Демон - Михаил Алексеевич Ланцов Страница 135

тотального изнасилования всего и вся. Секрет крылся в договоренности о выводе Венецией и Латинским Императором своих войск из города при доспехах, оружии и знаменах. Ну и с кое-каким имуществом — по одной повозке на десять человек. Не так уж и мало, конечно, но сохраненный в целости и сохранности город того стоил.

Девятого февраля 1244 года древняя столица Восточной Римской Империи вернулась своему законному владельцу — Императору Византии. Не такому, конечно, и законную Ведь Иоанн III являлся наследником только косвенно, через брак с дочерью предыдущего Императора. Но не суть. Главное же заключалось в том, что воссоединение Никейского престола и Константинопольского в возрожденный Византийский произошло на семнадцать лет раньше. Не говоря о том, что в совершенно иных обстоятельствах, что, в отличие от выходки основателя династии Палеологов, отвернувшегося от собственного народа, давало намного больше шансов Империи.

Конечно, столь легкий захват Константинополя вызывал довольно прилипчивые мысли о его разграбление, тем более, что в бухте Золотой Рог стояло много венецианских судов с товарами. Но золотой дракон устоял. Имидж в конечном счете показался ему важнее сиюминутной наживы. Да и, в конце концов, н обратном пути он вполне мог заглянуть в Венецию для «принуждения к миру». А как же можно еще принудить супротивника к миру, если не обнести чуть ли не до исподнего? Флот разбит. Моряки перебиты. Но Венеция все еще сильна и может относительно быстро восстановиться, что очень не хотелось бы. Слишком уж они мешают сбыту его товаров откровенными кознями. Генуэзцы то в доле, а эти ни в какую не хотели….

— Не понимаю, — покачала головой юная Феодора. — Зачем мы пришли сюда? В такую даль! Неужели кому-то на Руси будет дело до этого титула? Государь и государыня России…. Ведь за ним ничего не стоит? Где эта Россия?

— Новгородская земля и Городецкое княжество.

— Княжество ладно, это наше владение, — рассудительно произнесла юная девушка. — Но Новгород… неужели он согласится отказаться от своей воли?

— Не сомневайся. Согласится. Я их так держу, что Вече пойдет практически на любое мое предложение. — Усмехнулся Максим и прижал к себе не по годам развитую Феодору. — Или ты чего-то другого боишься?

— Это так заметно? — Усмехнулась она. — Верно. Я боюсь того, что Рюриковичи взревнуют к твоему успеху и пойдут войной. Ты их, конечно, разобьешь… но это усобица. Боль. Кровь. И надолго. Не все пожелают тебя признать Государем.

— Так ты за них переживаешь? — Удивленно поднял бровь дракон.

— Да. Я видела этих гордых людей на свадьбе и понимаю — только мой отец да брат внимут голосу разума. Остальные могут рискнуть. Тем более, что ты сам сказал, что Василиса тогда едва не умерла от усталости, когда тартар побила. Я-то понимаю, что это все глупости. Лазурный дракон и утомился от такой малости? — Усмехнулась Феодора. — Но как им это втолковать и не выдать вашу тайну? Тем более, что ты ни мне, ни прочим русичам зла не желаешь. Вон как под тобой Новгород расцвел. А Ладога? Причем не дворцы строишь, а о людях заботишься.

— Не переживай, — улыбнулся Максим. — Я постараюсь эту беду решить мягко. Кровь будет. Куда уж без нее? Но лишние жертвы мне тоже не нужны.

— Но как?

— Я не собираюсь сразу претендовать на их уделы. Лет пять-десять пройдет после коронации. Они успокоятся. А потом начнем по одному князю подтягивать. Помнишь, как в Священной Римской Империи сделано? Вот также. Сначала твоего отца или брата, смотря кто к тому времени там станет править, привлечем. Потом еще кого. Там все будет зависит от ситуации.

— Ох не знаю… — покачала головой Феодора. — Сейчас они сами себе хозяева.

— Не переживай, — мягко улыбнулся золотой дракон, смотря девушке прямо в глаза. — Разберемся. Не о том ты сейчас думаешь. Коронация на носу, а ты о дальних родичах, которые когда-нибудь может быть глупость какую учинят…

Глава 8

5 мая 1244 года. Мир «Сот’ари». Константинополь

Коронация прошла довольно обыденно. Да и Максим на чем-то особенном и не настаивал. Сначала торжественное богослужение в соборе Святой Софии. А потом весьма незамысловатый ритуал, сопряженный с возложением венца на голову золотого дракона и признанием его Государем всея Руси. После чего уже он, в свою очередь, возложил меньший венец на голову юной Феодоры.

Все было просто, лаконично и без каких-либо пышностей. Даже венец оказался всего лишь венком из переплетенных веток дуба и лавра, выполненных из золота и серебра. Для Максима — повнушительнее, для Феодоры — поскромнее. По большому счету из украшений на церемонии присутствовали разве что разномастные дворяне и феодалы, съехавшиеся буквально со всей Европы и буквально забившие собор своими любопытствующими телами. Не говоря уже о целой делегации тамплиеров.

Однако все так просто закончиться не могло. Ведь Иоанн был наслышан об этом необычном человеке, но ни разу не имел возможности встретиться и поговорить с ним лично…

— Я рад, что ты согласился встретиться со мной вдали от чужих глаз, — произнес Иоанн, тем самым приветствуя своего гостя. — Давай поговорим спокойно и без условностей. — Продолжил он и кивнул слуге, приведшему новоиспеченного Государя всея Руси. Дверь поспешно закрылась и послышались частые, удаляющиеся шаги. — Как видишь, лишних ушей здесь не будет. Патриарх Герман открыл мне перед смертью, что ты не простой человек.

— И кем же он меня назвал? — С интересом поинтересовался Максим, устанавливая едва заметный мерцающий купол над ними. — Так нас точно никто не сможет услышать. Это сфера безмолвия. Причем не только слышать, но и прочитать по губам, на случай любителей этой забавы.

— Кхм… — поперхнулся Император, но сохранил самообладание. — Он назвал тебя золотым драконом. Правда, не успел объяснить, что это означает. Это какой-то титул?

— Никакого тайного смысла здесь нет. Я действительно золотой дракон.

— Но ведь драконы — это огромные ящеры с крыльями, а вы человек.

— Все верно, огромные ящеры. И если у вас хватит мужества, то я смогу ночью вас даже прокатить над спящим Константинополем. Но драконы давно живут с людьми и большую часть времени проводят в человеческом облике. Нам так проще.

— Проще?

— Не хочу вас утомлять совершенно излишним и пространным объяснением. Вряд ли вы пригласили меня для того, чтобы послушать увлекательные истории об устройстве мира и прочих подобных вещах.

— Ты прав, — согласился с ним Император. — Это действительно будет не к месту. Хотя в иное время, когда будет не столь много забот, я с удовольствием бы послушал твой рассказ. Ты меня заинтриговал.

— Тогда так и