Разыскания о начале Руси. Вместо введения в русскую историю - Дмитрий Иванович Иловайский Страница 173

тяжеловооруженных савиров под начальством трех знаменитейших вождей – Балмаха, Кутилгиза и Илигера. А эти имена едва ли могут быть признаны за угро-финские, особенно последнее: оно весьма близко отзывается древнерусским Елг (Олег), латинским – Ольгерд и болгарским – Вульгер (который встречается в том же VI в. как предводитель болгар, вторгшихся в Мизию. См. у Феофана и Анастасия). По известию Феофана, у савиров кавказских была княгиня Боарис или Боарикс, которая наследует своему мужу Балаху, является также союзницей императора Юстиниана I в его войнах с персами и сама предводительствует войском. Имя ее, по всей вероятности, одного корня с славянорусским Борис или Богорис. Не забудем при этом, что кавказские края в древности почитались родиной амазонок. Название савиры или савары слышится также в древнем названии савароматы или савроматы; а этот народ был известен своими воинственными женщинами и, по мнению древних, вел происхождение от скифов, сочетавшихся с амазонками.

Вообще, трудно найти где-либо более сбивчивую и запутанную массу народных имен сравнительно с именами тех народов, которые вышли из стран Прикавказских. Как под именем савиров могут скрываться наши северяне, так и имя алан когда-то распространялось на разные народы, о чем прямо говорит Аммиан Марцеллин в IV в. Впоследствии оно сосредоточилось преимущественно на одном кавказском племени, остатки которого мы узнаем в современных осетинах (ясы наших летописей). Исследования филологов (особенно Шегрена) показали, что это последнее племя принадлежит к арийской семье, именно к группе сармато-мидийских народов, которая, по-видимому, была родственна, с одной стороны, с группой германо-славяно-литовской, а с другой – с языками иранскими.

124

Может быть, это та страна, которая в арабских известиях встречается под именем Серир, в соседстве с Хазарией (Альбалхи, Истархи и Ибн-Хаукал). Еще вероятнее, что здесь вместо Сирия надобно читать Зихия (так читает г. Куник); а эта область соседила с Таманью. Впрочем, Шафарик доказывал, что юго-западные берега Каспийского моря назывались Сирией (Ueber die Abkunft der Slaven).

125

Замечания г. Бурачка на статью Бруна об этих путях см. в «Известиях Геогр. общ. Т. V. Соглашаемся с некоторыми из этих замечаний; но мы не предполагаем, чтобы те же ладьи, на которых русь ходила по Черному морю, были употребляемы по р. Миусу и Самаре. (Поздн. примеч.)

126

От этого Ахиллова Бега или Дромоса византийские писатели называли русь дромитами, как то справедливо доказывает г. Куник (О записке гот. топарха. С. 115). У Арриана нет помянутых слов об Ахиллесе.

127

Болгарские переводы и переделки этих сказаний переходили потом и на русь и здесь распространялись между людьми книжно образованными. Это обстоятельство наводит нас на мысль, что «веди Трояни» Слова о полку Игореве, пожалуй, относятся не к императору Траяну, а собственно к Троянской войне. Впрочем, могло быть, что воспоминания о том и о другом перепутались.

Фраза «Мурмидонес ныне болгары» находится уже в греческом тексте Малалы (по замечанию кн. Вяземского, в его «Слово о и. Иг.». С. 121), следовательно, древнее поселение болгар во Фракии. Это указывает г. Васильевский в своей статье «Сказания об Апостоле Андрее» (Русскови-зант. отрывки. Ж. М. и. пр. Февраль) на с. 177. А на с. 179 он говорит, что название мирмидонян у греков прилагается славянским племенем. (Поздн. примеч.)

128

Этой характеристике особенно соответствует та низменная, северо-восточная часть Кубанской дельты, которая лежит между северным рукавом Кубани, или Черной протокой, и Курчанским, или Верхнетемрюцким, лиманом. Эта низменность наполнена плавнями, то есть тростником и болотами. Вследствие своей непроходимой почвы и нездорового климата она обыкновенно не посещается ни естествоиспытателями, ни археологами; а между тем в древности она была обитаема, и, конечно, такому судоходному народу, как руссы, доступ к ней не представлял затруднений, тем более что Черная протока шире и глубже, чем сама Кубань (см.: Археологии. топограф. Таманск. полуострова. К. Герца. М., 1870).

129

Более тщательные изыскания в курганах Тамани и катакомбах Восточного Крыма, может быть, подтвердят эти известия Масуди.

130

Известие Масуди о господстве племени Валинана над остальными славянами не относится ли ко времени гуннов Аттилы? Болгары, по некоторым указаниям, иначе назывались хвалиссами; отсюда, вероятно, произошло название хвалынян или валынян. (Поздн. примеч.)

131

У арабских писателей встречается один вариант названия Артания именно Утания (Гаркави. Ж. М. и. пр. 1874. № 4). Может быть, этот корень ут и есть то же, что уты, утургуры, как иначе назывались черные болгары. (Поздн. примеч.)

132

О них см. в «Крымском сборнике» Кеппена, с. 251.

133

Название Фуллы не скрывается ли в названии Русскофулей или Ускрофиль на Никитском мысу около Ялты? (См. «Крымск, сборн.» Кеппена. С. 132.)

134

Упоминание о самарянине принадлежит к тем чертам, которые свидетельствуют о достоверности этой части жития. Крымские евреи Средних веков считали себя именно выходцами самарянскими и имели самаритянскую эру. См. о том в упомянутом выше исследовании г. Хвольсона: Achtzehn Hebraische Grabschriften aus der Krim. 1865.

135

Исключение из ученых-славистов в данном случае представляет И.И. Срезневский, который на Первом археологическом съезде, происходившем в Москве в 1869 г., предложил некоторые новые соображения о начале славянской азбуки, связав их с известием жития о русских письменах, найденных в Корсуни. Вот сущность его соображений. Он указал, во-первых, на то, что начертание букв или уставное письмо в древнейших славянских рукописях совсем не соответствует греческим рукописям IX–X вв., то есть эпохе, к которой относят изобретение Кирилла; в эту эпоху в греческих рукописях преобладает уже скоропись. Следовательно, буквы, вошедшие в славянскую азбуку, взяты из того греческого письма, которое господствовало в более раннее время, приблизительно в VIVI! вв. Далее он указывает на господство надстрочных знаков и правильное употребление знаков препинания в греческом письме IX в., чего нет в славянских рукописях. Наконец, он напомнил известие Константинова жития о русских письменах, найденных в Корсуни, известие, которое, несмотря на многочисленность рукописей, везде читается одинаковым образом. Против готского языка, по его мнению, свидетельствует само житие, которое говорит, что Константин, услыхав русского, должен был только прислушиваться к видоизменениям гласных и согласных и вскоре начал «чести и сказати», то есть читать и объяснять. Это указание, по замечанию г. Срезневского, очень важно,