Книга об американской поэзии - Григорий Михайлович Кружков Страница 10

Он спотыкался – наугад,

Как пьяный, он ступал —

Шатался – руки простирал —

И вдруг – совсем пропал —

Прощай, кораблик мой – прощай!

Ты был – и ты исчез —

Прозрачна океана гладь,

Недвижен лик небес.

«Успех всего желанней…»

Успех всего желанней

Тому, кто проиграл,

Кто жаждал, но нектара

Не пригубил бокал.

Надменный Триумфатор

В пурпурный плащ одет.

Но знает вкус победы

Не баловень побед,

А только тот, сраженный,

Распластанный в пыли,

Кто слышит – умирая —

Победы шум вдали.

«Далеко Господь уводит…»

Далеко Господь уводит

Своих лучших чад —

Чаще – сквозь терновник жгучий,

Чем цветущий сад.

Не рукой – драконьим когтем —

От огней земных —

В дальний, милый край уводит

Избранных своих.

«Что нам потребно в смертный час…»

Что нам потребно в смертный час?

Для губ – воды глоток,

Для жалости и красоты —

На тумбочке цветок,

Прощальный взгляд – негромкий вздох —

И – чтоб для чьих-то глаз —

Отныне цвет небес поблек

И свет зари погас.

«Смерть, отопри врата…»

Смерть, отопри врата —

Впусти своих овец!

Скитаньям положи предел,

Усталости – конец.

Твоя овчарня – ночь,

Озноб и тишина

Невыносимо Ты близка —

Немыслимо нежна.

«О долгий – долгий – скучный сон…»

О долгий – долгий – скучный сон —

Без проблеска зари —

Где пальцем не пошевели,

Ресницей не сморгни.

Что с этой праздностью сравнить?

Ужели так – все дни —

Томиться в каменном плену,

А погулять – ни-ни?

«Чтоб в масло превратить…»

Чтоб в масло превратить

Благоуханье роз —

Потребно пресс крутить винтом

Без жалости – до слёз —

Зато – и жизнь спустя —

Щемящий аромат

Вернет нам лето – что цвело —

Быть может – век назад —

«Тот День, когда Ты похвалил меня…»

Тот День, когда Ты похвалил меня,

Сказав – ты сильная – а можешь стать

Могучей – стоит только захотеть —

Тот День останется сиять —

Любимый мой – среди грядущих лет —

И прошлых лет – среди унылых груд

Моих счастливых и ничтожных дней —

Как самый драгоценный Изумруд —

«Костер нельзя задуть навек…»

Костер нельзя задуть навек —

Тишайшей из Ночей

Он вспыхнет сам – еще сильней —

Больней и горячей —

Потоп нельзя сложить, как Плед,

И запихнуть в Комод —

Он вырвется наружу —

И ваш Паркет зальет!

«Столь низко пал – в моих глазах…»

Столь низко пал – в моих глазах —

Я видела – как он —

Упав, распался на куски,

Издав печальный звон —

Но не судьбу бранила я —

А лишь себя одну —

Что вознесла – такой предмет —

В такую вышину.

«Желтый цвет Природа тратит…»

Желтый цвет Природа тратит

Меньше всякого другого —

Сберегает эту Краску

Для Заката золотого —

Словно Женщина – которой

Достается в этом мире

Слов Любви – не так уж много —

Как хотелось ей – Транжире —

«Ты до сих пор – во мне…»

Ты до сих пор – во мне —

Хирург сказал бы – жив —

Но – медленно – скользишь туда —

Где памяти обрыв —

Какой вопрос тебе задать —

Как вымолвить – постой —

Пока ты не исчез совсем —

За огненной чертой —

«Бывает Зрелость двух родов…»

Бывает Зрелость двух родов —

Одна к себе манит

Законченною Круглотой

И Бархатом Ланит —

Другая – глазом не видна —

Так матереет Дуб —

Ее лишь Холод в злую Ночь

Попробует на Зуб —

«Мы вновь пошли вперед…»

Мы вновь пошли вперед —

И вывел нас маршрут

К тому скрещенью всех дорог,

Что вечностью зовут.

Дрожа – споткнулся шаг —

В ногах – свинцовый вес —

Град впереди – но перед ним —

Загробья мертвый лес.

Но отступленья – нет,

И нет – пути назад.

А там – Бессмертья белый флаг —

И Бог – у каждых врат.

«Мне ненавидеть недосуг…»

Мне ненавидеть недосуг —

Я думала всегда —

Жизнь эта слишком коротка

И хлопотна Вражда —

Да и любить – тяжелый Труд —

А все же – случай был —

Я пробовала полюбить —

По мере слабых сил —

«Кончалась дважды жизнь моя…»

Кончалась дважды жизнь моя —

И все же ждет душа —

Быть может, ей бессмертье даст