.

Я улыбаюсь, но скорее с тоской и поворачиваюсь к зеркалу. Белоснежное пышное атласное, с добавлением шифона платье с корсетом, открытой зоной декольте и нежно-фиолетовым поясом на талии не плохо на мне сидит. Мне даже нравится, но эта огромная юбка с длинным подолом… уже слишком.

— Мне кажется, оно слишком пышное, — поворачиваюсь к друзьям я.

— Для первого платья это очень даже неплохо! — восклицает Джессика и Бадди ей важно поддакивает.

Я вновь ухожу в примерочную и меряю следующее платье, которое оказывается слишком опущенным, словно меня перебрасывает из крайности в крайность.

Надев третье платье и выйдя в нём к друзьям я уже заранее знаю, что выберу его. Оно мне нравится, и я больше не хочу примерять свадебные платья, я устала и мне всё равно, так что зачем попусту тратить своё время?

Платье с верхом в виде корсета, со стандартным вырезом декольте, пышной, но не через чур юбкой скорее не белого цвета, а кофейного. Поверх атласной ткани нашит слой лёгкого, воздушного шифона и изящного кружева. Мои плечи открыты, но руки прикрыты рукавами из тонкого кружева до самых запястий.

— Мне нравится, — говорю я, смотря на своё отражение в зеркале, и со спины ко мне подходит один из консультантов и закрепляет на моей голове фату.

— Тебе очень идёт! Цвет определённо твой! — всё ещё улыбаясь и словно забыв за кого я выхожу замуж, говорит Джессика.

— Даже я бы надел это платье, — говорит Бадди, и я бросаю на него усмешливый взгляд. — Ты… обворожительно выглядишь в этом платье, Кларисса, — подмигивает мне он.

— Я беру его, — вновь перевожу взгляд на себя я и вижу в своих глазах лишь тоску, от которой мне уже, наверное, никогда не избавиться.

— Клэр, а ты не хочешь ещё что-нибудь посмотреть? — настороженно спрашивает Джессика.

— Мы можем сходить и в другие салоны. А как же Elie Saab? Это же твой любимый дизайнер? — удивляется Бадди.

— Это уже в прошлом, — снимая свою фату, поворачиваюсь к другу я, чувствуя странный укол в сердце. — Почему я просто не могу выбрать это платье пусть я и слишком быстро остановилась на нём? Оно мне нравится.

— Ты права, — с подозрением смотрит на меня Джессика. — Главное, чтобы оно тебе нравилось, остальное не важно.

Я киваю ей, приподнимая брови, и вновь прячусь в примерочной, где мне помогают снять платье.

Мы выходим из салона, и меня тут же обдаёт прохладным ветром, от которого словно становится легче.

— Клэр, мне уже пора, — останавливается Бадди.

— Хорошо, — с грустью киваю я и, достав из кошелька визитку со своим номером, подаю её другу. — Позвони мне, когда будешь свободен, я обязательно вышлю тебе приглашение на свадьбу.

— Оу… какая честь, — каким-то сомнительным тоном протягивает Бадди и у меня вдруг возникает чувство, что Джессика ему что-то рассказала о происходящем в моей жизни.

— Я, правда, скучала по тебе, — обнимаю Бадди я, они с Джессикой друг другу кивают, и мы прощаемся, расходясь в разные стороны.

Несколько минут мы с Джессикой идём в тишине по Пятой авеню и что-то мне подсказывает, что думаем мы об одном и том же.

— Ты уверена? — вдруг спрашивает она, и краем глаза я замечаю, что она смотрит на меня. — Ещё не поздно…

— Уже давно поздно, Джессика, — смотрю на неё я. — Мне жаль, что всё так вышло, но прошлого уже не вернуть и, к сожалению, ничего уже не исправить, но я рада, что ты вернулась в мою жизнь, — с грустью улыбаюсь я. — Мне тебя сильно не хватало.

Джессика улыбается и на ходу обнимает меня одной рукой.

— И мне тебя очень не хватало, Кларисса. Не с кем было поделиться переживаниями, радостными моментами, просто эмоциями, не с кем было поболтать обо всём на свете целых четыре года! А ведь я думала, у меня много друзей, но когда ты уехала и когда я… это приняла, и попыталась тебя хоть как-то понять, я… поняла, что ты моя самая близкая подруга, ты моя сестра.

— А как же Диана? — вдруг вспоминаю про эту девушку я. — Вы не стали ближе после моего отъезда?

— Диана? — усмехается Джессика, в удивлении взглянув на меня. — Она уехала в Лос-Анджелес буквально через неделю как уехала ты.

— Серьёзно?

— Да, она… не выдержала давления со стороны общества и уехала туда. Она родила там, нашла ухажёра под стать себе и она даже звала меня на свадьбу, но я была уже на большом сроке и не решилась ехать, — задумчиво говорит Джессика.

Так вот что стало с Дианой… она уехала, как и я, уехала за лучшей жизнью, уехала, чтобы начать с начала в месте, где о ней никто никогда не слышал, но… думаю, у неё всё хорошо, по крайней мере, лучшем, чем у меня. У неё семья, ребёнок… и как бы я не любила Диану, я… рада за неё.

Мы с Джессикой прощаемся, и я возвращаюсь в отель, в который уже должны доставить моё платье.

Когда я вернулась, Брайана в номере не было, но он оставил записку, где написала о том, что скоро вернётся, и мы переедем в наш новый дом, который я ещё ни разу даже не видела.

Пока я жду Брайана в полупустом номере отеля, мне успевают доставить платье. В угнетающей тишине время тянулось невероятно долго, я смотрела в окно, наблюдая за прохожими, и думала о предстоящей свадьбе и о том, как дальше сложится моя жизнь.

— Готова? — спрашивает Брайан за моей спиной. — Идём, машина ждёт внизу.

— Возьми платье, — оборачиваюсь на него я, и молча обойдя Брайана, выхожу из номера.

Мы едем совсем недолго, и я прекрасно знаю район, в котором мы теперь будем жить. Это Верхний Ист-Сайд, дом расположен в одном из самых престижных центральных кварталов между 5-й авеню и Мэдисон-авеню и я ничуть не удивлена.

Два этажа, шесть спален, семь ванных комнат, несколько кабинетов, огромная гостиная, кухня и столовая, роскошные коридоры, деревянные лестницы с массивными резными перилами, небольшие окна… это невероятно