Эпоха викингов в Северной Европе и на Руси - Глеб Сергеевич Лебедев Страница 116

Ёкуль, мой дед, и первые жители Озерной долины, и он приносил им победу. Хочу я теперь отдать этот меч тебе. Пусть он тебе послужит! – Греттир поблагодарил его за подарок и сказал, что для него это лучше любого сокровища, пусть самого дорогого» (ГрС, 17). «Тут выложил он на стол все взятые из кургана сокровища… Торфинн увидел меч, просиял весь, ибо это была их родовая драгоценность и она никогда не покидала их рода… – Но ты должен совершить какой-нибудь подвиг, прежде чем я дам тебе этот меч. Ведь я сам так и не получил его от отца, покуда он был жив» (ГрС, 18). Меч – главное наследие у «русов» восточных источников: «Не оставлю в наследство тебе никакого имущества; будешь иметь только то, что приобретешь себе этим мечом» (Ибн Русте); «Ваш отец добыл имущество мечом, подражайте и следуйте ему в этом» (Марвази); «Твой отец добыл себе имущество мечом» (Ауфи); «Они кладут возле каждого новорожденного меч, когда, мол, вырастешь, добудешь свое достояние» (Мубарак-шах); «Обычай русов таков: отдают они все достояние дочери, а сыну ничего не дают, кроме меча, и говорят: “Это – твое наследство”» (Мирхонд). Сравнительно старинное происхождение темы, по мнению ведущего ее исследователя, равно как детализация – «результат личных впечатлений от знакомства с русами» (Заходер, 1967: 84).

«Сначала расколется щит сверкающий, и с холодным копьем столкнется копье, и воинов много падет на траву, прежде чем Тюрвинг [наследственный меч] начну я делить, или дам тебе, Хумлунг, половину наследства!» (ПХл, 9).

Функция коммуникации в общем не требовала какого-то особого приспособления меча к ней. Но все же некоторые ее реализации – например, дарение меча конунгом и особенно превращение меча в родовое наследие – стимулировали индивидуализацию этих предметов: выбор (а стало быть, изготовление) особо приметных экземпляров, с какими-то внешними отличиями от стандарта, появление на них особых отметин, дополнительных украшений и т. п.

IV. Сакральная функция: меч – носитель Судьбы. В эпоху викингов он нередко оказывался таковым в самом прямом смысле: «Острая сталь судьбы в сшибке мечей вершила» (ГрС, 80). Но не только воинский утилитаризм определял отношение к мечу. Можно проследить различные оттенки и степени мистической связи оружия с миром богов и потусторонних сил. Самая могущественная из них и в то же время самая близкая людям – Судьба героя (Hаmingja hauldir).

Ценность меча объясняется его сверхъестественно замечательными качествами. Они обеспечивают непобедимость воина, и от них зависит жизнь владельца меча.

Меч нес в себе личную Судьбу воина. При этом – не предопределенную свыше, а неразрывно связанную с его собственной доблестью, силой, мужеством; но – неотвратимую. Ни один не мог сделать больше, чем ему суждено, не мог добиться своей отвагой и предприимчивостью большего, чем сулила ему его Удача – личная и родовая. Высшие духовные устремления скандинавов эпохи викингов направлены на преодоление и приятие судьбы. Главное содержание их преданий и песен – деяния героя, «один на один встречающего свою судьбу, и все сосредоточено на том, как он ее встретит – от этого зависела его посмертная слава» (Гуревич, 1979: 11).

Меч – носитель Судьбы неизбежно связан со сверхъестественными силами и сам обладает сверхъестественными свойствами. На это намекает целая группа формул.

Меч – Судьба воина. «– Не будет тебе счастья, если ты увезешь с собой меч. Она сказала, что готова на это. – Тогда пусть этот меч… отнимет жизнь у того мужа в вашей семье, чья смерть будет для вас самой тяжкой утратой и причиной самых больших несчастий» (ЛС, 30).

«Друг тебя предал: вижу я меч прежнего друга, кровью покрыт он! – Конунг Гейрред сидел, держа на коленях меч, наполовину обнаженный. Услыхав, что Один тут, он встал, чтобы оградить его от огня. Меч выскользнул у него рукоятью вниз. Конунг упал ничком, а меч пронзил его» (РГ).

Герой не должен оставлять меч или отдавать его в чужие руки. «Его меч Фотбит висел рядом с ним. Турид… взяла меч и унесла с собой… Тогда Гейрмунд позвал Турид и попросил ее вернуться на корабль и отдать ему меч Фотбит. – Много добра я бы согласился отдать, прежде чем решился бы расстаться с этим мечом» (ЛС, 30). «В то время как Кьяртан был очень занят этим, у него не было при себе меча, подарка конунга, хотя вообще он не привык выпускать его из рук. Затем… меч исчез». Потом его нашли, вернули, но ножны пропали. «Кьяртан с тех пор уже не ценил свой меч так, как прежде» (ЛС, 46).

Герой непобедим, покуда у него есть этот меч. Прототип формул этого ряда, наиболее универсальных, можно найти во франкской «Песне о Роланде»:

Свой добрый меч извлек наполовинуИ так сказал: «Как ты красив, как светел,Мой добрый меч! Пока в руке моейСверкаешь ты – не скажет Карл Великий,Что я один погиб в краю чужом!Нет, раньше здесь славнейшие из мавровЗа жизнь мою расплатятся с тобой!»(Песнь о Роланде: 35.)

Если учесть, что в старофранцузском оригинале граф Гвенелон обращается к своей «спате» в женском роде, эмоциональная сила этой связи несомненно возрастает.

Да, нас купил неверных царь Марсилий,Но с ним теперь расплатятся мечи!(Там же, 91.)

Функция IV ассоциативно связана со всеми предшествующими I–III, вплоть до обратимости. «Пусть не разит меч твой в битве, разве что сам ты сражен им будешь!» – заклятье, обращающее, меняющее с отрицательным знаком базовые свойства меча (ВПоХХ, 33).

Гибельна утрата замечательного оружия. На первый взгляд, дело в его превосходных боевых качествах, потеря которых сама по себе невосполнима. В своем последнем бою «Кьяртан выхватил свой меч, но подарка конунга при нем не было… Кьяртан наносил страшные удары, однако меч никуда не годился. Ему приходилось все время расправлять клинок ногой… И Кьяртан отбросил от себя оружие… Болли ничего не ответил… и нанес ему смертельный удар» (мечом Фотбит) (ЛС, 49). Но героя, потерявшего меч, смерть неотвратимо находит не только в бою. После похищения меча Фотбит «Гейрмунд и все, кто был на корабле вместе с ним, утонули» (ЛС, 30).

Наделение Удачей через меч. Непобедимость вместе с мечом может быть дарована герою свыше; наделяет этим даром конунг: «Пусть этот меч служит тебе, и я думаю, что никто никаким оружием не победит тебя, пока ты держишь в руках этот меч» (ЛС, 43).

Дар вообще, и меча в частности, был сакральным актом: передавая меч, конунг вручал воину часть своей Судьбы-Удачи (Hаmingja). Судьба-Удача от рождения до смерти сопровождала каждого. Но наиболее богаты этими качествами – «счастьем», «везеньем» – были, по представлениям викингов, конунги (Гуревич, 1979: 185). Конунг возводил свой род к богам-асам, через него смертные