Сновидения и способы ими управлять: практические наблюдения - Леон Гервей де Сен-Дени Страница 77

Пересказы многих связных сновидений, где находят применение некоторые принципы, изложенные в этой книге, касающиеся средств вызывания или избавления от некоторых образов и наблюдения самого себя в состоянии сновидения

«Сначала я спускаюсь какой-то потайной лестницей, я пересекаю очень старую церковь, затем оказываюсь у входа в сельский клуб бретонских крестьян. Оттуда, следуя вдоль аллеи с густыми деревьями, я попадаю в другой ещё больший сад, или скорее, в деревню с садами, т. е. в место, где разбросано множество домиков, вокруг каждого свой сад, окружённый стенами и зелёными изгородями, со ступенчатыми улочками. Один из этих домов, который является пансионом молодых девушек, я нахожу очень великолепным; они гуляют в своём саду, калитка в который осталась открытой. После короткого наблюдения за ними, я возвращаюсь пешком по той же улице; я снова пересекаю сельский клуб и старую церковь, и оказываюсь у подножия потайной лестницы, которой я спустился. Однако, я с трудом различаю первые ступени, и уже хорошо чувствую, что я на пороге пробуждения, объекты теряют свою чёткость и определённое чувство от реальных внешних ощущений (каковое чувство предупреждало меня, что я просыпался) мало помалу усиливается. У меня возникает мысль попытаться удержать сон посредством остановки взгляда и выключения воображения, как я то уже проделывал не один раз. Итак, я усаживаюсь у основания лестницы, стараюсь оставаться неподвижным, останавливаю взгляд на своей правой руке, и жду, чтобы узнать, что же возьмёт верх: сон или пробуждение. Я чувствую, как во мне проходит (главным образом вдоль позвоночника) как бы магнетическая волна, своего рода дрожь [озноб], пробегающая сверху вниз, которая постепенно меня сковывает и которая, кажется, отяжелевает мою голову; нечто похожее на то, что происходит в начале опьянения. Вскоре, моя рука, на которой я остановил свой взгляд, ни цвет, ни форму которой я вначале не мог чётко различать, начинает выглядеть всё более и более живо и чётко. Казалось, что её освещает солнце, также освещая передо мною какие-то камни стены, мельчайшие детали которой стали видны. Я рискнул повернуть голову. Подземный коридор был освещён не менее ярко. Я встаю, я хочу попытаться повторить ту же прогулку той же дорогой, чтобы проверить до какой степени я смогу увидеть те же самые вещи, и, как следствие, сновидеть их во второй раз. Я прохожу через церковь, как и раньше, затем тот же клуб, где я нахожу тех же бретонских крестьян; и я оказываюсь на той же аллее с густыми деревьями. По дороге, совершенно осознавая что я вижу сон, я задумываюсь об идеях Альфреда Мори; я спрашиваю себя, какова по его мнению часть моего мозга сохраняется бодрствующей. Ему придётся, — говорю я себе, — признать бодрствующим весь мой мозг, так как в этот момент я поистине обладаю полнотой всех своих мыслительных способностей, я могу рассуждать и вспоминать. То, что я читал о материалистических теориях, и то, что я намереваюсь проделать в этом сновидении, я очень ясно осознаю своим умом. Я рассуждаю, что находящиеся передо мною образы этого сновидения находятся ко мне в таком же отношении, как и образы, которые в действительности предоставляются моим глазам, когда я бодрствую; что я также сохраняю свою свободу выбора в том, чтобы повернуть направо или налево, обратить свой взгляд в одно направление или в другое и т. д., и, наконец, вызвать определённые сцены или определённые видения, в соответствии с тем, что я желаю или не желаю сделать мысленно. Например: если я пожелаю сломать ветку с вот этих деревьев, которые я вижу, то я увижу её сломанной. Если же я не пожелаю этого, то она сохранит перед глазами моего ума свой нетронутый вид. Так чем же это сновидение отличается от реальности? Я вспоминаю, рассуждаю, желаю, не желаю; я не являюсь просто игрушкой этих иллюзий. А то что за действиями моей воли не следуют реальные [физические] усилия, то это исключительно потому, что мои органы, вместо того чтобы действительно подчиниться моей мысли, всего лишь ей подражают, но психологически, явление одно и то же. Как ткацкий станок, который заставляют работать в холостую. Я понимаю также что, в этом состоянии осознанного [lucide] сновидения, находящимся в котором я себя чувствую, именно мысль вызывала символ, образ, и исполняла соответствующее движение фибр [нервов], если таковое действительно необходимо; а не символ или образ — движение фибр, которое вызывало сопряжённую с ним идею, как предполагает Мори. Фантазия здесь, как и в реальности, имеет свою свободу выбора, и инициатива находится у моей воли. — Рассуждал я так, идя вдоль аллеи, которая должна была меня привести к цели моей воображаемой прогулки. Я прибыл в деревню с маленькими садами; но мне оказалось невозможным найти там свою первую дорогу. Блуждая по лабиринту новых тропинок, я с двойным любопытством пытался отыскать тот пансионат, который уже посещал, несмотря на ложный путь. Но я почувствовал, что начинается расторможение вместе с обесцвечиванием и размыванием образов. Тщетно я попытался удержать сон во второй раз; мне удалось его продлить лишь на несколько секунд. Первое реальное ощущение возникло в моей правой руке; оно быстро распространилось на всё моё тело. Я открыл глаза, взял перо и немедленно все это записал»[128].

«Мне сниться деревня. Я вернулся с конной прогулки. Я подошёл к воротам нашего двора и вижу работников, занятых выкорчёвыванием старых лип, которые его украшали. Моему удивлению и моему негодованию нет предела. Я хочу слезть с коня, чтобы подойти к ним ближе и сказать; но пытаясь перекинуть ногу через седло, я совершаю реальное мускульное движение, результатом которого оказывается изменение глубины моего сна и заставляет меня почувствовать на один момент, что я нахожусь в своей постели, а не где инде. Однако я не просыпаюсь. Я намерен идти к этим работникам; но образы сновидения больше не такие чёткие. Имея осознание своего состояния и желая воспользоваться благоприятной возможностью провести свои эксперименты, я прилипаю своим взглядом к земле; я сосредотачиваю всё своё внимание на нескольких травинках лужайки, вид которых в одно мгновенье возобновляет свою чёткость. Однако, мысль о том, что на самом деле я нахожусь у себя в комнате в