Юрий Емельянов - Прибалтика. Почему они не любят Бронзового солдата? Страница 103

В то время как лица, причастные к гитлеровской политике геноцида против народов мира, разыскивались по всей планете полициями различных стран, включая «Моссад», а также добровольными «охотниками за нацистскими преступниками», вроде Симона Визенталя, и привлекались к ответственности даже через много лет после окончания войны, прибалтийские коллаборационисты зачастую получали иммунитет. Декларация глав трех великих держав о наказании всех соучастников преступлений гитлеризма, принятая в октябре 1943 года, была попрана. Правда, учитывая влияние еврейских общин в США, американское правительство ограничивало допуск в свою страну бывших палачей еврейского народа. И все же ряд пособников Гитлера из Прибалтики проживал в США после войны. Ни американское правительства, ни правительства других стран Запада не делали ничего для того, чтобы привлечь к ответственности тех, кто был соучастником гитлеровских преступлений в Прибалтике, Белоруссии и областях России. Им предоставлялось убежище в различных странах Западной Европы, а также в Канаде и Австралии. «Иммунитет», обретенный бывшими гитлеровцами из Прибалтики, прежде всего объяснялся высокой значимостью, которую приобрел этот край в борьбе Запада против СССР.

Лишь в начале 90-х годов было начато дело против гауптфюрера СС Карлиса Озолиса, служившего в 15-й дивизии СС, а затем поселившегося в Австралии, где он возглавлял местное отделение организации 1200 бывших латышских легионеров СС. Хотя против Озолиса были выдвинуты весомые обвинения, в 1992 году генеральный прокурор Австралии Майкл Даффи прекратил следствие по его делу. Как сообщал М.Ю. Крысин, избегли наказания и другие руководители латышских коллаборационистов — Оскар Данкерс, Артур Сильгайлис (последний даже отметил свой 100-летний юбилей). Генерал-инспек-тор «Латышского легиона» Рудольф Бангерскис погиб в результате автомобильной аварии.

Глава оккупационного органа «эстонского самоуправления» Хялмар Мяэ спокойно проживал в городе Грац (Австрия), активно занимаясь антисоветской пропагандой в газете «Ээсти хяэль». Директор внутренних дел «эстонского самоуправления» Оскар Ангелус переехал в город Лунд (Швеция) и стал видным деятелем «Эстонского национального комитета». Этот комитет возглавил осевший также в Швеции бывший сотрудник полиции безопасности и СД в Эстонии Леонид Лунд. В Швеции осел также Харальд Вийрсалу, один из организаторов уничтожения евреев в Эстонии. Он являлся членом правления «Представительства эстонцев в Швеции». Там же жили оберштурмфюрер СС Хейнрих Виснапуу, резидент гестапо в Тарту Эдгар Кант, палач Лаак и многие другие.

Сотрудничавший с гитлеровцами с самого начала оккупации бывший премьер Эстонии Улуотс возглавил в Швеции «Эстонский национальный комитет» и «Представительство эстонцев в Швеции».

Оберштурмбанфюрер СС Айн Мере, под руководством которого были совершены массовые убийства, в том числе уничтожение 2 тысяч евреев из Чехословакии и Германии, привезенных в Раазику, после войны поселился в городе Лестер (Великобритания). Несмотря на то что Верховный суд Эстонской ССР приговорил Мере к смертной казни, правительство Ее Величества предоставило ему политическое убежище. Долгое время Мере был заместителем председателя «Общества эстонцев в Англии». Членами этого общества были эсэсовцы Альфонс Ребане и Харальд Рийпалу.

Оберштурмфюрер СС Эрвин-Рихард Вике, которого называли «эстонским Эйхманом» и который был приговорен Верховным судом Эстонской ССР к смертной казни, преспокойно проживал в Сиднее. Помощник Викса — Эвальд Миксон поселился под именем Эдвальда Хендирксона в Рейкьявике (Исландия). Приговоренный советским судом к смертной казни за преступления военных лет комендант Тартуского концлагеря К. А. Линнас продолжал жить в США.

Полицейский комиссар Август Кала, ответственный за уничтожение жителей города Муствээ, стал членом «Совета национальной внешней борьбы». Бывший комиссар 3-го участка полиции города Тарту и соучастник многих массовых расправ с мирным населением Аксель Луйтсалу стал заместителем «Совета национальной борьбы» и заместителем председателя «Прибалтийского союза в Канаде». 5 августа 1959 года премьер-министр Канады Дифенбейкер принял бывшего палача в ходе официальной встречи с делегацией прибалтийских эмигрантских организаций Канады.

Следует учесть, что в последние дни войны многие из тех, кто сотрудничал с немецко-фашистскими оккупантами, поднял знамя «независимости» прибалтийских стран с ведома своих германских хозяев. Так, 5 февраля 1945 года Мере вместе с Ребане и Рийпалу основал в Берлине «Союз свободы Эстонии». В качестве гостя на учредительном собрании был приглашен Г. Гиммлер. 25 февраля 1945 года коллаборационисты оккупантов провозгласили в Потсдаме «независимость» Латвии. А через несколько лет требования независимости прибалтийских стран были выдвинуты теми же пособниками оккупантов, но оказавшимися уже в странах Запада.

В 1951 году в Вашингтоне была организована Американская Латвийская Ассоциация (АЛА), объединившая 135 различных организаций латышей, проживавших в США. «Информационное бюро» АЛА вело пропаганду среди населения США на темы «процессов русификации, религиозного угнетения, этнического подавления народа Латвии, стремящегося к свободе и самоопределению». Аналогичные организации были созданы и эмигрантами из других прибалтийских республик.

Растущая антисоветская ориентация прибалтийской эмиграции и поддержка ее деятельности в США и других странах Запада способствовали активизации антисоветского подполья в Прибалтике. Большую роль в поддержании их боевого настроя играла вера в скорый вооруженный конфликт между СССР и Западом. Р. Таурас в своей книге «Партизанская война на Янтарном берегу» писал, что в частях Фронта литовских активистов «вера в Запад существенно возросла, когда новость об атомной бомбе достигла Литвы». Те дни, когда сотни тысяч жителей Хиросимы и Нагасаки были принесены в жертву демонстрации атомной мощи США, «6 и 9 августа 1945 года были днями великих надежд для командования ЛФА. 20 августа было созвано особое совещание для того, чтобы обсудить международную обстановку. Его участники с величайшим интересом выслушали сообщение Би-би-си о мощи атомной бомбы… Взрыв первой атомной бомбы вызвал оживленные дискуссии среди борцов за свободу в Литве. Общий вывод сводился к тому, что Запад должен представить Кремлю атомный ультиматум и заставить Советы освободить порабощенные страны».

Вера в неминуемую войну, в ходе которой Советский Союз мог быть превращен в атомную пустыню, вдохновляла бывших солдат и офицеров эсэсовских легионов и заставляла их упорно ждать новых влиятельных союзников, которые должны были восстановить досоветские порядки. Мисиунас и Таагепера писали: «Людей притягивало в «лесное братство» ожидание неминуемой войны между Западом и Советским Союзом… С этой точки зрения важно было только продержаться несколько лет… Хотя такая оценка поднимала боевой дух, это также приводило к тому, что повстанцы преувеличивали военный аспект борьбы». Созданная 10 июня 1946 года антисоветская организация Литвы — Объединенное демократическое движение сопротивления — объявила о борьбе «за мировое правительство и создание международного демократического государства благосостояния».

Надежды на всестороннюю помощь извне способствовали развитию контактов подполья с западными державами. Эти связи устанавливались через лиц, выехавших из Прибалтики после 1941 года и оставшихся за пределами СССР. Таурас писал: «В 1945 году командованию ФЛА удалось установить связи с литовскими организациями перемещенных лиц в Великобритании, Франции, Швеции и Германии. Представители подполья умели посещать своих соотечественников, а посланцы организаций перемещенных лиц пересекали границу и прибывали на родину».

Руководители эмигрантских организаций, среди которых преобладали бывшие пособники Гитлера, видели в вооруженной борьбе ФЛА и других «армий» возможность восстановить строй, свергнутый с приходом Красной Армии. Однако в угоду конъюнктуре они объявляли себя сторонниками западной демократии и по мере укрепления своих позиций в западных странах эмиграции требовали усилить поддержку вооруженному подполью. Их требования находили сочувственный отклик по мере углубления «холодной войны» и подготовки вооруженного нападения на СССР.

Западные спецслужбы установили регулярные связи с прибалтийским подпольем уже в 1945 году. Один из видных лидеров повстанцев Юозас Лукша-Даумантис долгое время находился на Западе, стремясь добиться увеличения помощи «лесным братьям». В целях рекламы этого движения им была написана книга «Партизаны за железным занавесом». Американская разведка забросила с парашютом обратно в Литву Лукшу и его сообщников в 1949 году.