Я подарю тебе предательство - Лу Берри Страница 11

Экономка наконец появилась. Придирчиво оглядела каждое пирожное, разве что без лупы и, наконец, кивнула.

- Все отлично. Я оплачу вам работу переводом.

Пять минут спустя мы уже шли по этим странным коридорам на выход. Как вдруг, проходя мимо большой комнаты, где и проводился, очевидно, прием, я сквозь стеклянные двери увидела её...

Толина девица с парковки. Бензиновая фифа.

Это заставило меня застыть на месте столбом. Что она тут делала?..

- Чего вы остановились? Идём! - пшикнула на меня экономка.

Ну уж нет. Уйти я теперь не могла.

- Простите, а это кто? Девушка в розовом, блондинка, - кивнула я на Толину давалку.

- Это наша хозяйка! Идемте же!

О как. Очень интересно.

Но ещё интереснее было то, что эту «хозяйку» под руку держал мужчина. Лет пятидесяти, с залысинами и откровенно лишним весом.

- А рядом с ней, надо полагать, хозяин? - спросила я.

- Он самый. Николай Антонович. Вы идёте или нет?

- Не иду, - решительно объявила я. — Мне надо с ними поздороваться. Видите ли, мы с вашей хозяйкой знакомы.

- Что, куда?! - только и успела прошипеть экономка перед тем, как я толкнула стеклянные двери и вошла в зал.

Что буду делать - сама еще до конца не знала. Но знала другое - такую возможность упускать нельзя.

С каждым шагом вперёд в моей голове словно кирпичик за кирпичиком выстраивалось понимание ситуации.

Например, то, почему эта шлендра не подняла шума из-за бензинового душа, который я ей устроила. Видимо, боялась огласки. Опасалась, что всплывёт наличие у неё Порше, который она не покупала?..

А знал ли Толя о том, что она замужем? Понимал ли, что обворовал свою семью ради женщины, которая и без того ни в чем не нуждалась? Для которой его Порше — просто очередная игрушка?!

Подойдя ближе, я вежливо поздоровалась:

- Добрый вечер. Простите, что без приглашения... Просто хотела кое-что уточнить. Это ваша жена, Николай Антонович? Я не ошибаюсь?

Я кивнула в сторону блонды, а несколько пар глаз уставились на меня с недоумением и интересом. Разговоры притихли..

Я понимала, что среди этого сборища богачей выгляжу так же уместно, как медведь в бане. Но меня это ничуть не смущало.

Уловила, с какой ненавистью на меня смотрит эта Мила, но рот открыть она не посмела.

Значит, боится мужа. Отлично. Ясно теперь, куда бить.

- Верно, это моя жена, - нахмурившись, ответил мужчина. — А вы, простите, кто?.. И как сюда вообще попали?

Я посмотрела на побелевшую Милу, чьи губы беспомощно шевелились, не издавая при этом ни звука. А это она ещё не догадывалась, что я — жена её любовника и могу рассказать кое о чем куда более интересном, чем наша стычка на заправке. Выдержав небольшую паузу, я наконец достаточно громко объявила:

-А я - женщина, с мужем которой спит ваша жена. И что мы с этим будем делать, Николай Антонович?

11.

В наступившей тишине я отчётливо слышала громкие, быстрые удары собственного сердца.

Огромный особняк застыл, затих в ожидании того, что будет дальше.

Ждала и я сама. И попутно размышляла...

Пердимонокль, конечно, вышел знатный. У Милы глаза того и гляди выкатятся от страха, у Николая Антоновича выступила на лбу испарина. Зрелище, несомненно, отрадное, но дальше-то мне что делать?..

Вот об этом-то я и не успела подумать.

А ведь вполне может статься, что этот человек мне не поверит. Даже, скорее всего, именно так оно и будет. С чего бы? Меня он не знает, а вот жену наверняка любит. Чего явно нельзя было сказать о ней.

Впрочем, даже если меня сейчас проводят отсюда вон под белы рученьки, вечеринку я им все равно уже подпортила. И если этот Николай Антонович решит держать лицо, будто ничего вовсе и не произошло особенного, зерно сомнения в нем все равно останется.

Ревность — страшная штука, для которой порой достаточно малейшего повода. А он наверняка её ревнует: немолодой, не особо привлекательный мужчина, главное достоинство которого — деньги. И он это наверняка осознает.

Первой в итоге очнулась Мила. Её визгливый голос, раздавшийся в тишине зала, прозвучал резко, как сигнальная сирена среди ночи.

- Николя, она врет! Это же полный бред!

Николя!

Несмотря на всю напряжённость ситуации, я едва не прыснула. Вот это я понимаю —ролевые игры! Весёлая семейка, конечно. Даже странно, что она называет себя просто «Мила», а не какая-нибудь «Мадлен».

Я покосилась на этого «Николя». Нет, Людовиком ХМ тут и не пахло. Скорее Наполеон и тот не торт.

А Мила, тем временем, продолжала верещать:

- Я вообще не знаю эту женщину! К нам на праздник зашла сумасшедшая, её нужно немедленно убрать отсюда! Кто-нибудь!

Своими воплями она невольно подсказала мне решение.

Я склонила голову набок, усмехнулась. И весьма чётко, чтобы слышали все, поинтересовалась:

- Правда не знаешь? Быстро же ты забыла свое бензиновое купание.

«Николя», прости Господи, мигом побледнел. Очевидно, вспомнил тот день, когда его женушка явилась домой, воняя, как машинист. А заодно понял и то, что она врет, утверждая, что никогда меня не видела.

А я решила пойти дальше.

- Мы ведь можем записи с камер поднять, Мила. Ну, те самые прекрасные кадры, где ты, я и Порше с номером ноль восемьдесят восемь, который тебе подарил мой муж.

Повернувшись к её мужу, я добавила:

- Ну что же вы, Николя Антонович, так жену ущемляете? Подсвечники с позолотой повесили, а машину купить ей, видимо, не можете. Приходится её любовнику из семьи деньги воровать, чтобы жену вашу побаловать.

Мужчина побледнел ещё сильнее, уже до состояния мела. А кончики его ушей, в противовес остальному лицу, наоборот, заалели.

- Все, хватит! — гаркнул он.

Я ожидала, что он ещё ножкой топнет для пущего эффекта, но тот сдержался.

- Вы обвинили мою жену в измене... - продолжал он, а голос его хрипел и срывался. —Значит, у вас должны быть доказательства.

Ожидаемый вопрос.

Но вот доказательств, вроде их совместных фото, у меня и не было. Хотя этому мужичку, возможно, хватит и информации о Порше, чтобы устроить проверку. Наверняка ему будет интересно, откуда взялась машина, если жена на неё денег не тратила?

В голове вдруг вспыхнула идея. Спасительная и прекрасная.

- Я слышала разговор вашей жены и моего мужа. Он