Рене Груссэ - Империя степей. Аттила, Чингиз-хан, Тамерлан Страница 106

Конец такого сильного правителя, как Чопан, наступивший после официальной казни великого министра – Рашид ад-Дина, нанес смертельный удар по персидскому ханству. Когда через несколько лет ушел с политической сцены сам Абу Саид, не нашлось никого, ни во главе армии, ни во главе правительства для того, чтобы сохранить монголо-персидское государство. Таким образом, закатилась эра улуса Хулагу.

Смерть Чопана имела еще другое последствие: предоставление тюркской Анатолии своей собственной судьбе. После исчезновения сельджукского султаната Конии со смертью султана Масуда II, монгольские вице-правители, назначенные персидским двором для осуществления руководства страной, стали стремиться вести себя, как самостоятельные принцы. Нам известно, что Тимурташ, сын Чопана, уже строил планы к отделению. Вполне вероятно, что если бы не катастрофа с династией, он смог бы после кончины Абу Саида основать в Конии или в Кайчарии монгольский султанат Анатолии, который несомненно стал бы существенным препятствием для расцвета Османской империи. [994]

И напротив, падение Тимурташа в 1327 г., за которой восемь лет спустя последовала смерть Абу Саида, лишила Анатолию хозяина и развязала руки местным тюркским эмирам в Карамане на юго-востоке и в Османии на северо-западе. Стремительный рост Османской империи косвенно был обязан драматическим событиям монгольской монархии в Персии в эти исключительно решающие 1327-1335 годы.

Распад монгольского ханства в Персии

Смерть Абу Саида (30 ноября 1335 г.) привела к распаду монгольского ханства в Персии. Вместо того, чтобы избрать нового хана династии Хулагу, сановники избрали на это место Чингизханида из другой ветви Арпагаона или Арпакавана, потомка по линии Арик-боги, брата Мунке, Хулагу и Хубилая. В 1336 г. этот неожиданно избранный хан был побежден и убит мятежным правителем. [995]

Затем два феодала, вокруг которых разделилась монгольская знать, стали бороться под прикрытием марионеточных правителей. Один из них правил Малой Азией, Хасан Бузург (длинный) или Хасан Джалаир, как его называли в честь монгольского клана, выходцем из которого он был. [996]

Другой правитель – Хасан Кючюк (маленький), также монгол по происхождению, был внуком Чопана, избегавшего гибели от своих сородичей. [997]

В 1338 г. Хасан, сын Чопана, сумел отторгнуть Таурис, столицу страны у своего соперника Джалаира. Он смог создать царство на северо-западе, включая Азербайджан и Аджемистский Ирак, владения, которые после его смерти (1343) перешли к его брату Ашрафу, который занял его престол со столицей в Таурисе. [998]

В этот период Джалаир правил в Багдаде, где в 1340 году он объявил себя независимым правителем и откуда в 1347 году он отразил все нападения Ашрафа, сына Чопана.

В разгар этой анархии произошло иностранное вторжение. В 1355 г. Джанибек, хан Кипчакии (Южная Россия) вошел в Азербайджан и убил Ашрафа, сына Чопана, затем возвратился в Россию, не предпринимая ровно ничего, чтобы упрочить свое завоевание. [999] Такой катастрофический оборот событий пошел на пользу Джалаи-рам. Джалаир Хасан Бузук также скончался (1356), его сын Увейс, который стал преемником Багдадского трона, направился на Азербайджан и после первой неудачи, все же завоевал его (1358). [1000]

Одновременно правитель Багдада и Тауриса, он находился у власти до самой смерти (1374) в Западной Персии и на его место пришел Хусейн Джалаир (1374-1382). Ахмед Джалаир, брат и преемник Хусейна, как мы это увидим, вступит в соперничество с Тамерланом за право обладания Таурисом и Багдадом.

В это же время в Герате и Хорасане афганское королевство кертов стало полностью независимым. Искусный правитель – Гийат ад-Дин умер в октябре 1329 г., а его два старших сына – Шемс ад- Дин II и Хафиз находились у власти всего нескольтко месяцев. Но Моиз ад-Дин, третий сын Гийат ад-Дина, который стал правителем, несмотря на свой юный возраст, в период своего длительного правления (1332-1370), создал из своего царства относительно мощное государство, которое смело вмешалось в какой-то момент в дела Трансоксианы. [1001]

В Западном Хорасане ничем не примечательный главарь банды, Абдер Раззак, который, в полном разгаре всеобщей анархии, захватил в 1337 г. крепость Себзавар, создал новое княжество сарбедарцев. Его брат Ваджих ад-Дин Масуд, умертвивший его (1338), продолжил его дело, захватив тотчас же Нишапур. [1002]

Монгольский принц по имени Тога Тимур, потомок Кассара, брата Чингиз-хана, также в условиях полной неразберихи в стране, был провозглашен ханом в 1337 г. [1003]

Он обосновался в Бистаме на северо-западе Хорасана и правил также в Мазандеране. Он способствовал расцвету Мешхеда и нам известно, что он проводил лето неподалеку от него в Радкане, а зимовал в Гуржене, у Каспийского моря. Сарбедарцы номинально признавали его сюзеренитет. К декабрю 1353 г. они убили Тогу Тимура и таким образом стали единственными властителями всего северо-запада Хорасана, а керты владели юго-востоком. Разумеется, эти два иранских клана вели между собой ожесточенную войну, осложненную политическими мотивами: керты были афганскими суннитами, сарбедарцы – персидскими шиитами.

Третья иранская или точнее арабо-иранская династия мозафферидов владела Кирманом и Фарсом. [1004]

Ее основатель – араб Мобарис ед-Дин Мохаммед, обосновавшийся уже в Йезде и Кирмане, стал хозяином Шираза (1353) и Исфагана (1356-1357). В 1358 г. он был низложен и лишен зрения своим сыном Шах Шуджой (умер в 1384 г.), который стал его преемником в Ширазе, в то время как Исфаган перешел другим мозафферидам.

Чтобы завершить эту картину, обратим внимание на то, что среди властителей той эпохи зарождались уже правители другой эпохи, скорее отдаленного будущего, как к примеру в Западной Персии, где тюркское племя было кочевым, которое по названию своего символа называлось племенем Черной Овцы, Кара Коюнлу. Члены этого племени при разделе хулагуидского ханства, находились в армянской провинции Муш и претендовали вплоть до Мосула, откуда Увейс Джалаир прогнал их (к 1336 г.). После смерти Увейса (1374), предводитель Кара Коюнлу – Байрам Хваджа вновь оккупировал Мосул и Синджар. Его внук Кара Юсуф расширил владения своего клана, отобрав у джалаиров город Таурис (1387), откуда он был изгнан только Тамерланом. [1005]

В древней Малой Азии сельджукидов, лишенных юридических прав на имущество в результате постепенного спада знатного сельджукского клана (к 1304), затем падения сюзеренного ханства Персии, две тюркских группировки враждовали из-за Кападоса. В Сиваше и Кайчарии это был клан Артена-оглу, который унаследовал с 1380 по 1399 год известный тюркский поэт Бурхан ад-Дин, [1006] на смену которому в 1400 г. пришел другой тюркский клан под названием Белая Овца (Ак Коюнлу). [1007]

Наконец, в Ларанде (нынешний Караман) обосновалась тоже тюркская династия эмиров Карамана, которая на каком-то отрезке времени боролась за гегемонию в Малой Азии и передачу прав сельджукских султанов османским тюркам битино-фригийских пограничных территорий. [1008]

Далее мы узнаем о том, как Тамерлан ворвался в мир раздора и соперничества. [1009]

6. Кипчакское ханство

Джучи и его сыновья. Золотая Орда, Белая Орда и улус Шейбани

Известно, что Чингиз-хан отдал своему сыну Джучи, который умер в феврале 1227 г., на шесть месяцев раньше самого Чингизхана, долины к западу от Иртыша, где находятся современные Семипалатинск, Акмолинск, Тургай, Уральск, Адай и собственно Хорезм (Хива). Перед смертью Чингиз-хан завещал эти владения детям Джучи, и в основном второму из них – Батыю, который, после победоносных кампаний 1236-1240 гг., присоединил все бывшие кипчакские и булгарские территории, не говоря уже о сюзеренитете над русскими княжествами. [1010]

Только европейская часть ханства составляла необъятные владения: прежде всего продольная зона северных степей Черного моря, бассейн реки Урал, нижнее течение Дона, Донца, Днепра и Буга, устье Днестра и нижнее течение реки Прут, степи, которые простирались до Северного Кавказа в бассейнах рек Кубани, Кумы и Терека, словом, вся древняя Скифская Европа. Что же касается страны булгар, то там к Батыю отошли земледельческие и лесные зоны, орошаемые Средней Волгой и ее притоком Камой. Геродот описывает древнюю Скифию, говоря о ней, как о "малозаселенном пространстве" с безграничными степями, как о "Европейской Монголии", о которой Рубрук говорит следующее: "Постепенно продвигаясь дальше на Восток, на нашем пути мы видели только небо и землю и иногда с правой стороны море, через каждые два льё путешествия мы обнаруживали, то тут, то там, куманские захоронения (курганы)". [1011]