Сергей Козлов - Исторические предпосылки создания спецназа, 1941-1945 гг. [том 2] Страница 106

Группа, руководимая тов. Черниковым, установила месторасположение крупного штаба соединения немецких войск и даёт сведения о передвижении сил пехоты и танков противника в сторону фронта».

Данный орден под № 359888 и 'орденская книжка к нему (№ Д-838560) в том же 1945 году были вручены отцу героя — Черникову Ермолаю Федоровичу, проживавшему по месту рождения сына.

В 1964 году решением Государственного совета Польской Народной Республики посмертно был награждён орденом «Виртути милитари»

4-го класса (Золотой крест).

Таким образом, является кавалером трёх боевых наград, в том числе двух посмертно: двух советских орденов — Отечественной войны I степени (14 февраля 1945 года; № 359888) и Красной Звезды (4 сентября 1942 года; № 61390) — и одного (в 1964 году) польского — «Виртути милитари» 4-го класса (Золотой крест).

Имя героя было присвоено:

— улице в родном для него городе Горки Могилёвской области Республики Беларусь;

— школе в польском городе Млава. В бытность существования Польши как социалистического государства первый день каждого нового учебного года занятия в этой школе начинались с коллективного чтения стихотворения польского поэта Ричарда Вавжи-няка «Памяти Ивана Черникова».

Диверсионно-разведывательная группа Разведывательного отдела 2-го Белорусского фронта, действовавшая с 25 августа 1944 по 19 января 1945 г. на территории Польши в тылу Восточно-Прусской группировки войск противника.

Первоначально планируемым кодовым названием группы было «Щукарь», однако оно сразу же не понравилось начальнику разведывательного отдела 2-го Белорусского фронта генерал-майору И.В. Виноградову как крайне неудачное, и он, собственноручно внеся правку в соответствующие документы, изменил её на патетико-героическое «Невский».

Состав группы на момент заброски в тыл противника — восемь человек: командир — капитан Черников («Невский») Иван Ермолаевич; заместитель командира — старший сержант Чеклуев («Олег») Александр Васильевич; радисты — старшина Сильвановский («Сокол») Павел Михайлович и сержант Лебедева («Тамара») Анна Степановна; переводчик— старшина Непевная («Нина»; в послевоенный период в замужестве — Цуканова) Эмилия Семёновна; разведчики — младшие сержанты Гринчук («Громов») Яков Яковлевич, Зайцев («Фёдор») Анатолий Николаевич и Хворыщик («Саша») Михаил Фёдорович.

С сентября 1944 года — девять человек: к основной группе плюс один — бежавший из немецко-фашистского плена советский военнослужащий Остратенков Георгий Яковлевич (воинское звание и оперативный псевдоним неизвестны).

В ночь с 24 на 25 августа 1944 года разведгруппой «Невский» получен приказ начальника разведывательного отдела 2-ш Белорусского фронта генерал-майора И.В. Виноградова: «В ночь на 25 августа 1944 года на самолёте Ли-2 направиться в тыл противника и выброситься с парашютами в районе г. Млавы. Местом сбора назначаю полянку у деревни Мостова, 18 км юго-западнее Млавы. Приземлившись, зарыть парашюты, выяснить обстановку и немедленно приступить к выполнению задачи...

Радиограммы передавать за подписью «Невский» или «Олег». В случае неустановления радиосвязи выслать к нам связника, направив его через линию фронта...

Срок работы — с 25 августа 1944 года до выхода частей Красной Армии на рубеж Алленштайн [ныне — польский Оль-штын] — Млава.. .»5.

Десантирована ночью 25 августа 1944 года с борта самолёта в районе приграничного к Восточной Пруссии польского города Млава.

Уже ранним утром 25 августа разведгруппе «Невский» удалось отбить в Центр первую радиограмму: «Приземлились благополучно, знакомлюсь с обстановкой. «Невский»».

В последующем радиограммы за подписью «Невский» поступали в Центр практически ежедневно, причём нередко по две-три.

Из радиограммы от 27 августа 1944 года в Центр: «Вокруг Млавы возводятся укрепления, улучшаются грунтовые дороги. Всё население сгоняется на рытье окопов. На дверях домов появились дощечки с перечислением жильцов. Движение без пропусков до 21 часа».

Из радиограммы от 29 августа 1944 года в Центр: «.. .на железнодорожной станции обнаружены большие склады авиабомб и тяжёлых снарядов: подвоз продолжается непрерывно, транспорты прибывают с интервалами в пятнадцать—двадцать минут. Юго-западнее строится аэродром. В д. Прошково сооружаются блиндажи в четыре наката, на работах занято до двух тысяч солдат».

Из радиограммы от 29 августа 1944 года в Центр: «...в д. Липовец (17 км от Млавы) появился штаб части: радиоустановки на автомашинах, из старших офицеров — подполковник и четыре майора. На юговосточной опушке леса немцы устанавливают орудия крупного калибра».

Из радиограммы от 1 сентября 1944 года в Центр: «...оживление в местечке Шреньск, за ночь расквартировалось до 350 солдат, поспешно оборудуются блиндажи, землянки, бомбоубежища. На Млавском железнодорожном узле гражданские лица заменены военными».

3 сентября 1944 года — сразу три радиограммы в Центр с подробнейшей информацией о Млавском гарнизоне, включая точные местоуказания городских зданий, в которых разместились штабы или же остановились на постой немецкие генералы и старшие офицеры, в том числе были даны ориентиры, призванные облегчить советским лётчикам прицельное бомбометание с воздуха по этим самым объектам.

Из ответной радиограммы Центра: «Спасибо. Очень доволен вашей активностью. Ваши сведения представляют огромную ценность. Берегите себя!»

Из радиограммы от 6 сентября 1944 года в Центр: «.. .вокруг Шрень-ска устновлены зенитки. Вторые сутки на рассвете и вечером прибывают штабные машины, в разгрузке участвуют даже офицеры».

Из радиограммы от 7 сентября 1944 года в Центр: «.. .перед Шрень-ском, в семи километрах по шоссе на Млаву, закопано сорок пять танков».

Из радиограммы от 8 сентября 1944 года в Центр:«.. .ещё сорок танков закопано на девятом километре. Оборудуются полевые склады боеприпасов, углубляются траншеи». ^

Характерным для радиограмм, подписанных «Невским», помимо подробной развединформации было полное отсутствие жалоб на сложности и трудности. Как правило — «Всё в порядке», «Живём нормально», и лишь изредка: «Вчера вынуждены были малость побегать», «Третьи сутки заметаем следы», «Нас опять гоняют»...

Одновременно разведгруппе удалось в кратчайшие сроки выйти на местное польское подполье и с его помощью создать в округе широкую и активно работающую агентурную сеть.

Регулярно практиковались диверсантами-разведчиками и проникновения под видом военнослужащих вермахта в места плотного скопления гитлеровских войск: капитан И.Е. Черников, свободно владевший немецким языком, облачался в мундир майора вермахта, а переводчик старшина Э.С. Непевная — в полувоенную куртку без погон. Таким образом, в частности, удалое^ своевременно выявить новое место дислокации штаба 2-й полевой армии вермахта, только что скрытно переброшенного в район Млавы из расположенного на левом берегу реки Ожиц польского города Макув.

Кроме того, по информации, полученной от разведгруппы «Невский», советской авиацией в сентябре сорок четвёртого был нанесён массированный бомбовый удар по скоплению немецких танков, скрытно сосредоточенных на одном из секретных полигонов. Они предназначались для внезапного флангового удара по войскам 2-го Белорусского фронта. Контрнаступление противника было сорвано.

В заслугах бойцов разведгруппы «Невский» — и радиограмма с предупреждением о планируемом скором применении новейших ракет «ФАУ» в Польше против советских войск. Сведения об этом они получили от хорошо информированного штабного обер-лейтенанта, которого накануне по месту его квартирования в польской деревне Румока удалось «дружески» разговорить посредством обильного угощения самогоном.

Во второй половине сентября сорок четвёртого разведгруппа «Невский» понесла первые безвозвратные потери в своих рядах: при возвращении на базу после выполнения боевого задания, связанного с поиском сброшенного с самолёта на парашюте груза с запасным радиопитанием, продовольствием и дополнительным боекомплектом, попали в засаду эсэсовцев и героически погибли в неравном бою двое разведчиков — младший сержант М.Ф. Хворыщик и Г.Я. Остратенков. Нападение карателей произошло в тот момент, когда оба диверсанта-разведчика обедали у гостеприимных хозяев одного из лесных хуторов. Г.Я. Остратенков остался прикрывать товарища огнём из автомата, укрывшись в подвале. Когда кончились патроны и единственная «лимонка», отверг предложение сдаться на милость победителя и продолжил сражаться с помощью гранат, которыми... его принялись закидывать эсэсовцы: ловил их на лету и тут же выкидывал обратно — туда, откуда они прилетели. Но одна из вражеских гранат всё же успела разорваться в подвале...

Что же касается младшего сержанта М.Ф. Хворыщика, то он уже у леса выстрелами вдогонку был ранен в обе ноги. Пока был жив, яростно отстреливался, прицельно сразив при этом нескольких преследователей, а также спущенную с поводка овчарку...