Мусульмане в новой имперской истории - Коллектив авторов Страница 104

войн (1803–1808), генерал-губернатор Восточной Сибири (1835–1837). См. подробнее: Из воспоминаний первого омского областного начальника С.Б. Броневского. Вступительная статья, подготовка текста к печати и комментарии А.В. Ремнёва // Известия Омского государственного историко-краеведческого музея. 1999. № 7. С. 276–299.

499

Генерал-губернатор Западной Сибири первой половины XIX в. выступал главой местного сибирского управления и наделялся обширными административно-хозяйственными, финансовыми и судебными полномочиями. Под его непосредственным надзором находилась администрация губерний, округов, волостей, городов и других единиц, в том числе и омский областной начальник. При генерал-губернаторе действовал Совет Главного управления Западной Сибири, наделенный совещательными функциями. На протяжении XIX в. отмечается тенденция к увеличению его влияния в качестве политической фигуры, обеспечивающей государственную безопасность в пределах генерал-губернаторства, усилению его личной власти. Это приводит к усложнению отношений с губернаторами и расширению ведомственного присутствия министерств в регионе. См. подробнее: А.В. Ремнёв. Генерал-губернаторская власть в XIX столетии. К проблеме организации регионального управления Российской империи // Вестник Омского отделения Академии гуманитарных наук. Омск, 1997. С. 79–85.

500

Начальник Омского внутреннего округа полковник Безносиков поддержал инициативу крестьян, обратившихся в суд с просьбой определить их ведомственную принадлежность.

501

Речь идет о двух крестьянских волостях – Лузинской и Кулачинской.

502

В соответствии с «Учреждением для управления сибирских губерний» 1822 г. юридически закреплялось существование такой категории казахских кочевников, как «внутренние киргизы». Последние на протяжении XVIII – начала XIX в. регулярно переходили Сибирскую линию и кочевали на внутренней стороне реки Иртыш в поисках защиты от родовых междоусобиц и внешней агрессии среднеазиатских государственных образований. На них распространялись основные положения «Устава об управлении инородцев». Впоследствии, с 1854 г., казахи, проживающие во внутренних округах, были подчинены особому управлению.

503

Нечеткий почерк.

504

Данное утверждение не соответствует реальной действительности, поскольку и в 1835 г. отсутствовали точные границы между Омской областью и Тобольской и Томской губерниями (ГАОО. Ф. 3. On. 1. Д. 568).

505

Население Ташкенского бекства – среднеазиатского полугосу-дарственного образования, поглощенного в первом десятилетии XIX в. Кокандским ханством. Основными занятиям населения явились торговля и грабеж. Российская администрация термином «ташкенцы» зачастую называла все народы, проживающие за озером Балхаш, за исключением бухарцев – жителей Бухарского эмирата. См. подробнее: История народов Восточной и Центральной Азии с древнейших времен до наших дней / под ред. К.З. Ашрофян. М., 1989. С. 387.

506

Иван Александрович Вельяминов – генерал-губернатор Западной Сибири (1827–1834).

507

Должность западносибирского генерал-губернатора с 1836 по 1851 гг. исполнял Петр Дмитриевич Горчаков.

508

Полковнику Ф. Бергу.

509

Обязанности областного начальника в 1838 г. исполнял Иван Дмитриевич Талызин, который в 1834 г. занимал данную должность.

510

Полковнику Фалецкому.

511

Основные положения нового административного деления были изложены в положении «Об отдельном управлении сибирскими киргизами» от 6 апреля 1838 г. Внутренние округа Омской области присоединялись к Тобольской и Томской губерниям, а внешние образовывали отдельную Область сибирских киргизов.

512

Астольф де Кюстин. Россия в 1839 году. Москва, 1996. Т. 1. С. 150.

513

В Российской империи казахов именовали киргиз-кайсаками, киргизами или просто ордынцами, а территорию их проживания – Степью или Киргизской степью. Последняя разделялась на Младшую, Среднюю и Большую (Старшую) орду (жуз). Об имперской цивилизационной миссии См.: S. Becker. Russia Between East and West: The Intelligentsia, Russian National Identity and the Asian Borderlands // Central Asian Survey. 1991. Vol. 10. No. 4. Pp. 47–64. В русском переводе см.: Ab Imperio. 2002. № 1. С. 443–469.

514

А. Каппелер. Две традиции в отношениях России к мусульманским народам Российской империи // Отечественная история. 2003. № 2. С. 132.

515

О возможностях ориенталистского подхода к изучению Российской империи, в частности, см. в специальной дискуссии на страницах журнала Ab Imperio (2002. № 1).

516

Э. Хобсбаум. Век Империи. 1875–1914. Ростов н/Д., 1999. С. 103–104.

517

Подробнее анализ коронации российских императоров как символического действа по отношению к российским инородцам см.: Ричард С. Уортман. Символы империи: экзотические народы в церемонии коронации российских императоров // Новая имперская история постсоветского пространства / Под ред. И. Герасимова, С. Глебова,

A. Каплуновского, М. Могильнер, А. Семёнова. Казань, 2004. С. 409–426.

518

Р. Уортман. Сценарии власти. Москва, 2002. Т. 1. С. 186–188.

519

Мы имеем в виду проекты преобразований в Младшей и Средней казахских ордах 1780-1790-х гг., предлагавшиеся последовательно Г.А. Потемкиным, О.А. Игельстромом и Я. Боувером. Об этих проектах подробнее см.: Н.Е. Бекмаханова. Формирование многонационального населения Казахстана и Северной Киргизии (последняя четверть XVIII -60-е годы XIX в.). Москва, 1980. С. 92; М. Вяткин. Очерки истории Казахской ССР. Ленинград, 1941. С. 199; Н.Б. Нарбаев. Государственный совет и Казахстан (60-90-е годы XIX в.). Москва, 1993. С. 28; Б.С. Сулейменов,

B. Я. Басин. Казахстан в составе России в XVIII – начале XX века. Алма-Ата, 1981. С. 116–118; История Казахстана. Алматы, 2000. С. 228–230.

520

О сложностях исследования такой темы см.: В.В. Трепавлов. «Большой хозяин». Русский царь в представлениях народов России XV–XVIII веков//Отечественная история. 2005. № 3. С. 124–136.

521

Конечно, казахские депутаты не были столь далеки от европейской цивилизации (тем более в ее российском варианте) и наивны, как описываемые А.Б. Давидсоном африканские посланцы в Лондоне. Впрочем, сценарий имперской презентации, сочетавший стремление не только удивить, но и запугать, в британском случае включал: прием у королевы Виктории в пышной королевской резиденции в Виндзоре, присутствие рослых лейб-гвардейцев в красочной форме, мероприятия на военно-морской базе в Портсмуте, маневры сухопутных войск с артиллерийской стрельбой, демонстрацию новейшего оружия, военных трофеев, запасов золота и даже театр и зоопарк. Этот перечень поражает своей принципиальной схожестью с тем, что могли видеть азиатские гости российской столицы. См.: А.Б. Давидсон. Сесил Родс – строитель империи. Москва, 1998. С. 153–173.

522

Уже на начальном этапе вхождения казахов в состав