Ложь и правда о советской экономике - Евгений Юрьевич Спицын Страница 115

в стране, что «такого количества хлеба наша страна никогда за всю историю не имела»[749]. Если опираться на данные официальной статистики, как это делают ряд известных авторов (И. Е. Зеленин[750]), то действительно за прошедшие пять лет валовые сборы зерновых увеличились на 69%, а государственные заготовки — аж на 84%. Однако, на наш взгляд, данные оценки носят во многом лукавый характер, поскольку, как справедливо заявили ряд историков (А. В. Пыжиков, Н. Верт[751]), в хрущевском докладе полностью отсутствовали какие-либо данные об общей урожайности всего зернового клина страны, его районирования и т.д. Действительно, за пять лет средняя урожайность зерновых культур выросла с 7,7 до 11,1 ц/га, то есть примерно на 45%, однако вовсе не за счет целинных земель, где средняя урожайность зерновых за те же годы составила всего 8,1 ц/га. Более того, получается, что урожайность целинных земель, напротив, существенно тянула вниз весь общесоюзный показатель. Поэтому целинная прибавка в посевах зерновых культур в лучшем случае дала около 18 млн. тонн хлеба, в то время как на старопахотных землях за счет роста урожайности эта прибавка составила порядка 36 млн. тонн, то есть ровно в два раза больше, чем на целине. При этом, что особо примечательно, только в 1954–1956 годах при распашке в РСФСР 14,9 млн. га целинных и залежных земель из-за нехватки техники и кадров из обработки было выведено 3,5 млн. га старопахотных земель.

И тем не менее, как считают целый ряд ученых, крупнейшим хозяйственным достижением V-й и VI-й пятилеток явился, как не побоялся выразиться сам Г. И. Ханин[752], «грандиозный подъем сельского хозяйства страны». В 1952–1958 годах общая продукция сельского хозяйства выросла примерно в 1,5 раза, то есть почти на 10% в год. Таких колоссальных темпов роста в нормальный, а не в восстановительный период не знало, по его мнению, сельское хозяйство ни в одной стране буржуазного мира, даже в США в 1860–1870 годах. Другой особенностью роста сельскохозяйственного производства явилось то, что он происходил преимущественно на интенсивной основе. За указанный период численность занятых в сельском хозяйстве практически не изменилась, а это означает, что производительность труда в сельском хозяйстве росла на те же 10% в год. И это был совершенно небывалый рост производительности труда в сельском хозяйстве страны, практически равный его росту в промышленном производстве. Если же сопоставить рост урожайности и посевных площадей, поголовья скота и продуктивности животных, то при существенном росте этих площадей и поголовья скота большая часть прироста сельскохозяйственной продукции обеспечивалась уже за счет роста урожайности зерновых культур и повышения продуктивности животноводства. Таким образом, и в сельском хозяйстве страны преобладали интенсивные методы, как и предполагалось Директивами сталинского XIX съезда партии. Причем решающим фактором роста сельскохозяйственного производства стало существенное улучшение материально-технической базы сельского хозяйства, в том числе за счет почти двукратного роста продукции отечественного сельхозмашиностроения и минеральных удобрений, а также качественного роста руководящего состава колхозов, совхозов и машинно-тракторных станций, агрономов, зоотехников, животноводов, механизаторов и других квалифицированных специалистов.

Вместе с тем надо признать, что ряд оппонентов (И. Е. Зеленин, В. П. Попов[753]) не в столь радужных тонах рисуют итоги развития сельского хозяйства и утверждают, что рост валовых сборов зерна был связан главным образом с включением в севооборот огромного массива новых пахотных земель, общая площадь которых за десятилетие выросла с 106,5 до 134 млн. га (25,5%). То есть налицо был старый, чисто экстенсивный, а вовсе не интенсивный способ развития аграрного хозяйства страны. Хотя тот же И. Е. Зеленин согласен с тем, что «Н. С. Хрущев имел все основания заявить на декабрьском 1958 года Пленуме ЦК, что был совершен «гигантский скачок в развитии сельского хозяйства», поскольку его «валовая продукция выросла почти в 1,5 раза, а товарная — в 1,8 раза, в том числе животноводческая — почти вдвое». Более того, эти годы «денежные доходы колхозников… возросли в 2,8 раза», так как многие «колхозные семьи» стали получать «от общественного и личного подсобного хозяйства, полностью освобожденного от обязательных поставок государству натуральной продукции, доход, обеспечивающий им высокий достаток».

Между тем ни у кого не вызывает сомнения, что первые успехи «целинной эпопеи» были вызваны прежде всего тем, что в 1954–1959 годах на освоение новых пахотных земель были направлены огромные финансовые ресурсы в размере 30,7 млрд. руб.[754], или 31,6% всех капиталовложений в сельское хозяйство страны, большая часть вновь производимых пашенных тракторов, зерновых комбайнов и другой сельхозтехники, сотни тысяч механизаторов, агрономов и студентов со всех регионов страны, которые ежегодно принимали активное участие в уборочных кампаниях, и т.д.

Однако несмотря на массовый энтузиазм и трудовой героизм советского народа, вскоре стало очевидно, что экстенсивный путь развития сельского хозяйства объективно исчерпал себя. Уже в 1959 году закрома родины вновь недосчитались почти 15 млн. тонн зерна, поскольку его валовый сбор упал до 119,5 млн. тонн[755]. На сей раз жертвой очередного хрущевского гнева стал Первый секретарь ЦК Компартии Казахстана Н. И. Беляев, которому заодно припомнили и кровавые события в Темиртау. В январе 1960 года он был снят со своей должности, отправлен «на исправление» в Ставропольский крайком, а затем выведен из состава Президиума ЦК. Новым главой республиканской Компартии стал председатель Совета Министров Казахской ССР Динмухамед Ахмедович Кунаев, а на пост второго секретаря был избран первый секретарь Ленинградского горкома партии Николай Николаевич Родионов. Кстати, за последние шесть лет это была уже пятая смена власти в Казахстане, но далеко не последняя. В самом конце декабря 1962 года Н. С. Хрущеву вновь «попала вожжа под хвост» и он провел очередную рокировку в высшем руководстве республики. Д. А. Кунаев вновь был пересажен в кресло председателя Совета Министров Казахской ССР, а Первым секретарем ЦК КП Казахстана был избран первый секретарь Южно-Казахстанского обкома Исмаил Юсупович Юсупов. Второй секретарь ЦК Н. Н. Родионов тоже был снят со своего поста и отправлен обратно в Ленинград зампредом укрупненного Северо-Западного СНХ, а на его место сел первый секретарь Карагандинского обкома партии Михаил Сергеевич Соломенцев[756].

Между тем в 1960 году ситуация несколько поправилась, и осенью удалось собрать 125,5 млн. тонн зерна. Но опять-таки это произошло не за счет роста урожайности, а за счет распашки новых целинных земель. В этой ситуации Н. С. Хрущев вновь прибег к сугубо административным мерам, и по его крайне жесткому настоянию в конце декабря 1960 года принимается Постановление ЦК о создании на территории пяти казахстанских областей — Акмолинской, Кокчетавской, Кустанайской, Павлодарской и Северо-Казахстанской