Начало эры разума - Уильям Джеймс Дюрант Страница 231

[живописи] маленьких фигурок, пейзажей и многого другого».37 Адам родился во Франкфурте, в двадцать лет уехал в Италию и, после пребывания в Венеции, провел остаток жизни в Риме. Рубенс молил Бога «простить Адаму его грех лени», но мы не знаем, была ли лень причиной того, что Эльсхаймер ограничил свою работу небольшими картинами на медных пластинах. Вряд ли лень заставила его придать своим пейзажам такую мельчайшую отделку, как в «Бегстве в Египет»,38 или такие уникальные изображения света и воздуха, которые сделали его, при его скромных масштабах, Рембрандтом до Рембрандта. Похоже, что ему хорошо платили за его работу, но не настолько, чтобы удовлетворить его потребности и вкусы. Он стал банкротом, был заключен в тюрьму за долги и умер вскоре после освобождения.

Роспись по стеклу стала излюбленным искусством в эту эпоху, сначала в Цюрихе и Базеле, затем в Мюнхене, Аугсбурге и Нюрнберге; окна в монастырях и домах стали такими же красочными, как в средневековой церкви. Резьба по стеклу появилась в начале семнадцатого века в Нюрнберге и Праге. Семья Хиршвогелей в Нюрнберге славилась художественным стеклом и керамикой. Кёльн и Зигбург согревали сердце немцев каменными кувшинами и кружками с изящной резьбой, а печи часто выкладывались из цветного глазурованного фаянса. В обработке дерева, слоновой кости, железа, драгоценных камней и металлов немцы были непревзойденными. Кабинетных мастеров так высоко ценили, что когда одного из них приговорили к повешению за кражу, его помиловали, потому что он был таким хорошим «искусным плотником». Железные перила вокруг гробницы императора Максимилиана I в Инсбруке превосходны. Антон Эйзенхут в 1588 году выполнил литургические сосуды из серебра с таким тонким дизайном и богатыми украшениями, что они до сих пор стоят на вершине своего рода. Немецкие ювелиры были востребованы повсюду, и их изделия легко находили европейский рынок. Питьевые кубки, кубки и кувшины из серебра изготавливались в сотне шутливых форм; немцы могли напиваться допьяна из ветряных мельниц, фонарей, яблок, обезьян, лошадей, свиней, монахов и монахинь. Даже в своих кубках они вели теологическую войну.

V. ВРАЖДЕБНЫЕ ВЕРОУЧЕНИЯ

Аугсбургский сейм (1555) привел религиозные распри к географическому перемирию по принципу Cuius regio eius religio, «Чья область, того и религия» — то есть в каждом государстве религия правителя должна была стать религией его подданных; инакомыслящие должны были уйти. Это соглашение представляло собой крупицу прогресса, поскольку заменяло эмиграцию казнью; но оно ограничивалось лютеранством и католицизмом, и болезненное выселение многих семей усугубляло хаос и ожесточение в Германии. Когда на смену правителю одного вероисповедания приходил правитель другого, население должно было соответственно сменить веру. Религия становилась инструментом и жертвой политики и войны.

Столь разделенная в теологии, Германия перед Тридцатилетней войной не представляла собой простой религиозной карты. В основном север был протестантским, юг и Рейнская область — католическими; но, поскольку Аугсбургский принцип не мог быть тщательно или поспешно проведен в жизнь, в католических областях было много протестантов, а в протестантских — много католиков. Католики обладали преимуществами традиции и единства; протестанты пользовались большей свободой вероисповедания и разделились на лютеран, кальвинистов, анабаптистов и унитариев; даже среди лютеран шла война вероучений между последователями и противниками либерального Меланхтона. В 1577 году лютеране сформулировали свою веру в Книге согласия, после чего кальвинисты были изгнаны из лютеранских земель. В Пфальце курфюрст Фридрих III благоволил кальвинизму и сделал Гейдельбергский университет семинарией для кальвинистской молодежи. Там в 1563 году кальвинистские богословы составили Гейдельбергский катехизис, который шокировал как католиков, так и лютеран тем, что отвергал реальное присутствие Христа в вине и хлебе Евхаристии. В Пфальце католиков терпели, если они ограничивали свои богослужения домами; унитариев же подавляли насильно. В 1570 году по настоянию кальвинистских профессоров Гейдельбергского университета были преданы смерти два человека, которые ставили под сомнение или ограничивали божественность Христа. Сын Фредерика, курфюрст Левис, предпочитал и насаждал лютеранство; брат Левиса Иоанн Казимир, будучи регентом (1583–92), предпочитал и насаждал кальвинизм; курфюрст Фредерик IV (1592–1610) подтвердил эту политику. Его сын Фридрих V (1610–23) женился на Елизавете Стюарт (дочери Якова I Английского), претендовал на трон Богемии и спровоцировал Тридцатилетнюю войну.

Борьба между лютеранами и кальвинистами была столь же ожесточенной, как и между протестантами и католиками, и она нанесла ущерб протестантскому сотрудничеству во время войны, поскольку каждое чередование ролей между гонителями и преследуемыми оставляло наследие ненависти. В 1585 году граф Вольфганг Изенбург-Роннебургский удалил всех лютеранских чиновников на своей территории и поставил на их место кальвинистов; в 1598 году его брат и преемник, граф Генрих, сообщил кальвинистским проповедникам, что они должны покинуть город в течение нескольких недель, несмотря на ветреную погоду; в 1601 году граф Вольфганг Эрнест стал преемником правительства, изгнал лютеранских проповедников и восстановил кальвинизм. Аналогичные замены лютеран на кальвинистов произошли в Анхальте (1595), Ханау (1596) и Липпе (1600). В Восточной Пруссии Иоганн Функ, обвиненный в кальвинистских взглядах, был предан смерти на рынке Кенигсберга среди народного ликования (1566).39 Канцлер Николас Крелль был обезглавлен в Дрездене (1601 г.) за изменение лютеранского ритуала в кальвинистском направлении и поддержку французских гугенотов.40 В 1604 году ландграф Мауриц Гессен-Кассельский принял кальвинизм; в 1605 году он ввел его в действие там и в Верхнем Гессене; его войска отбили сопротивляющуюся толпу лютеран и снесли религиозные изображения в церквях; проповедники, не желавшие переходить от лютеранства к кальвинизму, были изгнаны.41 В курфюршестве Бранденбург лютеране и кальвинисты яростно спорили о том, был ли освященный Храм на самом деле Христом; в конце концов правительство постановило, что кальвинизм является истинной религией (1613 f.42

Среди этих колебаний истины то, что Меланхтон назвал rabies theologorum, бушевало так, как редко бывало до или после него в истории. Лютеранский пастор Нивандер (1582 г.) перечислил сорок признаков волков и показал, что именно они являются отличительными чертами кальвинистов. Он описал ужасную смерть ведущих антилютеран; Цвингли, по его словам, пав в бою, «был разрублен на ремни, и солдаты использовали его жир — он был полным человеком — для смазки своих сапог и ботинок».43 В лютеранском памфлете 1590 года говорилось: «Если кто-то хочет, чтобы ему в нескольких словах объяснили, по каким статьям веры мы сражаемся с дьявольским кальвинистским выводком гадюк, то ответ таков: по всем и каждому из них… ибо