Сотворение Бога. Краткая история монотеизма - Юлия Леонидовна Латынина Страница 84

Зачем же тогда наш автор столь прозрачно намекает на гомосексуальную связь между Давидом и Ионатаном, – на страшный грех, за который Яхве и уничтожил Содом?

Зачем он с таким вкусом описывает старческое половое бессилие Давида, интриги при дворе обессилившего, впадающего в детство правителя и распри его сыновей?

Зачем он в таких деталях описывает, как Давид послал на смерть своего военачальника, чтобы пополнить свой многочисленный гарем его женой, и эта жена была не кто-нибудь, а именно та женщина, которая родила его наследника – Соломона?

Три источника

Наши знания о царе Давиде проистекают в основном из трех источников. Один из них – это 1-я и 2-я книги Царств (1-я и 2-я Самуила), которые написаны, или, точнее, отредактированы, Девтерономистом. Именно книги Царств содержат все самые человеческие подробности о Давиде – о его возвышении и любви к Ионатану, о распрях его сыновей и старческом бессилии Давида. Девтерономист писал в конце VI в. до н. э., однако его текст инкорпорирует в себе, как мы увидим, гораздо более ранние и нередко противоречивые источники.

Этих источников по меньшей мере два.

Наш второй источник – это текст, который на иврите известен как дивре ха-ямим, а на русском как книги Паралипоменон, первая и вторая. Паралипоменон написаны гораздо позже Девтерономиста, и, как мы увидим, их историческая ценность крайне низка. Однако они иногда проговариваются о важных деталях, о которых умолчал Девтерономист, и еще они очень пригодятся нам для одного специфического сравнения, о котором мы поговорим ниже.

И наконец, наш третий источник – это археология. Особенность истории царя Давида заключается в том, что все, что мы можем заключить о нем из археологии, полностью опровергает все то, что мы можем заключить о нем на основании текста Девтерономиста, а также его источников.

По крайней мере, на первый взгляд.

Рассказ Девтерономиста

Итак, что мы знаем о царе Давиде из книг Царств?

Мы знаем, что в Израиле был царь, которого звали Саул. Это был первый царь Израиля. До этого в Израиле царей не было, а народом правили непосредственно шофеты, судьи, избранные и ведомые Богом. Однако, когда филистимляне стали теснить еврейский народ, народ захотел себе военного лидера и потребовал от последнего из судей, пророка Самуила, поставить им царя.

Народ евреев предал Бога, требуя себе царя. Это был такой же акт измены и нечестия, как создание Золотого Тельца или жертвоприношения идолам.

«Не тебя они отвергли, но отвергли Меня, чтобы Я не царствовал над ними», – сказал по поводу этого желания народа Яхве Самуилу (1Цар. 8:7).

Однако народ уперся: не хотим бога, хотим царя, и Самуил помазал им в цари Саула из племени Вениамина. Однако Саул был плохой царь. Когда он разбил амалекитян, он не предал херему часть их имущества и даже сохранил жизнь царю амалекитян Агагу. За это Бог руками Самуила отобрал у Саула царство, и Самуил тайно помазал на царство пастушонка Давида, младшего из детей Иессея, из колена Иудина.

Вскоре Давид (о помазании которого никто не знал) устроился на службу к царю Саулу.

Источники Девтерономиста не согласны с тем, как именно это произошло. Согласно одному из них, Давид у Саула был музыкантом. Он играл на арфе, разгоняя безумные мысли, которые часто мучили подозрительного и полусумасшедшего царя (1Цар. 16:23).

Это, если подумать, даже как-то странно. Ведь, согласно этому источнику, Давид был придворным фигляром, – то есть существом, стоящим в дворцовой иерархии чуть выше поваренка, но много ниже ученого писца, жреца, чиновника или начальника стражи. По правде говоря, если приглядеться, этот наш источник не очень-то жалует Давида.

Согласно нашему другому источнику, появление Давида на службе Саула выглядело куда более героически. Маленький пастушонок Давид был победителем филистимлянина Голиафа, который вызывал на бой людей Саула. Все перетрусили, – и только полуобнаженный Давид вышел против закованного в броню Голиафа с одной пращой в руке, оглушил его, зазвездив камнем в лоб, а после отсек Голиафу голову его собственным громадным мечом.

После этого Давид разбил филистимлян, и благодарный Израиль валил ему навстречу с тимпанами, распевая: «Саул победил тысячи, а Давид – десятки тысяч!» (1Цар. 18:7).

Эта нехитрая песенка и стала причиной гнева Саула. Саул испугался, что Давид отберет у него престол. Поначалу он попытался женить Давида на своей дочке, но потом решил убить. Однажды, когда Давид играл на арфе, он бросил в него копье, да не попал.

Единственный человек, который спас Давиду жизнь, был сын Саула, Ионатан. Ионатан и Давид любили друг друга, и Давид воспел эту их любовь в проникновенной песне. «Ты был очень дорог для меня; любовь твоя была для меня превыше любви женской» (2Цар. 1:26).

После того как Давид сбежал из-под копья, брошенного в него рукой Саула, Ионатан встретился с Давидом, и они поклялись друг другу во взаимной верности. Они уговорились, что Иоанатан поговорит со своим отцом о Давиде, а Давид в это время будет прятаться в поле. Ионатан сказал Давиду, что если гнев Саула утих, то он пустит стрелу, пошлет слугу ее искать и закричит ему: «стрелы впереди тебя», то все в порядке и Давиду можно вернуться в царский дом и занять свое место за царским столом. А если Ионатан закричит: «стрелы позади тебя», тогда делать нечего – Давиду надо бежать.

Разговор Ионатана с отцом вышел как нельзя хуже. Ионатанан вышел в поле, выпустил стрелу, закричал слуге: «стрелы позади тебя», – беги, Давид, беги.

Таким образом, как следует из нынешнего текста Девтерономиста, главной причиной гнева Саула на Давида были его военные успехи.

После этого Давид убежал на юг, в Иудею. Там из царского зятя и сотрапезника царя он стал предводителем шайки разбойников. «И собрались к нему все притесненные и все должники и все злые душею, и сделался он начальником над ними; и было с ним около четырехсот человек» (1Цар. 22:2).

Иначе говоря, Давид возглавил шайку апиру.

Всех этих головорезов надо было как-то содержать, и Давид занялся тем, чем обычно занимались шайки апиру, то есть разбоем и рэкетом. Одним из объектов его вымогательства стал человек по имени Набал. Набал жил в местечке Маон, в километре с небольшим от горы Кармель, и у него было три тысячи овец и много земли. Давид, скрывавшийся тогда в «пустыне Маона», отправил к Набалу людей со следующим требованием:

«Ныне я услышал,