Поднебесная: 4000 лет китайской цивилизации - Майкл Вуд Страница 11

«Ошеломляющая монументальность» комплекса, как охарактеризовал ее один из археологов, не имеет аналогов среди древнекитайских памятников. Занимая площадь в четыреста гектаров, цитадель Шимао была в свое время важнейшим политико-экономическим центром Китая, достигнув пика своего расцвета к началу II тысячелетия до н. э., когда комплекс расширился с возведением второй внешней стены. По оценкам участвовавших в раскопках археологов, к тому времени город Шимао доминировал над территорией протяженностью почти 250 километров, и под его контролем находилось от трех до четырех тысяч более мелких поселений. Кроме того, располагая собственной металлургией и технологией обработки нефрита, комплекс являлся элементом гораздо более протяженной сети, по которой шла торговля сырьем и драгоценным камнем.

Но в самом его сердце по-прежнему таится загадка. Дело в том, что Шимао находится далеко от той части долины Хуанхэ, где, согласно историографической традиции китайской цивилизации, возникли первые государства. Поэтому потрясающие находки, которые в 2014 г. были лишь обозначены в предварительном обзоре и все еще ожидают детального описания, ставят под сомнение общепринятое представление о том, что цивилизация в Китае распространилась с центральных равнин Хуанхэ на другие регионы.

Здесь перед нами совершенно неожиданно открывается иная картина: первое государство древнейшего Китая, возможно, находилось не на равнинах, а в предгорьях, которые часто рассматриваются как «варварская» периферия. Даже некоторые из базовых культурных символов, приобретших огромное значение на равнинах в бронзовом веке, впервые обнаруживаются именно здесь: прежде всего в их ряду нефритовый жезл, который впоследствии стал главным символом верховной власти и который, возможно, был изобретен как раз в Шимао. Но как именно выглядело это неизвестное государство и как оно соотносится с позднейшим «Китаем», пока невозможно сказать.

Астрономическая обсерватория в Таосы: наблюдая за звездами

Таким образом, возникновение цивилизации в Китае могло быть результатом взаимодействия между долиной реки Хуанхэ и одной или несколькими из полудюжины доисторических культур периферии, среди которых была и культура высокогорных «варваров», создавших выдающийся феномен Шимао. Тем не менее цепная реакция идей и политической власти, породившая китайскую цивилизацию, принесла свои плоды вполне конкретным образом: это произошло в долине Хуанхэ в эпоху, начавшуюся с 2000 г. до н. э. Основы китайского исторического мифа были заложены там, и чтобы увидеть, как именно это произошло, нам нужно отправиться к месту еще одного открытия, имеющего принципиальное значение: в деревню Таосы‹‹13››, расположенную в провинции Шаньси. На сегодняшний день в Китае это, пожалуй, важнейшая археологическая находка века.

Поселение земледельцев находится примерно в 150 километрах севернее русла Хуанхэ, у подножия гор к северо-западу от города Лоян, на самой границе с лежащими чуть ниже равнинами. Раскопки здесь начались в 1980-х гг., и до открытия Шимао это место оставалось крупнейшим из известных укрепленных городов доисторического Китая. С территории этого весьма крупного поселения, расположенного на естественной возвышенности и имеющего внутри небольшую искусственную террасу, открывается вид на зеленую равнину, которую пересекает приток нижнего течения реки Фэньхэ. Люди жили здесь с 2500 по 1900 г. до н. э., когда поселение подверглось нападению и было разрушено. Таким образом, его конец пришелся примерно на то время, которым позднейшая письменная традиция датирует начало истории легендарного государства — Ся. Поселение занимало огромную территорию площадью более 2,5 квадратных километра, огороженную по периметру глинобитными стенами. Трудно отделаться от мысли, что этот город, далеко превосходя размерами другие города III тысячелетия до н. э. в долине Хуанхэ, являлся важнейшим центром власти, но из-за отсутствия данных письменных памятников невозможно сказать, кто им управлял.

Сменявшие друг друга на протяжении пятисот лет постройки указывают на то, что в Таосы развивались металлургическое и ремесленное производство. Исследованное археологами кладбище вмещало более десяти тысяч человеческих останков. В ходе раскопок также были обнаружены несомненные признаки социального расслоения. Так, в поселении имелся особый квартал, в котором располагались жилища элиты или дворцы правителей, а на кладбище был участок с богатыми захоронениями, могильный инвентарь которых выполнен из раскрашенной древесины — возможно, там хоронили правителей. В одной могиле, хотя и разграбленной, были найдены предметы из нефрита, расписанной керамика и покрытые глазурью сосуды. На основании этих находок у археологов сложилось впечатление, что более 90 % всех местных материальных ресурсов было сконцентрировано в руках немногочисленной элиты, которая составляла менее 10 % населения.

В самом центре поселения в 2004 г. был обнаружен объект, вызвавший у историков и археологов чрезвычайный интерес. На искусственном кургане была оборудована площадка около 50 метров в диаметре, имевшая три ступени, или уровня, и отдаленно напоминающая округлые алтари под открытым небом, которые создавались в более поздние эпохи, — такие как алтарь в Сияне эпохи Суй (VI в.) или минский алтарь Неба, описанный в прологе.

Тринадцать колонн, расставленных вдоль юго-восточной дуги, обеспечивали линии обзора, которые сходились в точке наблюдения в центре. Здесь, вероятно, стоял выкрашенный в красный цвет шест высотою более двух метров, который функционировал в качестве гномона для измерения длины тени в периоды летнего солнцестояния. Археологи смогли доказать, что площадка использовалась для точного измерения продолжительности солнечного года. Как показали проведенные ими эксперименты, создатели сооружения предусмотрели, чтобы линии обзора, образуемые двенадцатью промежутками между тринадцатью неподвижными колоннами, были привязаны к конкретным точкам горизонта, где в определенные дни должно было восходить солнце. Это позволяло рассчитать соотношение между лунными месяцами и солнечным годом и составить комбинированный лунно-солнечный календарь с дополнительным тринадцатым месяцем, который добавлялся в определенные годы цикла.

Таосы, как было доказано археологами, является одной из древнейших обсерваторий — если вообще не самой древней; хотя комплекс Стоунхенджа в Великобритании был воздвигнут раньше и его, по- видимому, тоже использовали для астрономических наблюдений в ходе ритуалов солнцестояния, это не было его основной функцией. Не исключено также, что алтарь Таосы считался центральной точкой самого первого чжунго, изначального Срединного государства. После разорения Таосы наследники его культуры перенесли мировую ось в район города Лоян, где эта идея пережила исторические бури и сохранилась вплоть до наших дней в народных верованиях сельчан, проживающих в уезде Дэнфэн у подножия священной горы Суншань.

«С тех пор как появились люди, — писал Сыма Цянь‹‹14››, великий историк эпохи Хань, примерно в 100 г. до н. э., — правители наблюдают за движением солнца, луны, звезд и созвездий». Теперь же новые открытия показывают, что древнекитайские священнослужители из Таосы были звездочетами и астрономами. Не позднее 2100 г. до н. э. они уже вели наблюдения за восходом солнца и движением планет. Как предполагали многие исследователи, некоторые важные аспекты