Украинские хроники. Становление и деградация государства - Олег Борисович Иванов Страница 19

войны: в Бабьем Яре и во многих других местах. Их расстреливали в лесах, возле яров, сталкивали в братские могилы. Многими пособниками преступлений были украинцы. Среди них особенно выделялись бойцы ОУН, которые издевались над евреями, убивали их и во многих случаях выдавали немцам», – заявил тогда президент Израиля. В ответ Зисельс обвинил Реувена Ривлина в «старческом слабоумии», использовании «советских стереотипов» и желании «отличиться перед Россией». По мнению Зисельса, документальных доказательств участия «бандеровцев» в истреблении евреев на Украине не существует, что, разумеется, немедленно опроверг руководитель израилського мемориального комплекса «Яд-Вашем» Йосеф Лапид. Но Иосифу Зисельсу мнение израильских ученых – не указ. И он продолжает участвовать в формировании на Украине нового исторического, а скорее, идеологического мифа. «Сейчас выросла новая генерация историков, которая пишет историю, работая не со стереотипами, а с документами. Они пишут историю для того поколения украинцев, которое сейчас является детьми. Я благодарен им за это»43, – заявил Зисельс журналистам.

Подобные высказывания главы «Ваад Украина» и его курс на поддержку украинского радикального национализма как в исторической ретроспективе, так и современного – Зисельс, в частности, считает участие евреев в добробатах вроде «Азова»44 правильным и даже желательным – вызвали возмущение в еврейских общинах по всей Украине. Например, в мае 2018 года еврейская община Николаевской области заявила о своем выходе из «Ваад Украина» в связи с недопустимой позицией руководства «Ваад» и лично Иосифа Зисельса «по героизации украинских вооруженных формирований, входивших в состав вермахта и СС»45.

Русофобские высказывания Зисельса последних лет вызывают оторопь не только у его коллег по «Ваад», но и у любого вменяемого человека. «Почему мы называем советские военнопленные и украинские полицаи? Если советские военнопленные, то и советские полицаи. Потому, что их советская жизнь двадцатилетняя перед войной, много в чем она, не только она, но и особенности воспитания сделали их полицаями. Тогда давайте называть адекватно. Никто не говорит украинские военнопленные, или белорусские, или молдавские. Советские. Потому что это была страна – Советский Союз. Не было страны Украина. И это вопрос: почему стереотип про украинских коллаборантов, про украинских полицаев. Я последние годы пишу «советские полицаи». Это многих раздражает, а я пишу «советские полицаи». Потому, что советские граждане стали полицаями и служили нацистам»46, – рассказывал Зисельс новостному порталу «Политнавигатор» в 2018 году.

Поскольку такую «пещерную» антисоветчину и русофобию выдумать невозможно, можно предполагать только помешательство немолодого уже советского диссидента или его желание услужить нынешним властям Украины любой ценой.

Похожего мнения о деятельности главы «Ваад» придерживаются и в Израиле. «Зисельс – абсолютно придворный, ливрейный еврей, который поражает выступлениями и писаниями, оправдывающими Бандеру, Шухевича, а тем самым и других нацистских пособников»47, – говорит о нем израильский историк, сотрудник института «Яд-Вашем» Арон Шнеер.

Ну а теперь уже бывший соратник Зисельса по «Ваад», глава еврейской общины Николаевской области Михаил Гольденберг характеризует его следующим образом: «Глава «Ваад» любит позировать рядом с первыми лицами Украины, совершать зарубежные вояжи. В историю еврейского движения Украины его имя вписано отчетливо. В советские времена Зисельс был обычным сионистом-диссидентом, за что часто оказывался в местах лишения свободы. Тюремный советский опыт на нынешней Украине воздался главе «Ваад» почестями. Но по политическому значению бывшего советского сидельца Зисельса скорее можно сравнить с Мустафой Джемилевым, чем с героем-мучеником»48.

Не так давно Зисельс предложил составить и опубликовать список преступлений евреев перед украинским народом, а затем принести украинцам коллективные извинения. Интересно, какие еще идеи посетят его в ближайшее время.

2.2.6. Мустафа Джемилев: диссидент или уголовник?

Если диссидентская деятельность и дальнейшая роль в становлении и развитии независимой Украины Левко Лукьяненко, Ивана Дзюбы, Вячеслава Черновола, Степана Хмары и даже Иосифа Зисельса понятна и не вызывает особых вопросов ни у исследователей, ни у комментаторов, то с Мустафой Джемилевым (род. 1943) все гораздо сложнее.

В официальной биографии Джемилева содержатся сведения о его выдающемся участии в борьбе за права крымскотатарского народа, в частности, возвращения в Крым и возврат земель, которые принадлежали татарским семьям, а сам Мустафа предстает мудрым «отцом всех крымских татар», их формальным и неформальным лидером, несомненным моральным авторитетам не только для татар, но и для всех украинцев. Однако существует множество свидетельств, предоставленных его соратниками и оппонентами, которые или прямо опровергают, или сильно корректируют публичную историю лидера крымскотатарского народа.

По официальной версии, Джемилев еще младенцем в 1944 году вместе со своей семьей и другими крымскими татарами депортирован из Крыма в Узбекскую ССР. Там он окончил школу, а затем поступил в Ташкентский институт инженеров мелиорации и ирригации сельского хозяйства, откуда был исключен за написание националистического «Краткого очерка тюркской культуры в Крыму в ХIII–XVIII веках» и критику депортации крымских татар. Однако об этом периоде деятельности Джемилева существуют и иные свидетельства. «В ссыльный период крымскотатарский народ всех сословий: рабочие, крестьяне, небольшая прослойка интеллигенции – все старались учить своих детей, дать им профессиональное или высшее образование, – объясняет Алим Кутлакалы в статье «Кто он – лидер меджлиса Мустафа Джемилев». – По этому показателю из расчета на тысячу человек крымские татары занимали второе после евреев место в Узбекистане. Также поступили и родители М. Джемилева, все их дети получили различные профессии за исключением Мустафы, который не осилил сложности учебы, ему трудно давались математика и технические дисциплины. Тем не менее, возомнив себя пламенным революционером, он стал внушать студенческой молодежи, что за ним осуществляется постоянная слежка, по его пятам днем и ночью ходят и ездят агенты всесильного КГБ. Никто к его словам серьезно не относился. Но, как принято на востоке относиться к слабым, его жалели, оберегали, давали кров и питание, снабжали деньгами. Ему нравилась роль преследуемого изгоя, в какой-то момент он сам поверил в то, что сочинил в своем воспаленном мозгу»49.

Для ощущения себя героем национального движения у Джемилева были некоторые основания: в 18 лет он случайно попал на собрание активистов, пытавшихся создать «Союз крымскотатарской молодежи». Там будущий лидер меджлиса «размахивал игрушечным пистолетом, который всюду носил с собой», чем, собственно, и запомнился участникам встречи50. Создать организацию не удалось, впрочем, большинство тех, кто пытался ее создать, были исключены из вузов, а некоторые даже арестованы. Мустафу никакие репрессии не коснулись, и он мог бы продолжить учебу, если бы, как уже сказано выше, был к ней хоть сколько-нибудь способен. После исключения из института он получил повестку в армию, но не пошел туда. За это Джемилев получил в 1966 году свой первый тюремный срок