500 лет беспокойного соседства. Россия-Турция: игра продолжается - Иван Игоревич Стародубцев Страница 5

выразился следующим образом: «Мы никогда не квалифицировали Турцию как нашего стратегического союзника. Это очень тесный партнер». И вот что нам при такой классификации дает основания думать, что у Турции может быть совпадающая с нашей точка зрения по вопросу Крыма, где у турок – свой исторический интерес? В наши же дни турки всерьез работают над стратегическим возвращением на мировую арену, где северное Черноморье – один из важных векторов турецкого движения.

В русле этой логики вот самый свежий на момент написания книги пресс-релиз Министерства иностранных дел Турции за номером 55 от 16 марта 2025 года, озаглавленный «По поводу одиннадцатой годовщины незаконной аннексии Крыма». И никаких переводов с турецкого языка на русский не требуется. Сайт Министерства иностранных дел Турецкой Республики с некоторых пор существует в русскоязычной версии, и вот как он излагает русскоязычным читателям сайта турецкую позицию по поводу Крыма: «В годовщину аннексии Автономной Республики Крым Российской Федерацией в результате незаконного референдума одиннадцать лет назад (16 марта) мы вновь заявляем, что Турция не признает ситуацию де-факто в Крыму, которая представляет собой нарушение международного права, и что мы поддерживаем территориальную целостность и суверенитет Украины. Мы будем продолжать внимательно следить за развитием событий в Крыму, особенно за положением крымских турок-татар, коренного народа полуострова, и будем держать их на повестке дня международного сообщества».

Из этого можно вывести несколько немаловажных нюансов, касающихся внешней политики Турции в целом. Во-первых, она предельно ясна, конкретна и не особо стесняется в выражениях. Во-вторых, турецкая внешняя политика настойчива и продолжает двигаться в заданном направлении, когда многие уже давно бы бросили.

Подобные вышеприведенному «поздравительные» пресс-релизы от турецкого МИДа российская сторона читает ежегодно под годовщину Крымской весны. Да и, вообще говоря, турецкое внешнеполитическое ведомство и на другие, зачастую болезненные, страницы российской истории регулярно откликается аналогичным образом. «Осуждаем», «не признаем» и так далее.

Но, невзирая на то, что такие публикации явно не способствуют потеплению российско-турецких отношений, вот не боятся турки задеть ни отдельно взятую российскую сторону, ни, в аналогичных ситуациях, кого-нибудь из своих прочих зарубежных визави. Ведь, справедливости ради, надо заметить, что далеко не мы одни становимся мишенью пресс-релизов внешнеполитического ведомства Турции. Да хоть бы даже речь шла о США, ЕС и Израиле – много резких слов произносится турками и в их адрес тоже. Таким образом Турция «приучает» внешний мир принимать ее такой, какая она есть, с ее взглядами и интересами.

Кроме того, благодаря своей жесткой риторике по Крыму Турция плотно держит руку на аритмичном пульсе Украины, где к власти в мае 2019 года пришел «слуга народа» Владимир Зеленский. При этом президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган не стал фокусироваться на несмешных и даже оскорбительных шутках в свой адрес со стороны Зеленского в бытность того комиком. Отличился тот своими стендапами в Анталье по полной программе так, что даже повторять за ним неудобно. Но интернет помнит, как известно, все. И президент Эрдоган, как не менее известно, также проблемами с памятью на нанесенные обиды не страдает.

Но заметно, что фокус турецкая сторона сделала отнюдь не на том, что делал и как шутил комик Зеленский до 2019 года, а на том, какие возможности сулит Турции приход в украинскую власть не просто слабого политика, а кого угодно, только не политика? Такой акцент на практичности вообще отличает турецкий менталитет. А новые возможности на украинском направлении при Зеленском открылись для Турции очень даже многообещающие.

Немногие заметили, что буквально накануне российской СВО, 3 февраля 2022 года, между Турцией и Украиной было ратифицировано Соглашение о свободной торговле. Для сравнения, в 2021 году ВВП Украины составлял около 200 млрд долл., а ВВП Турции пробил отметку в 800 млрд долл. По итогам 2024 года показатели ВВП Украины и Турции разошлись еще больше: 168 млрд долл. у Украины против 1,13 трлн долл. у Турции соответственно.

Но ни 4-кратная разница между турецкой и украинской экономиками в 2021 году, ни 7-кратная разница по итогам 2024 года не характеризуют в полной мере тот качественный разрыв, который между ними существует. Турция, по сравнению с Украиной, в любом состоянии, хоть в довоенные годы, хоть с начала СВО – намного более диверсифицирована, динамична и имеет в своем распоряжении целый ряд отраслей, конкурентных не только в региональном, но и в глобальном масштабе. Как говорится, пользуясь случаем, передаем пламенный привет турецким строителям, которым сопоставимые конкуренты в мире – только США да Китай. И это – не единственный привет, который можно было бы передать успешному и проактивному турецкому предпринимательскому сообществу.

А теперь вопрос: а какая экономика, более сильная или более слабая, получает преимущество в результате заключения соглашения о свободной торговле? Ответ, полагаем, очевиден. Так что слабой экономике не открываться надо бы перед экономикой заметно более сильной, а, наоборот, стоило бы заниматься жестким протекционизмом. По крайней мере, до тех пор, пока не будет достигнут хотя бы относительный баланс.

Свои буквально несколько слов про турецкую «стройку» на Украине начнем с того, что в Турции в строительно-подрядном секторе присутствует трезвое понимание, что работать одновременно на рынках России и Украины вряд ли удастся. А следовательно, компании необходимо совершить выбор в пользу одной из стран. В пользу России говорит большой, растущий и платежеспособный рынок. В пользу Украины – меньшая конкуренция, чем в России, и, что еще более важно, доплата за риск периода СВО в виде более высокой маржинальности проектов.

Период до начала СВО был отмечен заметным ростом присутствия турецких строительных подрядчиков на украинском рынке. И если число полученных турецкими строителями крупных проектов на Украине в 2019 году составляло лишь 7, то в 2020 году их было уже 10, а в 2021 году – и вовсе 34. Общая стоимость подписанных турками новых контрактов на начало 2022 года составляла около 3 млрд долл. За всю историю турецко-украинских отношений, с распада СССР и вплоть до начала СВО, турецкие строители реализовали на Украине проектов на сумму в 9 млрд долларов. Казалось бы, не так чтобы очень много, но тут как посмотреть. Ведь есть еще и те усилия, которые были затрачены, чтобы получить проект для реализации. Да и, как упомянуто выше, его рентабельность.

Сейчас Украина занимает 12-е место в списке крупнейших рынков для турецких строителей. Однако война сулит еще и неизбежный мирный период, когда страну, рано или поздно, придется восстанавливать. И турецкие строители будут здесь, без сомнений, главными кандидатами на выполнение работ. Вне зависимости от того, кто будет обеспечивать финансирование: сама ли Украина (что менее вероятно или даже вовсе невероятно) или же ее зарубежные спонсоры (что намного