Русское сопротивление. Война с антихристом - Олег Анатольевич Платонов Страница 88

кресты, разбивали и уничтожали иконы и книги. Зачастую такая «работа» привлекала в общество большое количество опустившихся и деклассированных элементов. Во многих случаях во время закрытия и уничтожения церкви устраивались грабежи. Тащили все, что можно, – предметы богослужения, ризы и облачения, до безобразия напивались церковным вином, выламывали для продажи печи и полы и мн. др.

Союз воинствующих безбожников строился по военному признаку, разбиваясь на большое количество ячеек, отрядов и групп. В 1923 году численность Союза достигала 1 миллиона человек, а к 1941 году – 3,5 миллиона, или 96 тысяч первичных ячеек.

Руководящий костяк и основной актив погромной организации состояли из евреев. Большая часть погромных элементов рекрутировалась из городской молодежи. Крестьян и рабочих среди безбожников было мало. На 2-м съезде безбожников из 920 делегатов было 575 служащих и учащихся, 264 рабочих и 109 крестьян[35].

Для подготовки кадров аппарата Союза воинствующих безбожников были созданы центральные, краевые и областные антирелигиозные курсы. Работники аппарата, ведущие групповую и индивидуальную агитацию, получали подготовку на специальных совещаниях и в семинариях.

Союз издавал массовым тиражом целый ряд газет и журналов: газету «Безбожник», журналы «Безбожник», «Антирелигиозник», «Воинствующий атеизм», «Деревенский безбожник», главным редактором всех этих изданий был Губельман.

Одновременно существовало акционерное издательское общество «Безбожник», выпускавшее сотни названий пропагандистской и методической литературы. В большинстве крупных городов было создано более 40 антиправославных музеев.

В функции членов аппарата Союза входила подготовка фальшивых «писем и ходатайств трудящихся» типа – «пора покончить с религиозным дурманом», «требуем закрытия», «считаем необходимым использовать для производственных целей или на стройматериалы». Вот один из образцов «ходатайств трудящихся», сфабрикованный погромщиками.

«Мы, жители села такого-то, ходатайствуем о закрытии церкви такой-то. Новая жизнь, открывшаяся перед нами при советской власти, не нуждается в религиозных предрассудках. Службы, проводимые попами в церкви, есть обман, затуманивание голов трудящегося народа. Протестуя против религиозного обмана и всяких выдумок духовенства, трудящиеся села обращаются в райисполком о ликвидации… церкви и передаче для культурных нужд жителей села (для использования кирпича для строительства колхозного коровника).

Подписи трудящихся».

В городах тоже подготавливались письма и ходатайства, собирались большие митинги, но здесь кроме этого для имитации «воли народа» использовались газеты. От имени трудящихся и членов «Союза воинствующих безбожников» в газетах появлялись откровенно погромные статьи.

Вот характерный пример, найденный мною в газетах того времени.

Ярославская газета «Северный рабочий» 18 февраля 1932 года.

«Подлинно социалистически городом, а не музеем церковных древностей должен стать Ярославль.

Очистить площади и улицы города от «Варвар великомучениц», «Симеонов столпников» и других церквей…

…Ярославская общественность во главе с Союзом воинствующих безбожников… призывает к сносу с Советской пощади, имеющий административное значение для Ярославля, церкви «Ильи Пророка».

Мы требуем сноса церкви «Всех святых», находящейся в середине Комитетской улицы и ломающей ее. По тем же соображениям требуем сноса на Советской улице церкви «Варвары великомученицы», «Симеона столпника» около школы Карла Маркса, церкви «Николо-Надейного» и церкви около пединститута.

Мы требуем очистить весь берег Которосли и Волги от всех церквей и сноса Успенского собора – Михаила Архангела[36].

Члены горсовета Союза воинствующих безбожников (фамилии)

Представители рабочих (фамилии)».

Во время митингов и собраний трудящихся активистами СВБ составлялись протоколы собраний «трудящихся», которые служили дальнейшим основанием для погромных действий.

«Протокол общего собрания рабочих ремонтно-тракторной мастерской Ярселькредсоюза от 5.10.1929 года.

Присутствующих 10 человек (фамилии).

Слушали: тов. Ковалев информирует собрание, что в связи с переходом на непрерывную рабочую неделю и 3-х сменности предприятий, рабочему отдыху будет мешать колокольный звон и, к тому же, наша страна нуждается при индустриализации в цветных металлах, а они висят, не принося никакой пользы. Тов. Ковалев предлагает поднять кампанию по прекращению колокольного звона во всех церквях г. Ярославля и сноса таковых на индустриализацию страны, что уже провела в своем решении районная конференция безбожников 1-го района г. Ярославля.

Постановили: заслушав доклад тов. Ковалева, общее собрание приветствует мысль о закрытии колокольного звона и передачи колоколов на индустриализацию страны, со своей стороны предлагаем обратиться через печать ко всем рабочим г. Ярославля с призывом о поддержке, а райсовет безбожников просим ходатайствовать перед вышестоящими инстанциями о поднятии вопроса о прекращении колокольного звона и передаче их на индустриализацию страны.

Председатель В. Ковалев

Секретарь (подпись неразборчива)».

В помощь погромщикам выходили книги и статьи. Так, при проведении кампании по снятию колоколов издательство «Атеист» в 1928 году выпустило в свет книгу профессора Гидулянова «Церковные колокола на службе магии и царизма».

Заслуживает внимания реклама этой книги, опубликованная в журнале «Антирелигиозник»: «Вопрос о прекращении колокольного звона, о снятии и полезном использовании колоколов привлекает к себе внимание советской общественности. Поэтому всякая книга, способствующая его освещению, заслуживает внимания. Книга П. В. Гидулянова написана с практической установкой. Она дает необходимые факты пропагандистам-антирелигиозникам, которым предстоит быть застрельщиками в движении за снятие колоколов, охватывающем все большие слои трудящихся. К числу таких факторов следует отнести статистические данные о колоколах в СССР и за границей. Оказывается, что в нашей стране не только без пользы, но и с вредом, служат религиозной агитации, пропадает в колоколах около двух миллионов пудов ценнейших металлов: меди, олова, цинка. Профессор Гидулянов указывает и практические пути использования колокольного металла: имеющие художественную ценность колокола могут дать валюту, так как за границей они в цене, а обыкновенные дадут дефицитные металлы…»[37]

Осенью 1930 года в Москве и других городах России был запрещен колокольный звон. За 1925–1938 годы по РСФСР, Восточной Украине, Восточной Белоруссии снято на переплавку 385 810 колоколов, общим весом 36,4 тыс. тонн бронзы. В результате деятельности погромщиков от всего существующего колокольного богатства России до нашего времени сохранилось несколько процентов.

Запланированное закрытие и уничтожение церквей, снятие колоколов, уничтожение церковных художественных ценностей пытались представить как стихийное, по единодушному требованию трудящихся. В погромном журнале «Антирелигиозник» отмечалось: «В ряде сел церкви закрывались немедленно по вынесении постановления сходов о закрытии, так как противников закрытия почти не находилось или вовсе не было»[38]. Конечно, это была наглая, чудовищная ложь, под знаком которой проходила вся деятельность Союза воинствующих безбожников. На самом деле повсюду существовало постоянное сопротивление русских людей погромным актам Союза. Опросы старожилов, проведенные