История Византии. Том 1. 395-518 годы - Юлиан Андреевич Кулаковский Страница 111

по договору с Маркианом, должны были защищать от других варваров. В начале правления Зенона готы сидели по Дунаю, и главным их пунктом была крепость Новы. Если у остготов, когда они выходили в двух направлениях из Паннонии, была гордая надежда овладеть обеими столицами империи, как сообщает об этом Иордан, очевидно, на основании изложения Кассиодора, то цель эта оказалась недостигнутой. Готы, вышедшие с Видимиром, были удалены за Альпы, а готы Теодемира остановились в придунайских местностях. Во время этого перехода умер царь Теодемир, и его преемником стал Теодорих. Самая дата этого события не поддается точному выяснению. В 500 году Теодорих, уже как царь Италии, праздновал 30-летие своей царской власти. Если этот счет был верен, то отец его умер в 470 году. Но так как Теодорих, по свидетельству Иордана, вернулся к отцу в возрасте 18 лет, и это случилось около времени убийства Аспара, то 470 год не подходит к этой дате.[1091] Рассказ Иордана о том, как совершилось передвижение готов, не может быть признан надежным свидетельством, так как в нем, очевидно, смешаны события разного времени.[1092] Переселение готов сопровождалось взятием и разрушением городов, как засвидетельствовал о том Теодорих, сын Триария, когда хотел оправдаться в глазах императора в своих проступках, ссылаясь на безнаказанность злодейств своего одноименника.[1093] По всей вероятности, переселение готов совершилось помимо видов императора, и никаких сведений о том, чтобы этот захват новых территорий готами был узаконен, нет в наших источниках.

СОБЫТИЯ ВНУТРЕННЕЙ ЖИЗНИ. СМЕРТЬ ЛЬВА

Император Лев остался жить в памяти истории как столп православия и благочестия. Получив в наследие от Маркиана заботу об утверждении Халкидонского вероопределения, он оказывал твердую поддержку православию в борьбе с монофизитством в Египте и Сирии. Преемником сосланного Тимофея Элура был также Тимофей, по прозванию Салофакиол. Мягкий и кроткий по характеру, он справлялся на своем трудном посту. Но население Александрии выказывало ему враждебное настроение, и, опасаясь участия Протерия, он держал при себе военную охрану. Желая примирить с собой свою паству, он хотел занести в диптихи имя Диоскора, но император запретил ему сделать это.[1094] В Антиохии монофизитство постепенно получило преобладание. Во главе агитации против Халкидонского собора стоял Петр, по прозвищу κναωεύς, т. е. сукновал. Это прозвище он получил от послушания, которое нес, состоя в юные годы монахом в монастыре акимитов в Константинополе. Покинув монастырь, он был священником в Халкидоне. Оттуда вернулся в столицу и нашел доступ к Зенону, с которым и прибыл в Антиохию, когда тот был назначен магистром армии Востока (468 г.). Пользуясь покровительством и поддержкой Зенона, Петр начал горячую борьбу против Халкидонского вероопределения и увековечил свое имя тем, что к песне «Трисвятое», распространившейся по всему христианскому миру при Феодосии, сделал прибавку «распныйся за ны» (ὀ σταυρωϑείς δἰ ἡμἃς), в которой выражалась сущность монофизитства. Возбужденное настроение в Антиохии поддерживали монахи, стекавшиеся из соседних монастырей, и патриарх отправился в столицу искать поддержки. Благодаря участию патриарха Геннадия, Мартирий был принят с большим почетом, и на имя Зенона, в звании магистра армии Востока, был издан указ, сохранившийся в Юстиниановом Кодексе. Император воспрещал на будущее время монахам покидать свои монастыри и проживать в Антиохии и других городах, кроме случаев вызова по делу, а приезжающим воспрещалось устраивать публичные обсуждения вопросов догмы и культа.[1095] Этот указ не возымел действия, и патриарх Мартирий по возвращении нашел свою паству в таком возбуждении, что, опасаясь участи Протерия, сложил омофор и оставил кафедру (471 г.). Феодор Чтец приводит его заявление в такой форме: «От клира бунтующего, от церкви оскверненной я отрекаюсь, сохраняя за собою достоинство священства».[1096] Освободившуюся кафедру занял Петр при величайшем сочувствии антиохийцев.[1097] Но император и патриарх Геннадий твердо стояли за Халкидонский собор, и Петр был низложен и приговорен к ссылке на оазис в Египет, где некогда проживал Несторий. Ему удалось избегнуть ссылки; он вернулся в столицу и был отдан под охрану монахов-акимитов, где и оставался до освобождения при Василиске. Антиохийскую кафедру по избранию местного Собора занял Юлиан. Монофизитское движение на востоке вызывало поместные Соборы, и епископы вели широкие письменные сношения и пропаганду, в которой принимал участие и Тимофей Элур из своего далекого изгнания.

Важным по духу времени событием была смерть знаменитого отшельника Симеона (2 сент. 459 г.).[1098] Он был инициатором особого вида подвижничества, стояния на столпе, который облюбовал неподалеку от Антиохии. Из-за места упокоения его останков вышли крупные беспорядки. Антиохийцы добивались чести обладать ими, и магистр армии Востока Ардабурий, сын Аспара, удовлетворил их желание. На место смерти святого был отправлен готский отряд, который доставил его останки в Антиохию. Там был сооружен «мартирий», большое здание в честь святого, где и был водворен, его гроб, как новая святыня города.[1099] Один сирийский монах, по имени Даниил, возревновал о славе Симеона и перенес этот новый вид подвижничества в столицу. Он прибыл на Босфор в патриаршество Анатолия (449— 458) и поселился в окрестностях города на Анаплусе.[1100] Необычайная форма подвига создавала ему сначала много затруднений, но вскоре ему удалось заручиться покровительством патриарха, и он приобрел большую известность. Благочестивый император посещал его и оказывал ему всякое почтение. По его настоянию, Даниил, не сходя со своего столпа, был посвящен в сан пресвитера. Ходили слухи, что император получал от него предсказания. Свой подвиг Даниил продолжал долгие годы и скончался при патриархе Евфимии (490-496).[1101]

Стремление к подвижнической жизни было в духе времени, и монашество влекло к себе нередко людей высокого звания. Так, Иоанн Винкомал, занимавший пост магистра оффиций в 450 году и достигший консульства в 453, принял пострижение в монастыре Вассиана и самым ревностным образом исполнял в нем всякую черную работу по монастырскому хозяйству.[1102] Звание и права сенатора он сохранял и, облачаясь в соответственные одежды, отправлялся со свитой, подобающей сану, в заседание сената, где исполнял свои государственные обязанности, чтобы вернуться затем к строгой жизни монаха.[1103]

Число монастырей в столице умножалось. Член римской сенаторской знати, консул 454 года, патриций Студий, переселившийся из Рима после нашествия вандалов, построил на Ксеролофе церковь во имя Иоанна Предтечи и соорудил при ней монастырь, пригласив в него монахов из монастыря «неусыпных».[1104] Так возник новый центр благочестия, стяжавший впоследствии большую славу.

Из событий религиозной жизни столицы следует отметить перенесение