Старые русские деньги. Средневековые русские монеты с арабскими надписями - Глеб Владимирович Носовский Страница 42

class="p1">3. В третьей строке стоит арабское слово из трех букв «шин»-«лям»-«ха», имеющее следующие значения: «снят, сброшен, лишен духовного звания, разоблачен, раздет донага» [49:1]. Общий их смысл хорошо передается русским словом «ПОСРАМЛЕН». Отметим, что последняя буква «ха» в этом слове заменена на другую арабскую «ха», более легкую (в арабском языке две разные буквы «ха»), рис. 158. Такая замена возможна, поскольку смысл из-за нее не меняется — корня «шин»-«лям»-«ха» с другим «ха» в арабском языке нет. Получилось чуть-чуть не по современным правилам, но вполне понятно. Кстати, возможно, на Руси это слово раньше писали с другим «ха», чем сегодня в литературном арабском языке.

4. В последней, четвертой строке стоит дата, записанная в непозиционной системе: 7 — «мим» (40) — 6, то есть 7000 + 40 + 6 = 7046. Здесь 7 и 6 переданы арабскими цифрами, которые в непозиционной системе использовались как в разряде единиц, так в разряде тысяч (их значения указаны на рис. 100 выше). Таково было общее правило непозиционной записи чисел, как в арабском, так и в русском и греческом языках — для цифр в разрядах единиц, десятков и сотен использовались разные буквы, а для разряда тысяч применяли те же буквы, что и для разряда единиц (в русском и греческом при этом использовали особый дополнительный значок для различения разрядов единиц и тысяч, но в арабском, как мы видим, так не делали — по крайней мере на монетах).

Отметим, что все три непозиционные системы записи чисел — русская, греческая и арабская — СВЯЗАНЫ МЕЖДУ СОБОЙ, поскольку многие буквы имеют во всех трех случаях одно и то же числовое значение. Что вряд ли могло получиться случайно. Так, например, буква «глагол»/«гамма»/«джим» (в египетском произношении «гим») означает цифру 3, буква «добро»/«дельта»/«даль» = 4, буква «како»/«каппа»/«кяф» = 20, буква «люди»/«лямбда»/«лям» = 30, буква «мыслете»/«мю»/«мим» = 40, буква «наш»/«ню»/«нун» = 50 и т.д.

Итак, на рассматриваемой монете выбит 7046 год. Что означает эта дата? Отметим, что по хиджре такой год до сих пор еще не наступил.

Есть только одна возможность понять эту дату — по старой русской эре от сотворения мира («от Адама»), которая была у нас в употреблении вплоть до реформ Петра I. Причем до начала XVI века это была ЕДИНСТВЕННАЯ эра от сотворения мира, которая использовалась повсеместно, а не только на Руси и в Византии. См. нашу книгу «Божественная комедия накануне конца света», где мы показываем, что все остальные «эры от сотворения мира» появились лишь после 1492 года н.э. (7000 года «от Адама»).

И странно было бы, если бы на старинной русской монете была употреблена какая-то другая эра, а не та, которая использовалась в те времена на Руси.

7046 год от Адама по русско-византийской эре — это 1538 год. Если быть более точным, то это год, начавшийся 1 сентября 1537 года н.э. и закончившийся 31 августа 1538 года н.э., поскольку года н.э. начинаются 1 января, а года от Адама — 1 сентября.

Указанный на монете год (1537—1538) В ТОЧНОСТИ попадает на время московско-казанских войн 1535—1552 годов, которые начались «после гибели в 1535 году московского ставленника на казанском троне Джан-Али, погибшего в результате заговора, и продолжались вплоть до завоевания Иваном Грозным Казани в 1552 году», Википедия, статья «Русско-казанская война (1535—1552)».

На монете указан 1537—1538 сентябрьский год. Именно на это время пришлось сильное обострение московско-казанских войн. «В начале 1537 года казанский хан Сафа-Гирей предпринял большой поход на восточные русские земли. В январе стали «вести приходить, что собирается казанский царь Сафа-Гирей с многими людьми с казанцами и иными ордами, с крымцами и ногаями, а помышляет идти на костромские места и на галичские». Русское правительство отправило своих воевод во Владимир и Мещеру. Сафа-Гирей, «уведав, что на Кострому и в Галиче великого князя стоят многие люди... пришел... под Муром и посады пожег и к городу приступать начал...» Все приступы казанского хана были отбиты... Из-под Мурома Сафа-Гирей с казанским войском двинулся на Нижний Новгород... Под стенами Нижнего Новгорода Сафа-Гирей простоял три дня... После битвы, во время которой «татар много побили, а иных поранили», «пошел царь в Казань мимо Новгорода Нижнего СО СРАМОМ ВЕЛИКИМ».

Зимой 1537 года казанские татары возобновили свои набеги на восточные русские земли... В том же 1537 году русское правительство отправило на восточные границы большие военные силы. В сентябре «князь великий Иван Васильевич и мать его великая княгиня Елена приговорили воевод на весну в судах послать к Казани, да и конной рати воевод». Однако «тот поход к Казани не был». Казанский хан Сафа-Гирей «прислал к великому князю своего человека Усеина о мире»... Казанские послы приезжали в Москву в феврале, марте, летом и в начале зимы 1538 года (то есть в начале 7046 года от Адама — Авт.). Сафа-Гирей присылал грамоты, обещая «быть в мире с великим князем», Википедия, статья «Русско-казанская война (1535—1552)».

«Русский Летописец» [745:3], повествуя о событиях 7045—7047 годов, говорит ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО о войне с Казанью и больше ни о чем. Вот соответствующая статья из «Русского Летописца», которую мы приводим здесь полностью: «В лето 7045 приходил Асафакирей, царь Казанский (то есть казанского царя, оказывается, звали Асаф или Иоасаф — Авт.) под Муром и посады около города пожег, а град не успе ни что же (то есть город Муром он так и не смог взять — Авт.). А потом шел к Новутраду Нижнему. И под Новым городом Нижним билися с татарами от третьего часа до вечера, и татар много побили, а иных ранили. И пойде царь в Казань мимо Новград Нижней СО СРАМОМ. Тогда же государь царь и великий князь Иванн Васильевич посылал воевод своих, князя Симеона Пучкова, да князя Ивана Татя. Они же шедше на Проне многих татар победиша, живых же к великому князю приведоша. Того же лета побил на поле Кримскаго царя болярин и воевода Иванн Васильевич Шереметев, да Олексей Данилович Басманов. В лето 7048...» [745:3], лист 342, оборот.

Таким образом, в 7045—7047 годах от Адама (1536—1539 гг. н.э.) казанский царь сначала «осрамился» под Муромом и Нижним Новгородом, а потом осрамился еще раз, когда его войска — а также союзные ему крымские войска — вскоре потерпели крупные поражения от московских воевод. Были также переговоры 1538 года, на которых Казань после неудач на поле боя была готова пойти на уступки.

Все это, по-видимому, и послужило поводом для выпуска в