Помогать нельзя наказывать, терпеть нельзя просить? Бедность и помощь нуждающимся в социокультурном пространстве Англии Нового времени - Юлия Евгеньевна Барлова Страница 33

подробные сведения по каждому исследованному им и его помощником приходу Англии и Уэльса. Описывая жилище независимого бедняка, Иден констатирует его в основном плохое качество. В таких описаниях часто встречаются слова «страдание», «жалкий», «нужда». В местечках Кендал (графство Камбрия), Банбери (графство Оксфордшир) и Кокерингтон (графство Линкольншир) «в хижинах с печатью нужды», находившихся в «очень жалком состоянии»: по большей части это были «очень маленькие домишки, сделанные из глины, с соломенными крышами». На Восточном побережье Йоркшира также преобладали «жалкие лачуги-сарайчики, сооружённые из грязи и соломы».[220] В то же время Иден пытается, обобщив данные, сравнить дома бедных в разных районах страны, констатируя при этом, что на юге Англии бедняки «в своих домишках более чистоплотны».[221]

Почти во всех графствах и приходах Иден констатирует скудность питания бедняков, хотя важно учитывать, что исследование проводилось, а работа писалась в годы неурожая, когда ситуация с питанием традиционно становилась хуже. Тем не менее, приведенные детали шокируют. В Экклсфилде (графство Йоркшир), например, жители питались листьями крапивы, которые варили в воде, добавляя в них, при возможности, соль и перец.[222] Городок Престайн (графство Ланкашир) поразил наблюдателя Идена тем, что некоторые из нуждающихся, просивших приходсую администрацию о помощи по бедности, в буквальном смысле падали с голода.[223] Основным продуктом потребления для простого люда, помимо хлеба, Иден называет картофель.

Описывая одежду бедняков, Иден обращает внимание на различия в манере одеваться у бедняков различных областей страны. «В срединных и южных районах трудящийся обычно покупает значительную часть своей одежды у лавочника. Вблизи крупных городов рабочий люд редко приобретает новую одежду; они носят уцененные пальто, предметы секонд-хенд. Их жены редко что-то шьют, разве что для маленьких детей. На севере, наоборот, все, что носится, шьется дома, за исключением головных уборов и обуви. Иногда черная и белая шерстяные нити смешиваются при прядении, и в этом случае ткань, сделанная из этой пряжи, не нуждается в покраске. Там, правда, тоже есть бедные, которые не могут себе позволить даже прялку купить, и для них есть лавочки с одеждой – но по ценам, более низким, чем могут быть затрачены на изготовление одежды на дому; однако самошитая одежда все же теплее и служит дольше».[224]

Любопытны размышления Идена, касающиеся угнетенного положения женщин в бедных семьях как одного из препятствий к улучшению бедняками своего благосостояния. Он, в частности, писал: «если право каждого труженика распоряжаться результатами своего труда считать главным стимулом к усердию, то не удивительно, что в условиях, когда женщина не имеет права распоряжаться собственностью, она так мало вкладывает в фонд, предназначенный для содержания семьи… Есть немало примеров, когда у тупого, пьющего и ленивого мужика – умная и трудолюбивая жена, у которой могут быть и возможности, и способности зарабатывать достаточно много, чтобы прокормить детей. Но ее пугает труд, из твердой уверенности в том, что ее супруг отберет у нее даже самую малую толику того, что она заработала, но не смогла утаить от него…».[225] Учитывая, что идеи феминизма в эпоху Идена только зарождались, эти мысли можно считать довольно смелыми для своего времени.

Обширное пространство в конце третьего тома «Положения бедных» занимают таблицы с перечислением профессий бедняков и их семейных доходов. Список профессий, носителей которых Иден относит к бедствующим людям, интересен как сам по себе, так и в свете преобладавшего в ту эпоху мнения о том, что «беден тот, кто не хочет работать». К нуждающимся слоям Иден причисляет представителей таких трудовых профессий, как рабочие доков, различного рода сельскохозяйственные рабочие, шахтеры, каменщики, ткачи, бондари, садовники, портные, «держатели лошадей на постоялом дворе», конюхи, приходские казначеи; встречаются в таблице, правда, и необычные для нас роды занятий – например, «изготовитель оправ для очков»; также в числе нуждающихся в таблицах упоминаются «вдовы» или просто «женщины».

Данные о доходах бедных семей оживляют наши представления том, каков должен быть уровень жизни для того, чтобы считаться «бедным» или «нуждающимся» в Британии XVIII века. Например, приходской казначей в Брэдфорде-на-Эйвоне зарабатывал в год 64 фунтов стерлингов, хлеб же обходился его семье в 39 фунтов, так что, по словам самого казначея, на одежду его семье уже не хватало. Приведенные в таблице профессии приносили доход, в среднем половина которого уходила на еду. Но были и такие трудящиеся семьи, которые получали в неделю 8 или 9 шиллингов (по грубым подсчетам, в год это около 22 фунтов), то есть, если учесть, во сколько обходился хлеб, они «ходили полуголодные и полуодетые».[226] Общий вывод, к которому можно прийти, проанализировав приведенную Иденом статистику, заключается в том, что в целом на питание (в основном на хлеб) уходило до 75 % доходов семей, которые могли быть причислены к категории нуждающихся, а иногда и больше.

Какова же позиция автора, проделавшего такую колоссальную исследовательскую работу, по вопросу о том, что следует делать государству и обществу для бедных? Показательно, что в труде «Положение бедных» нет специального раздела, посвященного каким-либо рекомендациям на эту тему. Ограниченную информацию об этом можно получить, лишь проанализировав и обобщив позицию Идена по частным вопросам и рассмотрев ее вкупе с его общественной деятельностью.

С большой долей условности можно выделить три направления, в которых, судя по всему, Фредерику Мортону Идену виделось решение проблем нищеты:

• совершенствование и детализация законодательной базы, обеспечивавшей функционирование системы социальной помощи;

• повышение эффективности и жизнеспособности семьи как ячейки общества (например, «оптимизация потребления»);

• сведение к минимуму рисков попадания в крайнюю нужду с помощью страхования и т. н. «дружественных обществ» – добровольных институтов, создаваемых потенциально уязвимыми группами для самозащиты путем распределения рисков в своем кругу.

Под первым направлением следует понимать периодические высказывания Идена по вопросам законодательства о бедных, нашедшие отражение и в рассуждениях о современной ему законодательной системе. Так, во втором томе книги он пишет о необходимости законодательного закрепления индексации заработной платы в соответствии с повышением цен на продовольствие и продукты первой необходимости.[227] Судя по эмоциональной окрашенности описаний английских работных домов, Иден не был сторонником набиравшей популярность идеи отказа от «открытого призрения» и замены его системой работных домов. В то же время он поддержал план, предложенный в 1753 г. Генри Филдингом, суть которого заключалась в четком законодательном оговаривании таких элементов режима работного дома, как часы отдыха, работы, перерывы; в унификации процедуры назначения чиновников, детализации полномочий управляющего, наказаний за незначительные проступки, а также во введении четких трудовых инструкций для всех трудовых отраслей. Публично соглашаясь с Филдингом, Иден аргументирует свою позицию тем,