Мы с тобой одной крови. Как отношения с братьями и сестрами влияют на нас и нашу жизнь - Инна Сергеевна Александрова Страница 46

Публичность и проявление в мир

«Я всегда был солнышком дома, меня любили, холили, лелеяли. И сейчас обожают, пишут добрые эсэмэски, что любят меня», – вспоминает Антон Нефедов, соавтор игры «Можно», которую я веду, единственный по сиблинговой позиции. Тот, кто был солнышком в семье, способен греть других. Долюбленный человек выстраивает свою систему с любовью. С этого мы и начинали, когда отправились в упражнении на необитаемый остров. Мир – это люди, и в нём мы равны по своей сути. Если в упражнении мир казался враждебным, являться в него, особенно какими-то уязвимыми своими частями, вовсе не хочется. Если в отношениях с братьями и сёстрами не было тепла и безопасности, то велик шанс того, что в фигуре общества будет сидеть подобная недружелюбная фигура сиблинга. За вашим страхом публичности, сцены и проявления стоит отдельный человек, перед которым стыдно. Вы будете думать, что боитесь проявляться, а на самом деле боитесь брата или сестру.

Приведу пример из своей практики. Сессия с младшей сестрой брата:

– Он называл меня дудочкой, Инна.

– Дудочкой? С чем это связано?

– Я много лет не могла найти ответ на этот вопрос, и только когда выросла, поняла, что к чему. Мне потребовалось столько времени!

– И что же?

– Он пытался выговорить слово «дурочка», а получалась «дудочка». А я-то всю жизни думала, что я какая-то…

Запрос был на рост, и перед клиентом стояла задача проявить загнанные части личности и долюбить их. С внутренней «дудочкой» (читать: «дурочкой») оказалось сложнее всего: её вовсе не хотелось показывать миру. Она прятала её почти всю свою жизнь, чтобы кто-то вновь так не обозвал. Она не шла в публичность, потому что это больно.

Я предлагаю вам честно ответить себе на вопрос: «Кого на самом деле я боюсь, когда не иду в проявление себя? Осуждения кем?» В разматывании этого клубка – ваша скрытая сила.

В предложенном клиентском кейсе в фигуре общества сидела фигура брата. Всегда, когда мы говорим: «Как ОНИ на меня посмотрят», «Что ОНИ обо мне скажут» – у этого «они» есть конкретные ФИО. Стоит обнаружить истинного адресата этого послания, как мир становится к вам более благосклонным.

Дружба

В дружбе работает все тот же принцип комплементарности: старшие дружат с младшими и наоборот. Есть у меня подруга детства. Боязно озвучивать такие цифры, но мы знаем друг друга почти 30 лет. Её родителей я называла своими папой и мамой, а родную бабушку – тётей Зоей. Нужно ли говорить, что она младшая сестра сестры? Улыбаюсь.

Чтобы сохранить дружеские отношения, дети стараются выбирать выражения и сдерживать эмоции, в отношениях же с родственниками такой особой щепетильности не проявляют. Лидия Шнейдер и Елена Соломатина подтвердили это своими эмпирическими исследованиями. Установлено, что агрессия свободнее проявляется по отношению к брату или сестре, нежели к другим детям[73]. Отечественные исследователи в этом смысле определили сиблинговые отношения как основополагающие для привыкания к агрессивному поведению. Вывод такой: сиблинги знают нас такими, какими не знает никто, – в нашем гневе. Относиться равнодушно к ним невозможно. Нейтральной позиции нет – братья и сёстры дёргают нас за струны души.

Друг же – это, как часто говорят, тоже родной человек, но только выбираешь его сам. Я согласна с этим, за исключением одного системного аспекта. Стоит развести эти роли: братья и сёстры – это не друзья, и это важно. Внутри отношений есть пул вопросов, доступных к обсуждению, и в сиблинговых и дружеских отношениях они разные.

В детстве вы, скорее всего, наблюдали, что у каждого сиблинга свой круг общения, доступа к которому у остальных нет. Старшие не пускают в свой круг младших: у них уже есть вопросы, недоступные к обсуждению в семье. Табу-темы, которые в отношения с братьями и сёстрами приносить не стоит.

Тем не менее дружба – это отношения так же, как с сиблингами, на одной горизонтали. Никто не выше, никто не ниже.

Контакт друг с другом происходит из равных позиций.

Поскольку вы уже проделали несколько упражнений из книги и, надеюсь, переосмыслили свои сиблинговые отношения, то сможете провести аналогию и проанализировать дружеские отношения. Вы заметите, как они во многом дублируются. Если друг бежит к вам за решением своей проблемы – скорее всего, в сиблинговых отношениях вы привыкли именно к такому же проявлению. Если с детства вас приучили делиться с братом и сестрой, то вы заучиваете такой способ «зарабатывать» любовь у родителей. И дружба тогда у вас будет «полезная»: она есть, пока «Я» что-то даю «Тебе». Свою жилетку для твоих слёз, например.

Интересный вывод о дружбе сделал Якоб Морено. Помните, я писала о таком понятии, как «социальный атом»? Как некая вместимость, он ограничен количеством участников. Если мыслить сиблинговыми отношениями, то у каждого человека в социальном атоме фиксированное число мест под каждого. Втиснуться между не получится. Включение любого нового участника потребует удаления старого. «Если человек заведёт себе несколько новых друзей или врагов, такое же количество бывших друзей или врагов исчезнет из поля его зрения. Оказывается, для сохранения эмоционального равновесия он не может выйти за определённый лимит отношений», – пишет Морено[74]. Это во многом объясняет конфликты и прекращение общения.

В связи с этим остановлюсь на нескольких важных моментах, связанных с исключением из социального атома друзей и сиблингов.

Так, отсутствие друзей может стать прямой отсылкой к исключению сиблинга и напряжения в отношениях. Однажды так клиент категорически отказалась звать старшего родного брата на сессию. «Нет, он не придёт, даже звать не буду», – произнесла она. На самом деле за этим «нет» стоит не объективная невозможность посещения им сессии, а субъективное нежелание клиента его видеть и разбираться с этими отношениями в своей жизни. А дело было вот в чём: после смерти отца мальчик взял на себя функциональное обязательство главы семейства, стал «партнёром» для мамы и «отцом» своей сестре. Девочке привычнее было с «отсутствующим» отцом, поэтому она исключила и брата. Он перестал быть видимым для неё. При описании симптоматики, к слову, она так и сказала: «У меня толком и нет друзей, я одна». Включив брата, она возвратила в свою жизнь и дружбу.

Есть и обратные ситуации, когда расстаться с другом невозможно.