Эпоха бронзы Кавказа и Средней Азии. - Каринэ Христофоровна Кушнарева Страница 168

И этот переход от склепов к каменным ящикам происходил постепенно: в четырех подкурганных захоронениях, раскрытых у сел. Верхний Чирюрт (хутор Зурамагенд, VII группа), найдены каменные ящики, инвентарь которых может быть отнесен к предшествующему времени (Канивец В.И., Буров Г.М., 1956), а керамика находит аналогии в миатлинских склепах (Канивец В.И., Березанская С.С., 1959, с. 69, 74, рис. 5; 9, 1) и памятниках типа Гатын-Кале-Гинчи.

Уже говорилось о наличии кромлехообразных оград вокруг отдельных погребальных сооружений культуры. Они хорошо известны по ряду памятников Северо-Восточного Кавказа эпохи развитой бронзы. Ими окружались курганы и отдельные могилы (Гинчи, Чох, Кули и др.). В этом отношении интересен кромлех, обнаруженный еще в XIX в. у сел. Старый Чиркей. В него были «вписаны» каменные ящики (Комаров А.В., 1872, с. 113, 114). Даже такие детали, как стелы, известны среди более ранних памятников эпохи бронзы (Гатын-Кале, Экибулак и др.). Такие могильники, как Гоно, Гинчи, Харсеной, Гатын-Кале, имели четкую планировку могил. Эти данные так же, как и скорченное положение погребенных, с несомненностью указывают на генетические связи памятников предшествующего времени с древностями каякентско-харачоевского круга.

Обратимся к вещевому материалу культуры. Наиболее массовыми являются керамические изделия, встречающиеся в могильниках и на поселениях. Сделаны они, вероятно, от руки, без применения гончарного круга. Некоторые сосуды поэтому несимметричны, имеют скошенные днища и устья. В изломе черепок серо-черного цвета, глина имеет комковатую структуру, в ней ясно заметны частицы глинистого сланца. Такой состав глины характерен для керамики всех этапов эпохи бронзы Северо-Восточного Кавказа. Поверхность сосудов серо-черная и красная.

Керамика культуры, как и посуда предыдущего времени, по способу обработки наружной поверхности может быть разделена на две группы: 1) посуда, покрытая грубой обмазкой еще до обжига, обычно ею обмазано только тулово, которое налепным валиком отделяется от сглаженной шейки и венчика; 2) посуда с довольно ровной поверхностью.

К.Ф. Смирнов специально изучал керамику Таркинского могильника. Его типология неплохо увязывается с материалом всего обширного региона культуры. Он группирует посуду данного могильника по трем разновидностям (Смирнов К.Ф., 1951, с. 248–251). Нами предложена семичленная типология керамики, характерной для разных памятников культуры. Эту типологию (Марковин В.И., 1969а, с. 42–59, рис. 18–20, 23–25) В.Г. Котович считает довольно сложной, сведя ее к трем основным типам (Котович В.Г., 1978б, с. 58–61; 1982, с. 56–59, рис. 7). Попытаемся учесть мнение К.Ф. Смирнова и В.Г. Котовича.

1-й тип посуды (табл. 107) — это наиболее распространенные и самые крупные сосуды с широким туловом и непропорционально узким дном (они редко имеют ручки). Венчик сильно отогнут наружу (тип А по К.Ф. Смирнову и I тип по В.И. Марковину и В.Г. Котовичу). Среди них встречаются покрытые обмазкой (сохраняют следы движения пальцев) и гладкие. Иногда обмазку заменяют комочки глины или имитация ее штрихами. Таковы черепки посуды из Таркинского могильника, у ст. Манас (погребения 4 кургана 2), могильника у сел. Учавлах (табл. 107, 7, 16) (Крупнов Е.И., 1951а, с. 213, рис. 5, 1; Смирнов К.Ф., 1951, с. 254, 255, рис. 14, 5; Марковин В.И., 1969а, с. 43, 45, рис. 17, 1, 4, 6). Довольно гладкие сосуды, покрытые штриховкой и «елочкой», найдены в Каякенте (ГИМ. Инв. 40753; табл. 107, 3, 11, 12). Размеры сосудов этого типа варьируют в высоту примерно от 40 до 30 см, но могут быть и больше, при этом диаметре тулова у них на 5–7 см меньше высоты сосуда, диаметры дна составляют примерно 1/3 высоты, а величина устья — немногим ее больше.

Таблица 107. Керамика каякентско-харачоевской культуры из Дагестана (1–5, 7, 8, 10, 11, 14–18) и Чечни (6, 9, 13, 19).

1 — сел. Новый Чиркей, овраг Ачи (работы Н.Д. Путинцевой); 2 — сел. Берикей, погребение 3 (работы А.П. Круглова); 3, 11, 12 — сел. Каякент, погребения 10, 18, 23 (работы В.И. Долбежева); 4 — окрестности Махачкалы; 5 — сел. Тарки (работы В.И. Марковина); 6, 9, 13, 19 — сел. Харачой, погребения 29, 38, 40 и из раскопа (работы А.П. Круглова); 7, 16 — ст. Манас, курган 2, погребение 4 (работы К.Ф. Смирнова); 8 — сел. Мамай-Кутан; 14 — г. Буйнакск, полигон (коллекция Б.И. Гаджиева); 15 — сел. Учавлах; 17, 18 — сел. Тарки из засыпки (работы Е.И. Крупнова).

Декор керамики этого типа состоит из налепных валиков (иногда они расположены в два-три ряда), имеющих вмятины, нарезки и наколы; выступов в виде псевдоручек, налепов в виде рожек (наподобие буквы М) и трезубца; нарезного орнамента (штрихи, горизонтальная и вертикальная «елочка», заштрихованные углы и зигзаги). Весь этот декор редко можно видеть на одном сосуде, хотя в целом посуда данного типа (табл. 107, 3-12, 14, 15) производит впечатление богато орнаментированной (Марковин В.И., 1969а, с. 47–51, рис. 16–21; Маммаев М.М., 1989, с. 238, рис. 91).

Разница в степени заглаженности корпуса и в орнаменте позволяет пока еще предположительно выделить три территориальные группы памятников, в которых встречаются подобные сосуды: 1) Восточная Чечня. Здесь чаще всего встречается керамика, покрытая густой обмазкой с преобладанием в декоре налепных валиков; 2) Северный Дагестан до условной линии г. Избербаш-Учавлах-Урма; керамика в большинстве случаев также покрыта обмазкой, но в ее декоре сочетаются налепные валики, отдельные налепы и нарезной орнамент; 3) Южный Дагестан; характерны грубо заглаженные сосуды, обмазка редка, преобладает прочерченный орнамент, иногда дополненный отдельными налепами и валиками с наколами.

2-й тип посуды — эту керамику К.Ф. Смирнов и В.Г. Котович объединяют с предыдущей. Однако нам кажется, что сосуды данного типа, будучи близкими по форме предыдущим, имеют некоторое своеобразие: они менее крупные (не выше 25–23 см), приземистые (у них широкое дно и не так сильно отвернуто устье), слабо орнаментированы. Известно их немного. В могилах они заменяют более распространенные сосуды 1-го типа (так, в Харачое, в погребениях 20 и 34, обнаружены только такие сосуды; табл. 108, 27, 28). Декор одного из подобных, но не сохранившихся сосудов (из могилы 26 в Харачое) А.П. Круглов описывает так: «ручка воспроизводит нос, дугообразные валики — брови, а округлые выпуклости — глаза» (Круглов А.П., 1958, с. 61). К сожалению, этот сосуд обнаружить не удалось. Керамика этого типа известна также из Ачису, Чиркея, окрестностей Махачкалы, Талги, Карабудахкента и других пунктов (Марковин В.И., 1969а, с. 54).

Таблица 108. Керамика каякентско-харачоевской культуры из Дагестана (3, 4, 6–8, 10–12, 14–17, 19–26, 29) и Чечни (1, 2, 5, 9, 13, 18, 27, 28).

1 — сел. Белгатой, погребение 6 (работа А.В. Мачинского); 2, 9, 18, 27, 28