Владимир Побочный - Осень 1943 года Страница 47

Установленными для передачи и приема распоряжений, донесений и информации радиосигналами, кодовыми таблицами и кодированной картой не пользуются, и разговоры часто проводятся открытым текстом, допуская разглашение положения своих войск и командных пунктов.

Боевые распоряжения отдаются без указания времени отдачи, места отдачи распоряжения и указания масштаба карты (322-я стрелковая дивизия).

е) Штабы, как правило, отдых организовывают неправильно. В дневное время штабы работают обычно с полным напряжением, а ночью некоторые штабы оставляют неответственных офицеров, которые не знают обстановки и не имеют даже рабочей карты (322-я стрелковая дивизия).

ж) Не при всех штабах имеются посадочные площадки и авиасигнальные посты.

6. По организации взаимодействия

Штабы смежных соединений при организации наступления и в ходе самого наступления действия между собой не увязывают и даже не заботятся о связи между собой, что приводит к нежелательным последствиям.

Так, например, командные пункты 74-й стрелковой дивизии и 8-й стрелковой дивизии, находясь севернее Короп в одном километре друг от друга, не смогли договориться о совместных действиях и не вошли в связь между собой, хотя складывающаяся обстановка настоятельно требовала совместных действий и прочной связи. Начиная с 4 по 7.10 1943 г., невзирая на разрыв между флангами 322-й стрелковой дивизии и 6-й гвардейской стрелковой дивизии, штабы этих соединений не связались между собой. Такие факты имели место и в других штабах.

7. По организации управления войсками

а) Не все штабы обеспечивают внезапность действия своих войск. При перегруппировках войск наблюдаются шум и открытые передвижения.

б) Непрерывного наблюдения за ходом боя и контроля за выполнением отданных распоряжений нет.

в) Контроль путем выезда штабных офицеров в части осуществляется слабо, что вызывает необходимость высылать ответственных командиров штаба армии непосредственно в полки и ниже для выяснения обстановки.

г) Материально-технической обеспеченностью войск штабы не интересуются.

д) Скрытое управление войсками штабами организуется плохо, и контроль за переговорами осуществляется слабо. В результате плохой организации контроля за переговорами имели место случаи, когда по радио велись переговоры открытым текстом, разглашая совершенно секретные сведения (бывший начальник штаба 129-й танковой бригады).

В разговорах по телефону допускаются открыто передачи наименования частей, положение войск и их задачи. Начальники штабов, несущие непосредственную ответственность за сохранение тайны и скрытое управление войсками, не выполняют своих обязанностей по этим вопросам. Лица, нарушающие правила скрытого управления, к строгой ответственности не привлечены.

е) Охрана штабов, сохранение военной тайны и обеспечение себя от агентуры врага стоят не на должной высоте.

Все отмеченные выше недочеты в работе штабов являются прямым следствием недостаточного руководства непосредственно своим штабом со стороны начальников штабов соединений.

Требовательность к подчиненным в штабах недостаточна, в результате чего часть штабных командиров работает нечетко, некультурно, без достаточной энергии. Начальники штабов, начальники соответствующих отделов (отделений) не проявляют достаточной заботы о повышении уровня подготовки своих штабных офицеров и об их соответствующем воспитании.

Исходя из вышеизложенного в работе штабов, ТРЕБУЮ:

1. Все указанные недочеты изжить в течение ближайшей недели.

2. У каждого офицера штаба всегда, в любом положении должен быть правильный анализ обстановки, правильное понимание всей обстановки в целом. Нельзя жить только сегодняшним днем. Нужно понимать и предвидеть, что будет завтра и послезавтра (т. е. в ближайший период времени) и проводить свои соответствующие целеустремленные мероприятия.

3. Требовать от офицеров оперативных и разведывательных отделов (отделений) доклад по обстановке в целом. Изучать перспективы возможных действий противника, всегда правильно понимать, чем противник может помешать выполнению нашей задачи, и знать, какие должны быть наши мероприятия (в частности, по разведке).

4. Во всех случаях боевой обстановки немедленно принимать меры по обеспечению флангов, стыков между соединениями и частями, устанавливая ответственность того или иного командира за стык.

5. Во всех соединениях и частях принять меры к установлению связи по фронту.

6. Привлекать к строгой ответственности лиц, докладывающих или доносящих неправильные сведения о противнике и о положении своих войск.

7. В случае порыва проводной связи донесения и информации передавать кратко по радио. На радиостанциях, работающих со штабом армии, иметь ответственных офицеров оперативных отделов, с которыми штабу иметь прямую проволочную связь.

8. Решительно требовать более частых выездов офицеров штабов в войска для контроля и выяснения обстановки на месте.

9. Подтверждаю ранее отданные мною приказания об оставлении на период отдыха командира и начальника штаба соединения ответственных старших офицеров (начальника оперативного или разведывательного отделов).

10. Директиву проработать во всех штабах соединений со всем офицерским составом оперативных, разведывательных отделов и связи.

11. В штабы дивизий, полков штабам корпусов дать свои указания, используя опыт последних проведенных боев.

Окружив деревню Любино, фашисты объявили, что согласно приказу немецкого командования все ее жители должны немедленно эвакуироваться. Но «эвакуироваться» вынуждены были сами каратели. Внезапным налетом партизаны 5-й Ленинградской бригады избавили жителей деревни от рабства. Все они тут же ушли в лес к своим спасителям.

Узнав, что на станции Тосно скопилось много железнодорожных составов, наше командование выслало туда пять пикирующих бомбардировщиков 34-го гвардейского бомбардировочного полка. Группу возглавил опытный летчик гвардии старший лейтенант Сергей Глинский.

Замыкавший группу гвардии лейтенант Петр Лобач сфотографировал результаты бомбометания. Сопоставляя этот снимок со снимком, сделанным до налета, нетрудно было установить, что несколькими прямыми попаданиями бомб в эшелоны уничтожено не менее 20 вагонов. Одна бомба угодила, видимо, в склад боеприпасов: на снимке запечатлен огромный взрыв. Последующая разведка подтвердила, что станция загромождена разбитыми, перевернутыми и обгоревшими вагонами. В нескольких местах было разрушено железнодорожное полотно.

Атакуя вражеские железнодорожные эшелоны в других местах, летчики фронтовой и морской авиации разбили и сожгли в этот день более 60 вагонов.

Дважды Ленинград подвергался сегодня артиллерийскому обстрелу.

Из дневника командира партизанского отряда им. И. В. Сталина в соединении А. Ф. Федорова Григория Васильевича Балицкого: «Рано утром возвратился тов. Бочковский со своим взводом. Тов. Бочковский доложил, что задание выполнил – пустил под откос 2 вражеских эшелона: один из них шел на запад, другой – на восток.

«12 октября 1943 г. в 23.00 подорван поезд с автомашинами и боеприпасами, идущий в сторону фронта. Разбит паровоз, 5 платформ с автомашинами. Движение задержано на 8 часов. Другой – подорван сегодня, – говорит тов. Бочковский, – разбит паровоз, 6 вагонов; 9 вагонов сошло с пути. Эшелон был с пушками и автомашинами».

Поздно вечером возвратились тт. Зубко, Газинский и Шутько. Все три доложили о своей работе. Тов. Зубко привез агентурные данные о подрыве 5 вражеских эшелонов.

Тов. Газинский доложил об организации подпольного райкома партии. Тов. Шутько также подробно доложил о том, что им организованы дополнительно 2 подпольные комсомольские организации, а также организован Киверецкий райком комсомола. Нужно прямо сказать, что решение бюро Волынского подпольного обкома партии выполняется. Иначе и быть не может. Что значит не выполнить коммунисту решение нашей большевистской партии? Если бы тов. Федоров или тов. Дружинин подсказали мне об этом раньше, то нет никакого сомнения, что эта работа была бы сделана давно».

1. Получил Ваше послание от 1 октября с сообщением о намерении направить в Советский Союз северным путем четыре конвоя в ноябре, декабре, январе и феврале. Однако это сообщение обесценивается Вашим же заявлением о том, что намерение направить в СССР северные конвои не является ни обязательством, ни соглашением, а всего лишь заявлением, от которого, как можно понять, британская сторона может в любой момент отказаться, не считаясь с тем, как это отразится на советских армиях, находящихся на фронте. Должен сказать, что я не могу согласиться с такой постановкой вопроса. Поставки Британским Правительством в СССР вооружения и других военных грузов нельзя рассматривать иначе, как обязательство, которое в силу особого соглашения между нашими странами приняло на себя Британское Правительство в отношении СССР, выносящего на своих плечах вот уже третий год громадную тяжесть борьбы с общим врагом союзников – гитлеровской Германией.