История центральной Европы. Срединные королевства - Мартин Рейди Страница 78

1699 году Леопольд заключил мир с турками в Карловице (Сремски-Карловци), который сейчас находится на севере Сербии, заполучив почти всю историческую территорию Королевства Венгрии. Мирный договор подписали в шатре, открытом со всех сторон, чтобы указать на его мировую значимость. Карловицкий мир также был первым современным договором Центральной Европы с детально прочерченными границами на более чем сотне карт, нанесением глубины рек (чтобы просчитать заранее эрозию берегов) и расстановкой каменных пирамид вдоль границы для ее обозначения на земле. Но все старания оказались потраченными впустую – мир продлился недолго [5].

Судьба Ракоци была решена в 1704 году, когда, объединив силы, британская и габсбургская армии разбили его французских союзников в Бленхайме (Блиндхейм или Гохштедт) в Баварии, что привело к его изоляции. Гохштедтское сражение чествуют как победу Джона Черчилля, герцога Мальборо, но она также была триумфом габсбургского генерала Евгения Савойского, войска которого в последний момент прибыли на поле боя, обойдя французов. Евгений, мастер хитрить и отпускать остроумные колкости, прослужил Габсбургам более 50 лет. Он уже владел усадьбой в Вене и еще более величественным летним дворцом в пригороде, однако успехи в боях принесли ему впечатляющее вознаграждение и благодарность династии Габсбургов.

Евгений предвидел восточный вопрос, то есть преодоление последствий падения Османской империи в Европе. Он совершенно верно предвидел, что Русь захочет установить опорный пункт на Балканах и что Габсбургам следует сделать первый шаг, чтобы амбиции Руси не получили развития. Так что Евгений убедил императора Карла VI расторгнуть Карловицкий мир и начать новую кампанию против турок в 1716 году. В скором времени Евгений захватил Тимишоару и Петроварадин в последнем регионе Венгрии, принадлежавшем османам, а в следующем году – еще и Белград.

Евгений подумывал о том, чтобы углубиться на Балканы, дойти до Фессалоников, но вместо этого отдал предпочтение миру. Договор, заключенный в 1718 году в Пассаровице (Пожареваце, теперь город в Сербии), оставлял за Габсбургами кусок Западной Валахии под названием Олтения, а также Белград, север современной Сербии и бывший османский эялет – провинцию Тимишоара. Территория размером примерно с современную Бельгию, Тимишоара была окружена Тисой, Мурешом и Дунаем. После завоевания эта территория, из-за ошибки исторических географов, спутавших ее с другим местом, стала известна как Банат [6].

Раньше габсбургская администрация отдавала куски венгерских земель, отвоеванных у турок, потомкам их прежних владельцев. Если найти их не представлялось возможным или документы, подтверждающие право собственности, были утрачены, земля становилась владением императора либо уходила с молотка. Но Олтения и бо́льшая часть габсбургской Сербии никогда не были частью Венгрии. Правительство в Вене обозначило эти земли как находящиеся в «абсолютной власти» (лат. absolutum domanium) короны и поместило их в распоряжение императорской казны и императорского военного совета во главе с Евгением Савойским. Но он пошел дальше. Под предлогом военной необходимости Банат оказался в центре соглашения, несмотря на то что до 1550-х годов это была часть Венгерского королевства и множество венгерских дворян могли претендовать на располагавшиеся здесь поместья по праву предков [7].

Евгений Савойский получил полную власть над этим огромным пространством. К счастью, в архиве императорской казны был план, составленный в 1680-х годах, где было четко сказано, что он должен делать. У Габсбургов никогда не было проблем с длинными названиями, и план был составлен «Королевской и императорской субделегацией по комиссии венгерских дел». В результате около 80 собраний подкомиссия разработала так называемую «Работу по реставрации» (Einrichtungswerk), проект модернизации венгерских территорий, которые были отняты у турок. Некоторые из этих рекомендаций уже были приняты в регионах Венгрии, завоеванных Леопольдом в 1680-х и 1690-х годах. Теперь Евгений Савойский доверил своему главному генералу, Клаудиусу Флоримунду Мерси, лотарингцу на службе у Габсбургов, реализацию «Работы по реставрации» в Банате с помощью специальной комиссии и назначил его гражданским и военным губернатором.

«Работа по реставрации» была типичным камералистским проектом, основанным на вертикали власти и вмешательстве государства. Население захваченного региона должно быть увеличено за счет иммиграции для повышения продуктивности, развитие новых индустрий и возведение новых культур должно поощряться, шахты – открываться, больницы – строиться; также должны быть составлены санитарные правила и правила пожарной безопасности, построены дороги и депо, чтобы солдаты не мародерствовали, введены дресс-коды и разумные привычки питания. Также важно, что «Работа по реставрации» не очень заботилась о правах дворян. Как объяснял председатель комиссии, «различные привилегии дворянства относительно общественных обременений противоречат принципам разумного управления» [8].

Банат был чистым листом и идеальной почвой для экспериментов. В Средние века Банат был плодородной сельскохозяйственной землей, но война и нерадивость привели к разрушению берегов и дамб, а это, в свою очередь, привело к масштабным наводнениям и распространению эндемической малярии (также известна как банатская лихорадка). Над болотами реки Тимиш располагалась массивная крепость Тимишоара с четырьмя большими башнями. По описаниям турецкого наблюдателя, она напоминала не что иное как гигантскую черепаху (kaplum bagea) в воде. Но глубинка была заболоченной и слабо заселенной – в среднем всего два человека на квадратный километр. В основном там жили сербы и румыны, которых габсбургская администрация часто объединяла под античным названием «иллирийцы» (как в «Двенадцатой ночи» Шекспира). Они были убеждены, что в разрушении Баната главным образом виноваты иллирийцы и их примитивность – они не разбирались в сельском хозяйстве, были суеверными и находились «под каблуком» малообразованного православного духовенства [9].

Оригинальный труд «Работа по реставрации» придавал серьезное значение этническому здоровью. Так, в Венгрии он рекомендовал иммиграцию немцев, чтобы «венгерская кровь, от природы склонная к мятежу и шумихе, смирилась немецкой, и таким образом пришла к устойчивому доверию и любви по отношению к естественным для немцев наследственной монархии и аристократии». Под предводительством Евгения Савойского тот же принцип был применен в Банате, с той лишь разницей, что немецким поселенцам следовало «выдавить» иллирийцев. Но их следовало лишь сдвинуть в сторону, а вот всех остальных, в том числе «иноверцев вроде язычников, евреев, турок, лютеран и кальвинистов, а также остальных еретиков», – окончательно выселить из Баната. Новый порядок в Банате сильно превзошел «Работу по реставрации», которая предполагала отправку немецких протестантов в пустующие части Венгрии. В действительности граф де Мерси, губернатор и глава комитета по реставрации Баната, нанял немцев-лютеран на работу в его частных владениях в Венгрии [10].

Рост населения в Банате был поразительным. Если в 1717 году там проживало 80 тысяч человек, то через 60 лет их было уже не меньше 300 тысяч. К сожалению, это были не те люди, которых там хотел видеть Евгений Савойский, – в основном это были сербы и румыны из