Сотворение Бога. Краткая история монотеизма - Юлия Леонидовна Латынина Страница 118

Так вот: в нашем удивительном тексте в 3-й книге Царств, в котором Яхве, бог Израиля, прямо-таки дышит ненавистью к Израилю и планирует кампанию по его уничтожению, – Яхве не является Илии лично. Илия не видит бога. Он только слышит его. Для автора этой главы это обстоятельство так важно, что он подчеркивает его два раза. «И было к нему слово Яхве» (3Цар. 19:9). «И вот, голос ему» (3Цар. 19:13).

Одно это обстоятельство (не говоря уже о прочих) позволяет идентифицировать именно этот фрагмент как вставку Девтерономиста.

Крайне сомнительно, чтобы в израильском оригинале бог Израиля занимался государственной изменой в особо крупных масштабах и особенно – чтобы он поручал уничтожение дома Омри царю, который сам являлся потомком Омри.

Мы даже не можем быть уверены, что оригинал нашей легенды содержал историю об убийстве четырехсот пятидесяти пророков Баала. Очень может быть, что триумф Илии над Баалом кончался просто победным пиром Ахава и ликующими Илией, бегущим перед его колесницей до самой Изреели.

В таком виде наш текст лишается всех несообразностей и зашкаливающей антиизраильской риторики, и возвращается к своей первоначальной форме: к истории о том, как Яхве сначала избрал Ахава, а потом – отверг, и о том, какую роль в этом сыграла царица Иезевель.

Победа над Сирией

Как же выглядел оригинал нашей легенды? Что сделал Яхве после того, как он триумфально, на глазах царя Израиля Ахава, победил Баала?

Очень просто. Он занялся тем, чем всегда в это непростое время занимались национальные боги. Он даровал Ахаву победу над его главным врагом, в данном случае над Арамом (Сирией).

Следующая глава 3-й книги Царств (3Цар. 19), повествует о том, как Бен Хадад, царь Сирии, осадил столицу Ахава, но Ахав разгромил Бен Хадада с помощью Яхве. Победу ему предсказал некий неназванный пророк Яхве. Сирийцы не успокоились и снова собрались на войну. На этот раз они предусмотрительно решили воевать не в горах, а на равнине. «Их бог – бог гор, а не долин», – сказали сирийцы, и Яхве ужасно на это обиделся. Он снова предсказал Ахаву победу. Он сделал это через некоего неназванногопророка.

«И подошел человек Божий, и сказал царю Израильскому: так говорит Яхве: за то, что сирийцы говорят: Яхве есть Бог гор, а не Бог долин, Я все это большое полчище предам в руку твою, чтобы вы знали, что Я – Яхве» (3Цар. 20:28).

Что это за безымянный пророк, который предсказывает царю Ахаву победы, и что он делает в цикле, рассказывающем о взаимоотношениях Илии, Ахава и Иезевели?

Очевидно, это и есть сам Илия.

Девтерономист заменяет его имя безличным «один пророк», потому что в противном случае рассказ бы выглядел совсем нелепо. Получалось бы, что Яхве велел Илии помочь сирийцам и уничтожить Ахава, а Илия сделал все наоборот: помог Ахаву и уничтожил сирийцев.

Виноградник Навота

И наконец, мы переходим к следующему ключевому эпизоду, – к истории про Навота (Навуфея) и его виноградник (3Цар. 21).

В ней рассказывается, что некий еврей по имени Навот имел виноградник возле дворца Ахава в Изреели. Ахав захотел виноградник купить – но Навот отказался. Ахав расстроился так, что даже перестал есть, отвернулся к стене и переживал. Царица Иезевель, видя страдания мужа, вызвалась раздобыть ему виноградник безо всяких денег. По ее приказу жители города, где жил Навот, обвинили его в святотатстве и побили камнями, а Иезевель гордо сказала Ахаву: «Встань, возьми во владение виноградник Навота Изреелитянина, который не хотел отдать тебе за серебро; ибо Навота нет в живых, он умер» (3Цар. 21:15). В общем, это была первая в истории человечества история про отъем ЮКОСа.

Однако на этом наша история не кончается. После того, как Навот был казнен, у него нашелся последний заступник, – Яхве, бог воинств, и его пророк Илия.

Когда Илия услышал об этой истории, он проклял Ахава и Иезевель. Он заявил Ахаву, что собаки будут лизать его кровь в том самом месте, где они лизали кровь Навота. А царице Иезевель Илия предсказал, что собаки сожрут ее во рву Изрееля.

«Было слово Яхве к Илии Фесвитянину: Встань, пойди навстречу Ахаву, царю Израиля, который в Самарии, вот, он теперь в винограднике Навота, куда пришел, чтобы взять его во владение; и скажи ему: “так говорит Яхве: ты убил, и еще вступаешь в наследство?” и скажи ему: “так говорит Яхве: на том месте, где псы лизали кровь Навот, псы будут лизать и твою кровь”» (3Цар. 21:17–19).

Но на этом Илия не ограничился. Яхве его устами пообещал уничтожить весь дома Ахава.

«Я наведу на тебя беды и вымету за тобою и истреблю у Ахава мочащегося к стене и заключенного и оставшегося в Израиле… И поступлю с домом твоим так, как поступил Я с домом Иеровоама, сына Навата, и с домом Баасы, сына Ахии… Кто умрет у Ахава в городе, того съедят псы, а кто умрет на поле, того расклюют птицы небесные».

Все это Яхве обещает обрушить на Ахава потому, что тот изменил ему и служил идолам.

«Не было еще такого, как Ахав, который предался бы тому, чтобы делать неугодное пред очами Яхве, к чему подущала его жена его Иезевель; он поступал весьма гнусно, следуя идолам, как делали амореи, которых Яхве прогнал от лица сынов Израиля» (3Цар. 21:22–26).

Как легко заметить, из этого описания следует, что Ахав был неисправимый грешник и словом Яхве не дорожил. Поэтому следующий поворот сюжета ставит нас в тупик.

Нам сообщают, что, услышав проклятие Илии, Ахав раскаялся, и за это Яхве обещал ему, что исполнит проклятие не при жизни Ахава, а при жизни его сыновей.

«Выслушав все слова сии, Ахав разодрал одежды свои, и возложил на тело свое власяницу, и постился, и спал во власянице, и ходил печально. И было слово Яхве к Илии Фесвитянину, и сказал Яхве: видишь, как смирился предо Мною Ахав? За то, что он смирился предо Мною, Я не наведу бед в его дни; во дни сына его наведу беды на дом его» (3Цар. 21:27–29).

Возникает вопрос: отчего же почитатель Баала вдруг раскаялся перед лицом Яхве?

Два автора

Как устроен текст про Навота