Михаил Смолин - Тайны русской империи Страница 70

За свой яркий писательский стиль Е.Л. Маркова называли Златоустом Щигровского уезда. Даже люди, не разделявшие его воззрений, такие как В.Г. Короленко, не могли отказать ему в хлестком стиле и яркости изложения, признавая его заметным явлением в русском пишущем мире. Граф Л.Н. Толстой приглашал Е.Л. Маркова в соредакторы своего журнала «Ясная Поляна», но Евгений Львович относился отрицательно к толстовским педагогическим идеям и отказал великому писателю. В.В. Розанов в некрологе на смерть Е.Л. Маркова отмечал у него «редкое здравомыслие и уравновешенность» («Новое время». 1903.21 марта).

Отец автора «Войн темных сил» проделал довольно долгий путь от взглядов западника-либерала до формирования в нем охранительно-славянофильских убеждений. Ведущую роль здесь сыграл народовольческий революционный террор и особенно цареубийство 1 марта, подействовавшее отрезвляюще и заставившее многих пересмотреть свои политические пристрастия. Эволюцию взглядов Е.Л. Маркова легче всего проследить по сотрудничеству с тем или иным журналом в разные годы его творчества. Начав свой писательский путь в «Русском вестнике» (либерального периода, 1858—1862), он сотрудничал в «Отечественных записках», затем «Вестнике Европы», с 1875 года являлся ведущим публицистом газеты «Голос» органа консерваторов-западников и далее в журнале «Русская речь» (1879—1882). С1882 же года Е.Л. Марков писал почти исключительно в правых изданиях, в журналах «Русское обозрение», «Русский вестник» и «Неделя», в газетах «Новое время» Суворина и «Русь» (1884-1886) Аксакова.

Все вышесказанное о семье Марковых свидетельствует, что лидер Союза русского народа Николай Евгеньевич Марков происходил из высококультурной дворянской семьи, активно участвовавшей в общественной и литературной жизни Российской империи. Его отец, Евгений Львович, умерший от рака, имел от двух браков пятерых детей.

Сам Н.Е. Марков родился 2 апреля 1866 года. Местом рождения был либо Симферополь, где его отец служил директором Симферопольской гимназии и народных училищ Таврической губернии, либо одно из родовых имений дворян Марковых Александровка, Патепник или Богородицкое, расположенные в Щигровском уезде Курской губернии.

Отношения дворян Марковых с крестьянами своих имений были глубоко патриархальными, родственными, каковые хранились и передавались из поколения в поколение как семейная традиция.

Свое среднее образование Николай Евгеньевич скорее всего получил в Курской гимназии. Высшее — в Институте гражданских инженеров.

Вскоре он женится и, по некоторым данным, работает инженером на железной дороге. Несколько позже, унаследовав от своего отца 250 десятин земли в Курской губернии, Н.Е. Марков начинает заниматься сельским хозяйством и становится земским деятелем (гласным губернского земского собрания), как и его отец, по Курской губернии.

Бурный XX век, пустивший русскую историю с места в карьер, быстро нанизывал одно политическое событие на другое: боксерское восстание, студенческие волнения, террористические акты, Русско-японскую войну. Молодой, полный сил и желания действовать дворянин Н.Е. Марков не мог остаться в стороне от событий, происходящих с его Родиной, и при первой возможности включился в политическую борьбу. Еще в декабре 1904 года он составил адрес государю императору от имени Курского земского собрания, с указанием на незыблемость самодержавия. «За принятие моего адреса, — писал позже Н.Е. Марков, — служащие в то время кадетской Губернской земской управы ворвались к нам во время заседания и, угрожая стульями и палками, выгнали наше земское собрание из земского дома и, оставшись победителями, влезли на столы и стали петь рабочую марсельезу.

Возмущенный наглостью революционеров, я вошел в их круг и провозгласил “ура” самодержцу всероссийскому. Мой возглас был поддержан большей частью публики, и испуганное патриотическим порывом народа, разбойничье племя постыдно бежало на улицу» (см. «Ответ Маркова 2-го на статью Жеденева в “Русском знамени”. СПб., 1910).

Уже из этого раннего события в его политической жизни явственно виден мужественный, бесстрашный и прямодушный характер Николая Евгеньевича Маркова.

В разгар революции, в 1905 году, он становится одним из организаторов (вице-председателем) курской «Партии народного порядка» (около 500 членов). Вскоре же Н.Е. Марков организует курское отделение Союза русского народа, и большинство членов «Партии народного порядка» переходит во вновь образованный отдел.

Союз русского народа был массовой монархической черносотенной организацией, возникшей как ответная реакция на революционное движение. Первое организационное собрание Союза прошло 8 ноября 1905 года, и его основателями стали детский врач А.И. Дубровин, художник А. А. Майков, В.М. Пуришкевич, А.И. Тришатный, И.И. Баранов и некоторые другие. Состав Союза русского народа был крайне разнороден: от церковных иерархов (многие в будущем стали св. новомучениками российскими), св. прав. Иоанна Кронштадтского, академика А.И. Соболевского, профессора А.С. Вязигина, профессора В.Ф. Залесского, профессора Б.В. Никольского до простых крестьян и рабочих. Союз русского народа выступал за укрепление господствующего положения в империи православной церкви, незыблемость самодержавия, национальное единство и неделимость России, первенствующее значение русской народности и русского языка, строгое соблюдение частной собственности, ответственность печати по суду, ограничение прав евреев и др.

Официальным органом долгое время была газета «Русское знамя» (1905—1917). Наибольшей численности Союз русского народа достиг в период борьбы с первой революцией в 1905—1907 годах, когда, по словам В.В. Розанова, «начальство ушло», и честный гражданин оказался один на один с разношерстными проявлениями широчайшей революционной деятельности: с бомбометанием, с вооруженными восстаниями, с разгулом красного террора, всевозможными видами святотатства и прочими общественными радостями, несомыми русскому обществу «освободительным движением». Именно черносотенство смогло подставить русской власти, получившей от революции нокаут, свое гражданское «плечо», стихийно соорганизовавшись и выступив но всему революционному фронту с противодействием общественным беспорядкам, пока сама власть не опомнилась и не подавила революционные выступления своей мощью.

Не во всем принимавший позицию крайне правых и не разделявший некоторых из их положений М.О. Меньшиков, один из организаторов Всероссийского национального Союза, признавая их заслуги перед Отечеством, писал в 1911 году: «Непростительно забыть, какую роль сыграл, например, покойный Грингмут в Москве или Дубровин в Петербурге, Дубасов — в Москве или Дурново — в Петербурге, Семеновский полк в Москве или вся гвардия в Петербурге. Что главная осада власти и центральный штурм ее были в Петербурге и в Москве… Инородческая революция пыталась поразить империю в самом ее сердце, — вот отчего в обе столицы понабилось столько мятежников и пристанодержателей бунта. Мы… не принадлежим к Союзу русского народа, но было бы или актом невежества, или черной неблагодарностью забыть, что наши национальные начала были провозглашены еще задолго до возникновения партии националистов — именно такими «черносотенными» организациями Петербурга, каково Русское собрание и союз гг. Дубровина и Пуришкевича. Если серьезно говорить о борьбе со смутой, действительной борьбе, не на живот, а на смерть, то вели ее не киевские националисты, а петербургские и московские монархисты»{303}.

Открытая революция улиц и площадей, бомб и револьверов вскоре переместилась в созданную Государственную Думу, став там «легальной революцией» антиправительственных речей, антирелигиозных и антигосударственных законопроектов.

Правые, оставившие за собою поле боя с революцией 1905 года в городах и селах Российской империи, увидев новое проявление «темных сил» в революционных атаках на власть в Государственной Думе, пошли противодействовать ей и туда. Этому помогло введение 3 июня нового избирательного закона, по которому была избрана III Государственная Дума.

В это время Н.Е. Марков вел активнейшую борьбу с проявлениями революционного хаоса в Курской губернии. Его влияние там постепенно становилось всеохватным. По его почину были изгнаны из губернского и уездных курских земств все революционеры; курское дворянство вычеркнуло из своих дворянских списков дворян — участников антимонархических партий. Он начал издавать ежедневную газету «Курская быль» (1905—1917), ставшую одним из важнейших звеньев в монархической пропаганде в губернии. Это давало свои положительные результаты — Курская губерния выбрала в III Государственную Думу девять правых монархистов, из одиннадцати депутатов, среди них и Н.Е. Маркова. На момент избрания в III Государственную Думу он имел чин коллежского советника.