Владимир Леви - Исповедь гипнотезера Страница 212

Правой колол. Левой рубил.

Пылью кровь останавливал. Меч, пустая мошна, плащ и пробитый шлем.

Это я, Хлоя.

Шлюхой звалась за резвость, ведьмой за мудрость.

Мрамор — последний любовник.

Лежать под ним вечно.

Тит Виночерпий приветствует вас, граждане. Мимо пройдя, не забудьте: бочка не бесконечна. Есть, однако, в подвале другая.

Надпись на этой стеле да будет краткой, как жизнь Сильвии непорочной.

Марк, твой вдовец, с тобою отныне, и дни не торопит.

Не убеждай меня, Главк, нет, и луна не вечна. Выйдет положенный срок, и пропадет вместе с небом. Время сотрет следы, надпись, как рану, залижет, но восстановится все в миг, когда время умрет.

Здравствуй, Гнезия, супруга, как дела, удобно ль спать?

Слышал я, актер Будила приходил к тебе опять. Евнух ныне он достойный с пустотою между ног, а со мной кинжал, которым я обоим вам помог.

Не гонись за правдой, путник, правда слишком дорога. Из-под камня рядом, видишь, пробиваются рога.

Положил, узнавши правду, Курций Фалл меня сюда. Лег и сам, дела закончив. Это правда навсегда.

Я не упорствовал. Все мне сразу стало понятно, младенцу: гонят туда же, откуда пришел. Для чего же, за землю цепляясь, путь удлинять и небеса оскорблять криком неблагодарным? Вы, в корчах слепого страха ползающие, узнайте: это ошибка, дальше своей колыбели никто не уйдет. Нежным рукам себя укачать позвольте и спите тихо.

Друг мой Валерий, душа моя, в теле твоем обитавшая, осталась бездомной.

Твоя в ребрах моих еще поживет немного.

Сразимся, а после встретимся.

Снов продавец вольноотпущенник Павий приветствует вас, живые.

Первый в Риме дурак, ничего не знал, не умел, не делал.

Вещие сны мои кормили меня.

Шли ко мне бедный патриций, богатый плебей и раб, вызывали сенаторы, принимал Император. Я продавал свои сны сперва за вино, потом подороже, стало хватать на хлеб.

В самом последнем увидел: конец. Всем и всему. Никто не купил. Пришлось заснуть навсегда.

Кем бы ты ни был здесь, там станешь иным.

Верящий в исчезновение слепому подобен червю, знающему лишь темноту.

Слеп был и я. Исцелил меня мой Учитель, и отворились глаза.

Я увидел обитель, где собираются освобожденные, плен земной претерпевшие, и над страхом своим засмеялся.

Путник!

Присядь, отдохни.

Если вздумаешь могилу разрыть, кучку костей откопаешь.

Это остатки цепей моих.

Я улетел туда, где с тобою встречусь.

* * *

…А дальше?

Опусти мои ресницы и Книгу Бытия закрой.

Начни свою с нечитанной страницы.

Бон ломтик солнца, за горой бежит ручей…

Не уходи. Дарящий, не уходи, продлись, приникни ещё, припиши.

Озаривший, не уходи, сеет твой пронзает, а тьма обнимает.

Не уходи, приникни, приникни.

Примечания

1

Здесь и далее начала писем ко мне обозначаются моими инициалами.

В конце вместо подписи точка в скобках — (.).

Начала моих ответов — (!), окончания — также(.).

2

Оздоровительный Комплекс. Аббревиатура, удачно совпадающая с общеизвестным «о-кей» — хорошо, нормально, отлично, порядок…

3

См. также: Искусство быть собой. 2-е изд. — М.: Знание, 1977.