Очерки культурной истории обуви в России - Мария Терехова Страница 46

«манку» продержалась до середины 1980-х годов, уступив место новому советскому обувному фетишу — так называемым «дутикам», или «луноходам» («мун бутс» от англ. moon boots). Впервые дутые сапоги из цветной нейлоновой ткани на полиуретановой подошве выпустила в 1970 году итальянская компания Tecnica Group, которая специализировалась на спортивной одежде и обуви. На создание модели дизайнера Джанкарло Занатту вдохновила первая в истории высадка людей на поверхность Луны в 1969 году. Занатта взял за основу сапоги американских космонавтов и придумал модную альтернативу для зимнего отдыха, добавив яркий нейлон и полиуретан на резиновой подошве. Правый и левый сапог не отличались друг от друга (Кокс 2013: 248).

Иллюстрации из журнала «Мода». 1978. № 4

В странах Запада «мун бутс» пользовались популярностью, хотя оглушительным модным трендом не стали, скорее, заняв нишу комфортной обуви для отдыха. Но, появившись в Советском Союзе в конце 1970-х годов (то есть почти с десятилетней задержкой), стали новым обувным фетишем. Литературовед, сотрудница НИИ и преподавательница Ленинградского университета в 1980-х годах, вспоминает:

О, дутики!.. Мой муж, тогда еще жених, подарил мне эти сапоги где-то в начале 80-х, точно не помню — может, 83 год… Я была в восторге. Ну а как: это же современность — не замшелая приличная обувь, обуйся прилично, женщина должна выглядеть элегантно… и т. д. Нет, я не хотела выглядеть «элегантно», как это понимала моя интеллигентная мама. Я хотела выглядеть современно. И свободно. И «дутики» были очень кстати. Я любила их и носила на кафедру тоже! В 90-е они переместились на дачу — до середины 2000-х, кажется, я в них за грибами ходила (интервью с К. Л.).

Иллюстрация из «Журнала мод». 1975. № 2.

В 1970-х годах и в мужской и в женской обуви пользовалась популярностью «градиентная» расцветка, придающая ретроэффект потертости

Среди осенней обуви 1970–1980-х годов были популярны ботинки и полуботинки на шнуровке — часто ярких, контрастных цветов. Платформа постепенно вышла из употребления к концу 1970-х годов, дольше всего продержавшись в летней обуви, в моделях фасона «сабо».

Модные фасоны туфель второй половины 1970-х и начала 1980-х годов включали так называемые «деленки» и лодочки с Т-образным ремешком — отражение тренда на ретростилистику, с одной стороны, и эстетику «диско» — с другой.

8.2. Ботинки из-под прилавка: специфические советские практики потребления

Товарный дефицит порождал специфические практики потребления, незнакомые покупателю за рамками социалистической экономики: простаивание в очередях, обращение к спекулянтам и фарцовщикам, покупка случайных дефицитных вещей, независимо от размера и цвета, с расчетом на перепродажу или обмен по бартеру. Эти повседневные практики и ритуалы, вероятно, требуют комментария для любого, кто не сталкивался с ними на собственном опыте.

Базовым условием советского потребления, как легальной, так и нелегальной его сферы, был блат — система неформальных личных связей, которые обеспечивали доступ к дефицитным товарам и услугам. «Без денег можно было прожить, без блата нет», — с некоторым преувеличением, но, по существу, точно говорит в своих воспоминаниях о советской повседневности киновед Майя Туровская (Туровская 2002). Другая современница, лингвист и психолог Ревекка Фрумкина, развивает мысль: «В обществе, где жизнь регулировалась не монетарным, а именно статусным обменом, лицам с „неконвертируемым“ статусом — доценту вуза или сотруднице библиотеки — оставалось лишь рыскать по магазинам в поисках самых простых вещей…» (Фрумкина 2012: 132).

Специфичность советских потребительских практик, их «немонетарность» порождала особые явления и терминологию: модную одежду не покупали, а доставали; магазины дефицитные товары не продавали, а выбрасывали. С юмором воспринимая особенности своего уклада жизни, советские граждане рассказывали анекдоты:

Идут американец с русским по улицам Москвы. Видят — огромная очередь. Американец спрашивает: «Это что там такое?» Русский подошел, посмотрел и сказал: «Это обувь выбросили». Американец удивился, подошел к магазину и, вернувшись, сказал: «У нас тоже такую выбрасывают» (Мельниченко 2021: 584).

К практикам добывания одежды и обуви относилось многочасовое простаивание в очередях у магазинов, где что-то выбросили, или такое экзотическое для незнакомых с советской действительностью явление, как «поездка по селам» — целенаправленный поиск модных дефицитных вещей в колхозных магазинах, где они периодически появлялись из-за причудливой непредсказуемости социалистической распределительной системы (Тихомирова 2004). Вообще поездки за покупками были неотъемлемой частью советской повседневности: жители столицы и крупных городов старались устраивать «шопинг-туры» в страны соцблока или Прибалтику; провинциалы ездили в Москву и, в меньшей степени, Ленинград. Определенным потребительским потенциалом обладали приграничные и припортовые города с их сильными неофициальными каналами торговли. Поездки на Запад находились на вершине советской иерархии шопинг-направлений, но были доступны очень немногим.

Сатирический плакат «Вы нарушаете правила торговли!» из серии «Боевой карандаш». Ленинград, 1985

В целом современники послесталинской эпохи сходятся во мнении, что «доставание» хороших, а тем более модных вещей оказывалось делом хлопотным и ресурсоемким. Причем в качестве ресурса мог выступать неограниченный запас времени или денег и прежде всего — социальный капитал связей с «нужными» людьми. Отношение к этой бытовой данности было разным: одни воспринимали процесс поиска хороших вещей в условиях дефицита как «увлекательные хлопоты об обновлении гардероба» (Андреева 2009: 159), а другие — как обременительную и раздражающую необходимость, отнимающую время от действительно важных дел — например, интеллектуальной работы (Фрумкина 2012).

Портрет молодой женщины с коляской. Ленинград, 1973. Из личного архива М. Тереховой. Изображенная на снимке историк О. Д. вспоминает: «Мой брат был моряком дальнего плавания, из рейсов привозил нам с мамой подарки, в основном одежду и обувь. Особенно запомнились умопомрачительные английские ботинки из золотистой кожи. Это был шок. Долго не решалась их надеть — любовалась. Я и сейчас их храню как память о брате».

Случай О. Д. характерен: рейсы моряков дальнего плавания были важным каналом попадания импортных вещей в СССР. Помимо возможности порадовать близких подарками, моряки, при желании, могли подзаработать «фарцой» — то есть перепродажей заграничных вещей соотечественникам (Васильев 2007: 102)

Портрет двух женщин в одинаковых туфлях. СССР, начало 1950-х. Из личного архива М. Тереховой

Филолог О. рассказала случай, который произошел с ее бабушкой, — показательный эпизод из советских будней «доставания» обуви:

Дело было в 50-х годах прошлого века. Прошел слух, что в каком-то обувном магазине в такой-то день «выбросят» модельные туфли (что за туфли — неизвестно,