Нефть и мир. «Семь сестер» – дом, который построил Джон - Леонид В. Крутаков Страница 77

Парадокс, однако, заключается в том, что с момента озвучивания корпоративного мирного плана американское государство постоянно и беспрецедентно наращивало свои регуляторные функции, обеспечивая их на внешнем контуре военно-морскими и военно-воздушными силами. Хотя никакого парадокса здесь нет. Чем шире модель, чем больше у нее контрагентов, тем шире и мощнее должен быть аппарат надзора и принуждения. Чем больше макросистем (социальные паттерны) модель абсорбировала в себе, тем значимей силовой ресурс подавления до полной их культурной аннигиляции.

Последним (14-м) пунктом «мирной программы» Вильсона было создание надгосударственного органа регулирования всех мировых спорных вопросов (единый арбитраж), воплощенного в идее создания Лиги Наций. Но Англия «украдет» у США победу в Great War. «Мира без победителей» не будет. Будет раздел Османской империи на подмандатные территории и зоны прямого контроля Британии и Франции в соответствии с ранее достигнутыми договоренностями («Соглашение Сайкса – Пико»), но уже без России.

Вся Месопотамия отойдет в зону контроля Британии с присоединением к ней широкого территориального пояса от Персидского залива до Средиземного моря, который отрезал Анатолию и континентальную Европу от сухопутного доступа к нефти Мосула. Вся собственность немецких частных компаний в Турции и на Балканах будет конфискована Версальским мирным договором (большевики с национализацией частной собственности не были творцами исторического прецедента. – Л. К.) и распределена по зонам контроля, созданным в рамках «Соглашения Сайкса – Пико».

Швейцарский Bank für orientalischen Eisenbahnen, на который Deutsche Bank оформлял свои железнодорожные (включая Багдадскую железную дорогу) активы в Турции, Британия выведет из-под конфискации по Версальскому договору под предлогом нейтралитета Швейцарии. В итоге Eisenbahnen будет выкуплен синдикатом английских банков. Турция выразит полную поддержку этой сделке, железнодорожная концессия Честера останется за бортом.

Немецкую долю в Turkish Petroleum, охватывающей картельным соглашением всю территорию бывшей Османской империи, Великобритания, по нефтяному соглашению Сан-Ремо от 24 апреля 1920 года, передаст Франции. Нефтяные компании США лишатся доступа к энергетическому сердцу планеты.

Иллюстрация 37. Карта раздела Турции по соглашению Сайкса – Пико на британскую, французскую, русскую и международную зоны оккупации, 1916 год

Соответственно, американский Сенат не ратифицирует Версальский договор, США не войдут в Лигу Наций. Сложится так называемая Версальско-Вашингтонская система международных отношений с разделом мира на западное (Атлантика) и восточное (Тихий океан) полушарие (будущие несостоявшиеся TTIP и TPP. – Л. К.).

США заключат сепаратные мирные соглашения с Германией и Австрией, пойдут на особые отношения с Советским Союзом. Турции войну Америка даже не объявляла, несмотря на ее союзнические отношения с Германией и участие в Great War. В ходе Великой войны США будут целенаправленно наращивать свое гуманитарное (когнитивное) и торговое присутствие на Ближнем Востоке.

Американским школам, миссиям и представительствам в Османской империи была предоставлена полная свобода действий даже в ходе ведения реальных боев. С 1913 по 1920 год американский экспорт в Турцию вырастет с 3,5 до 42,2 млн долл. (рост более 1200 %), а импорт турецких товаров достигнет 39,6 млн долл.[350]

Авторитет США на Ближнем Востоке как единственной в мире страны, которая не преследовала меркантильных интересов при разделе Османской империи, будет огромным. Оставалось только конвертировать этот авторитет в реальное господство (primo). Развернется долгая борьба вокруг Turkish Petroleum.

Сначала американские компании добьются участия в ближневосточном нефтяном картеле, а потом в нарушение картельных обязательств они оформят на себя всю нефть Саудовской Аравии. Когда секретное соглашение об эксклюзивных правах американских компаний на саудовскую нефть станет известно, начнется Вторая правоустанавливающая (мировая) война.

Ответ на вопрос, почему корпоративный принцип построения международных отношений («мир без победителей») неизбежно вел к новой войне, является ключевым для понимания генезиса модели вплоть до ее сегодняшнего состояния. Ответить на этот вопрос мы попробуем последовательно в двух следующих главах.

Расскажем о двух параллельных (финансовой и нефтяной) внутренних англосаксонских войнах (Pax Americana против Pax Britannica) за создание новой системы общественных отношений («Глобализация – 2.0»), которые развернулись после Great War. Начнем с финансовой войны…

Глава 7. «Дипломатия доллара»

«Весь мир насилья мы разрушим…»

Период между Первой и Второй мировыми (правоустанавливающими) войнами принципиально важен для становления модели. Он дает понимание принципов действия вновь складывающейся системы общественных связей – степень ограничений и свобод в базовых узлах сочленения. Раскрывает моторику модели не в едином контуре макросистемы (общие правила), как мы рассматривали ранее, а на международном уровне (взаимодействие-противоборство разных макросистем, разных правил).

В последнем томе своего исследования итогов и последствий Great War под названием «Мировой кризис» Черчилль писал: «Ужас перед только что закончившейся войной будет еще долго сохраняться, и в этот благословенный промежуток времени великие нации смогут предпринять дальнейшие шаги к созданию всемирной организации с полной уверенностью, что предстоящие трудности окажутся не более тех, какие они уже сумели превозмочь»[351].

Черчилль ошибся. Но не в том, что «ужас долго сохранится» – следующая мировая война разразится всего через десять лет после выхода «Мирового кризиса». Он ошибся в главном – истекло время «великих наций». Версаль возродил на время иллюзию торжества политической традиции Старого Света (деидеологизация, суверенное самоопределение наций, Венский конгресс), которая лежала в основе объединения Германии и Италии. Версальский договор действительно создал ряд новых национальных государств на Балканах и в Восточной Европе, но сама сущность суверенитета была выхолощена[352].

Великая Франция слезно умоляла Дж. П. Моргана выдать ей краткосрочный кредит в 100 млн долл. Великая Германия спорила с созданными на коленке (только что) государствами по поводу «своих» Силезии и Судет. Великая Россия рассталась с огромными территориями. Великая Британия под давлением приняла военно-морской паритет с Америкой по Вашингтонскому договору и де-факто признала доллар мировой резервной валютой, отказав в этом статусе фунту стерлингов.

Великая война разрушила мир великих держав – мировой порядок, базировавшийся на имперских зонах контроля (сферы влияния). Наступал новый мир, новый порядок. На смену суверенитету (политическая воля) шел контракт (корпоративный стандарт), на смену колониализму – неоколониализм. Трансформировались принципы и механизмы легитимизации государственной власти. Политические, военные и экономические позиции Европы безвозвратно сдвигались на периферию[353].

Происходило то, что Лев Троцкий назовет балканизацией Европы. Старый Свет стал соотноситься с Новым, как страны Юго-Восточной Европы соотносились с Лондоном и Парижем до Великой войны[354]. Назревало то, о чем предупреждал Адольф Гитлер, когда писал, что «мировое господство Североамериканского континента» низведет ведущие страны Европы до уровня