Великорусский пахарь и особенности российского исторического процесса - Леонид Васильевич Милов Страница 86

хотя там условия были благоприятны, мешали эпизоотии: “во всех округах… каждой почти год, невзирая на предосторожности, от правительства употребляемые, великое препятствие скотоводству причиняет падеж, а особливо рогатому скоту”. Купечество Тамбовской губернии регулярно покупало в других наместничествах рогатый и мелкий скот и пригоняло его “почти во все города здешнего наместничества”[1106]. Кроме того, губерния неравнозначна и климатически. Так, “между городами Тамбовом и Хоперским и между вершинами рек Цны и Савалы весьма ощутительно означается весною перелом климата тем, что часто от Тамбова до верховья оных рек ездят на санях, когда в самое тож время от вершины их далее вниз Хопра по зеленым лугам пасут уже стада”[1107]. Возможно, именно по этим причинам “лошади, овцы, козы и коровы в южной части водятся больше и крупнее, нежели в северной… Овцы в южной части имеют на себе шерсть мягче и длиннее против соседственных губерний. Почему поярок тамбовский почитается из лутчих”. Самым примечательным явлением животноводства является раз-ведение свиней в этой губернии. Там, где есть леса, свиньи бывают крупнее, так как “они по большей части ходят без пастухов во все лето по лесам, даже до нападения большого снегу”. Наибольший эффект от столь архаичного свиноводства был в Елатомском уезде, где “свиньи, кои во все лето даже до нападения снегу живут и плодятся в лесах и, питаясь там желудьми и другими лесными плодами, вырастают крупный против других уездов, лежащих в южной части сего наместничества”. При этом лошадей, коров и коз в уезде держат в малом количестве[1108]. Так, в расчете на тягло, барщинные крестьяне Тамбовской губ. имели в среднем менее двух лошадей (Елатомский у. – 1,78 лош., Шацкий у. – 1,4 лош., Темниковский у. – 1,42 лош., Спасский у. – 1,24 лош., Моршанский у. – 1,89 лош., Тамбовский у. – 1,95 лош., Козловский у. – 1,95 лош., Кирсановский у. – 1,94 лош.), точнее, нормальная обеспеченность рабочим скотом была лишь в четырех уездах. У оброчных крестьян рабочего скота было существенно меньше: в среднем на уезд в Елатомском у. – 1,48 лош., в Шацком у. – 1,37 лош., в Темниковеком у. – 1,29 лош. и в Кирсановском у. – 1,72 лош. Низкой была обеспеченность продуктивным скотом (в среднем по восьми уездам 1,08 коровы и 4,47 овцы на тягло) у барщинных крестьян губернии, а также у оброчных крестьян (в среднем по четырем уездам 0,92 коровы и 4,2 овцы на тягло)[1109].“Мякинное парено” или разнотравье?

После краткого обзора состояния кормовой базы и уровня развития скотоводства перейдем к знакомству с самими кормами.

Так, наблюдатель по Олонецкому наместничеству (80-е годы XVIII в.) подчеркивал, что лошадей, коров, овец и свиней “обитатели здешнего края… питают их весною и летом наилутчим кормом на пространных лугах, обильно водою напояемых и… пользуясь избыточеством сенных покосов, имеют скота более других северных жителей. Подножным кормом довольствуется скот от майя по октябрь месяц”. А холодный климат “не попускает возраждаться или по крайней мере усиливаться здесь скотскому падежу”[1110]. Лучшие луга были, конечно, по берегам рек, но “не меньше знатное получается количество сена и на ращищенных среди лесов пожнях”. Как уже говорилось, особо ценились “те сена, которые перемешаны щевелем, мышняком с метликою и трилиственником”[1111]. Пожалуй, только в низовьях Северной Двины в Архангельском у. были столь же богатые пастбища и сенокосы. Но уже в Холмогорах сена не хватало. Рогатый скот, даже дойных коров, кормили яровой и овсяной соломой. Лишь для лошадей кормом было “непременно сено”. В Шенкурском у. рогатый скот также кормили яровой и овсяной соломой, добавляя осоку. По утрам давали “мякинное парево с наливкою горячей воды”. Сверх того дойных коров кормили и сеном, а свиней – “солодилнею и квасною гущей”[1112]. Впрочем, уже в южной части Олонецкого края коров в осенне-зимнюю пору кормили 2, иногда 3 раза в день крупной соломой (ржаной и яровой), сено и мелкую солому (сечку) давали для “по-манки”[1113]. Лишь отелившихся коров несколько недель кормили мякиной с мелкой соломой, а также обваренным кипятком сеном. Телят кормили сеном и мелкой яровой соломой. Свиньям в морозы давали репу, а козам кору от дров. Лошадей кормили сеном, мякиной и яровой соломой[1114]. Весьма примечательно, что во многих селениях Олонецкого наместничества “кормят скот тростником, по корельски рока называемым, растущим по болотам и при берегах озер, от которого скот жиреет. Тростник сей поселяне косят и жнут в июне месяце, вяжут в пучки и сушат… А при употреблении в корм, изсекши ево мелко, кладут в корыто и обваривают кипяченою водою”[1115].

Тверские корма

Для Центра России наиболее подробные сведения о кормовых рационах для скота есть по Тверской губернии. Общая оценка наблюдателей: скота в губернии мало, он “весьма мелок”, и держат его лишь для удобрения навозом полей. В губернии нередки падежи. “Особливо на коров от осенних дурных рос, падающих на траву”[1116]. “Скот здешний мелок и нередко бывает подвержен падежу, а особливо коровы как по причине прогоняемого из Украины чрез сей уезд [скота], так и в большие жары от недостатка текучей воды в селениях, лежащих на суходолах, где скот довольствуется грязною и нечистою водою из прудов”[1117]. Лишь в округе Микулинского и Воловицкого станов, “где от тучных пажитей и от хороших вод [скот] бывает рослее и умножается больше”, и “падежи бывают очень редко”[1118]. Но это исключение. В большинстве уездов положение с кормами было тяжелым. Василий Приклонский сообщает некоторые детали о кормовых рационах по Кашинскому уезду. Здесь корм скоту давали (как и всюду) трижды в день. Утром и вечером дойных коров кормили и доили не на скотном дворе, а в избе. В эти часы на корм шла мякина ячменная, обваренная кипятком, и сено. Скот во дворе получал овсяную, ячменную, иногда пшеничную солому. В полдень и за час до сумерек скот выгоняли на водопой к реке или ручью, после чего всем шла на корм яровая солома. Овцы сено почти не получали. Лишь матки с ягнятами получали хорошее сено. Вечерний корм был также из яровой соломы. Телятам давали, как правило, хорошее сено, овсяную муку, обваренную кипятком или разбавленную сывороткой. Годовым телятам шел хлебный колос, сухой или замоченный кипятком. Лошадям (их кормили особо) шло сено, мелкая солома. Овес давали редко, только “езжалым лошадям”[1119]. В Вышневолоцком у. “езжалых лошадей”, то есть работных,