Владимир Побочный - Весна 43-го (01.04.1943 – 31.05.1943) Страница 51

Из дневника руководителя отдельной диверсионной группой партизан Григория Васильевича Балицкого: «Отправил на аэродром своего комиссара тов. Працуна в Москву для лечения, сегодня же назначил комиссаром отряда тов. Криницкого Федота Васильевича, политруком 3‑й роты назначил Голинского Семена Ефимовича. Провел совещание с политруками рот и политруками взводов по вопросу подготовки к Первому мая. Сегодня же провел партийное собрание в 1‑й роте – прием в партию и разбор заявления командира взвода тов. Коновалова о недисциплинированных коммунистах тт. Олейнике и Беде…».

677‑й день войны

29 апреля 1943 г. в 7 часов 40 минут после артиллерийской подготовки, длившейся 1 час 40 минут, советские войска переходят в наступление в районе Крымской. Враг пытается ударами своих бомбардировщиков затруднить их действия. Однако истребители 4‑й воздушной армии надежно прикрывают поле боя. В воздухе происходят бои, длившиеся иногда часами. В них участвуют с каждой стороны по 30–50 и более самолетов. В среднем в сутки происходит по 20–25 воздушных боев, а в отдельные дни – 40 и более. В первый день операции, например, произошло 42 воздушных боя, в которых сбито 75 самолетов противника.

В небе фашистские самолеты – бомбардировщики Ju-88

В период с 18 по 29 апреля в войсках Северо-Кавказского фронта по указанию маршала Г. К. Жукова был проведён ряд весьма важных мероприятий по улучшению оперативного руководства частями, их материального и технического обеспечения. Соединения были срочно укомплектованы свежими силами, укреплялись органы управления. В 9‑й и 37‑й армиях из числа добровольцев создавались специальные отряды для действий через плавни с целью захвата плацдармов на противоположных берегах рек Курка и Кубань. Для этих отрядов были подобраны из местных жителей проводники. Саперами и войсками готовились переправочные средства. Помимо подготовки наступления 56‑й армии были также приняты меры по восстановлению обороны войск на Мысхако, по обеспечению устойчивости обороны и налаживанию бесперебойного снабжения их всем необходимым. Все эти мероприятия позволили войскам Северо-Кавказского фронта неплохо подготовиться к наступлению (к.37).

Под влиянием военных поражений, и прежде всего на советско-германском фронте, продолжают обостряться итало-германские противоречия. В конце апреля 1943 г. полковник эсэсовских войск Дольман – доверенное лицо главнокомандующего германских войск на Юго-Западе фельдмаршала Кессельринга – в беседе с директором фашистского агентства Стефани подчеркивает, что «в широких слоях общественного мнения Германии и в наиболее экстремистских кругах национал-социалистической партии складывается не слишком доброжелательное отношение к Италии; на нее возлагают главную ответственность за то военное положение, в котором оказались державы оси».

Гибель итальянской 8‑й армии на советско-германском фронте и затем поражение итало-германских войск в Северной Африке побуждает Муссолини поставить перед Гитлером вопрос о «заключении сепаратного мира с Россией». Потеря «африканской империи», являющейся для Муссолини одним из главных козырей, который обеспечивает ему поддержку крупной буржуазии, и страх перед революцией, особенно возросший после мартовских забастовок, заставляет фашистского диктатора судорожно искать выход из создавшегося положения.

Вспомним как это было…

Быстро освоились в новых условиях и успешно действовали подводные лодки, прибывшие из состава Тихоокеанского флота. Одна из них, «С-55», под командованием капитана 3 ранга Л. М. Сушкина обнаружила 29 апреля в районе Нордкин – Нордкап вражеский конвой в составе двух транспортов, двух миноносцев и четырех сторожевых кораблей.

Подводная лодка «С-55»

С воздуха конвой прикрывали шесть самолетов. Сушкин повел свой корабль в атаку. Прорвав охранение противника, он с короткой дистанции выпустил четыре торпеды в тот момент, когда оба транспорта, шедшие строем уступа, представляли единую цель. Точный расчет оправдал себя. Послышались взрывы торпед: оба транспорта были потоплены. Только тогда корабли охранения начали преследование «С-55». Уклоняясь от непрерывных атак противника, успевшего сбросить около 90 глубинных бомб, командир сумел вывести лодку из-под дальнейших ударов и благополучно привел ее в базу.

29 апреля 1943 г. Четверг. В течение трёх часов над полем боя в районе Крымской действует 144 бомбардировщика, 82 штурмовика и 265 истребителей советской авиации. В течение дня наши лётчики произвели 1268 самолёто-вылетов, из них ночью 379.

В боевом донесении штаба Северо-Кавказского фронта в Генеральный штаб так оценивались результаты действий авиации за 29 апреля: «ВВС фронта, добившись превосходства в воздухе, ночью и днём уничтожали живую силу и артиллерию противника, прикрывали наши части в полосе 56‑й армии. В течение дня вели ожесточённые непрерывные воздушные бои»…

В эти дни. В конце апреля в Москву вызывают В. Д. Соколовского, И. Х. Баграмяна, командующего Брянским фронтом М. А. Рейтера и командарма 61‑й, соседа 11‑й гвардейской армии слева, генерала П. А. Белова. В Генеральном штабе их принимает А. И. Антонов и заслушивает соображения о дальнейших действиях командующих фронтами. Баграмян пытается отстоять свое мнение, но поддержки не получает. По его словам, в споре он «оказался побежденным, но не убежденным». При обсуждении плана в Ставке Баграмян просит у Верховного Главнокомандующего разрешения высказать свое мнение.

«Сталин не без удивления, – вспоминал И. Х. Баграмян, – но вместе с тем вполне доброжелательно посмотрел на меня:

– Прошу.

Снова были развернуты карты. Стараясь сдержать волнение, я изложил свою точку зрения. Закончив, оглядел всех, предчувствуя, что сейчас «большая тройка» – два командующих фронтами и заместитель начальника Генштаба – обрушится на меня. Одну-две минуты царило молчание. Затем слово взял В. Д. Соколовский, потом М. А. Рейтер.

Оба старались опровергнуть мои аргументы. Особенно жарко говорил Макс Андреевич. Свою отповедь он закончил словами:

– Товарищ Сталин, Баграмян упорно добивается, чтобы ему создали условия, облегчающие решение задачи. Если его послушать, то получается, что нужно не только усилить боевой состав одиннадцатой гвардейской, но еще и поддержать действия этого соединения ударами соседей.

Сталин, до этого внимательно изучавший карту, поднял голову, вынул изо рта трубку, неторопливо разгладил усы. Все смолки. Рейтер бросил на меня осуждающий взгляд, словно хотел сказать: «Предупреждали же тебя: помалкивай. Не послушался, теперь пеняй на себя».

И вдруг Верховный очень тихо и очень спокойно сказал:

– А ведь Баграмян дело говорит. И, по-моему, с его предложением нужно согласиться. Что же касается заботы командарма о более благоприятных условиях для выполнения задачи, то это похвально. Ведь на него же ляжет вся ответственность в случае неудачи…».

План операции изменяется (к.2).

Из архивных материалов и документов текущего дня

№ 0317 29 апреля 1943 г.

Объявляю для руководства «Положение о Главном управлении формирования и укомплектования войск Красной Армии». Приказ НКО 1941 г. № 0268 отменить.

1. Главное управление формирования и укомплектования войск Красной Армии является центральным органом Народного комиссариата обороны Союза ССР.

2. На Главное управление формирования и комплектования войск Красной Армии возлагается:

а) разработка учетно-мобилизационных мероприятий по планам, утвержденным ГОКО, по представлению Генерального штаба.

Контроль за мобилизационной работой, проводимой военными округами по мобилизациям и призывам в Красную Армию младшего начальствующего и рядового состава, конского состава, обоза и упряжи;

б) контроль за обучением пополнения для Красной Армии в запасных и учебных частях военных округов;