Первые шаги: Как прямохождение сделало нас людьми - Джереми Десильва Страница 27

Я был полностью вымотан. Мы рылись в раскопе А все утро. Теперь обжигающее солнце стояло прямо у нас над головами. У меня оставалось лишь полбутылки теплой воды – недостаточно, чтобы утолить жажду. Под обручальным кольцом образовался волдырь, раздувшийся и лопнувший через несколько часов соскребывания затвердевшей почвы, скрывавшей слой с отпечатками. По старым картам Мэри Лики я рассчитал точное место, где должны были находиться загадочные отпечатки двуногого животного. Блейн Мэйли, профессор анатомии из Колледжа остеопатической медицины Айдахо, и Люк Фэннин, аспирант из Дартмутского колледжа, нашли и осторожно извлекли фрагмент окаменевшего пепла с отпечатками ног слоненка, обозначенных на карте Мэри. Искомые следы из раскопа А должны были находиться всего в четырех метрах к западу, но там не было ничего, кроме поврежденных эрозией следов мелкой антилопы и цесарки. Неужели эрозия, когда-то обнажившая следы двуногого существа, стерла их за минувшие 40 лет?

Я присоединился к нескольким своим студентам и Ширли Рубин, профессору Колледжа долины Напа, сидящим под зонтичной акацией – единственным источником тени. С соседнего дерева свешивался шар из рассерженных пчел, от которого исходило беспокойное гудение. Неужели нам придется оставить надежду отыскать следы из раскопа А? Могли ли эти следы пережить 40 лет дождей, заливавших землю во влажные сезоны?

Элли Макнатт, аспирантка из моей лаборатории палеоантропологии при Дартмутском колледже, с которой мы уже встречались на страницах этой книги, недавно защитила докторскую диссертацию и начала преподавать анатомию в медицинской школе при Университете Южной Калифорнии в Лос-Анджелесе. Уроженка Айовы, она подходила к науке с эмоциональностью истинной дочери Среднего Запада и скептически относилась к общепринятому убеждению, будто отпечатки из раскопа А в Лаэтоли оставил древний медведь. В Лаэтоли еще ни разу не находили ископаемых медведей, да и отпечатки в этом раскопе были такими маленькими, что оставить их мог разве что медвежонок, идущий словно дрессированное животное в цирке. Просмотрев видеоматериалы, отснятые за несколько десятков лет американским экспертом по черным медведям Беном Килэмом в его исследовательском центре, расположенном в небольшом городке Лайме (штат Нью-Гэмпшир), она выяснила, что, если поблизости нет людей, медведи очень редко ходят на задних лапах. Лишь один раз в видеофильмах общей продолжительностью 50 часов один-единственный медведь сделал пять последовательных шагов в вертикальном положении – именно это и потребовалось бы, чтобы воспроизвести отпечатки из раскопа А.

Для дальнейшей проверки этой гипотезы Макнатт держала шприц с кленовым сиропом над головами детенышей черного медведя (Килэм занимается их реабилитацией и возвращением в дикую природу), побуждая подниматься на задние лапы и идти на них по влажной грязи. Она измерила оставленные ими отпечатки и сравнила с фотографиями и опубликованными результатами измерений следов из раскопа в Лаэтоли. Они не совпадали. Медведи не могут поддерживать тело с помощью бедер так, как мы. Они раскачиваются из стороны в сторону, оставляя широко расставленные следы. Отпечатки же из раскопа А были сближенными и даже заступали друг за друга. Мэри Лики подтвердила, что их не извлекали из раскопа. Если мы не сможем найти эти следы снова, будет очень трудно доказать, что их оставили гоминины.

Я залпом выпил остатки воды, нахлобучил шляпу от солнца и вернулся к раскопу, где наш полевой помощник Каллисти Фабиан продолжал скрести твердую почву плоским концом лопатки.

– Мту, – сказал он.

– Что?

– Мту!

Фабиан наконец добрался до слоя пепла. Там он обнаружил маленькое углубление. Это был отпечаток ступни.

– Мту? – переспросил я, повторяя слово на языке суахили, обозначающее человека.

– Ндийо, – утвердительно ответил Фабиан.

Я растянулся на животе, вооружился зубоврачебными инструментами и стал осторожно вытаскивать из отпечатка покрывавшую его породу. Словно корочка пирога, слой отложений сошел с древнего вулканического пепла, открыв маленький, прекрасно сохранившийся след ноги гоминина. Я потрогал оттиск пятки и осторожно потер пальцем край отпечатка большого пальца ноги.

Никакой это был не медведь.

Я посвятил значительную часть своей научной карьеры изучению эволюции прямохождения, но никогда не видел своими глазами и не трогал собственными руками настоящий отпечаток стопы австралопитека.

До этого момента. По спине у меня пробежал холодок. «Вот он, этот след из раскопа А!»

Я был в восторге. Аспирантка из Дартмутского колледжа Кейт Миллер и старшекурсник Анджали Прабхат присоединились к раскопкам, занявшись поиском других следов. А ведь я уже был готов сдаться, думая, что изначальные отпечатки стерлись, но они все-таки нашлись! Сорок с лишним лет эрозии не уничтожили, а укрыли и сохранили их.

К нам подошел Джозефат Гурту и улыбнулся.

– Мту? – спросил я.

Он кивнул и ответил: «Мхото». Это значит, «ребенок». Возможно, поэтому следы из раскопа А выглядели необычно, были маленькими и располагались крест-накрест. Их мог оставить ребенок австралопитека{154}.

Стопа, отпечаток которой мы нашли в раскопе А, была чуть больше 15 см в длину, примерно со стопу современного четырехлетнего ребенка. Большой палец оставил четкий оттиск в затвердевшем вулканическом пепле, отметина от пятки также была глубокой.

После обеда мы вернулись на раскоп и выкопали остальную часть цепочки следов, заново открыв пять последовательных отпечатков стоп. Мы провели трехмерное лазерное сканирование этих отпечатков, получив цифровую копию для изучения и для будущих поколений. Слой влажного вулканического пепла находился в процессе затвердевания в тот самый момент, когда этот маленький гоминин прошел здесь словно призрак, не оставив больше ничего. Только здесь, в этом единственном месте, пепел еще был влажным (возможно, находился в тени дерева), и пять следов оказались увековеченными в нем.

Расчищая отпечатки, студенты включали на своих телефонах музыку 1980-х гг. – Брюса Спрингстина, Дона Хенли, групп Yes и Hall & Oats{155}. Поздно вечером вернулись ребятишки масаи. Маленькая девочка с поврежденной стопой выглядела гораздо более здоровой и веселой, хотя по-прежнему опасалась нас и пряталась за сестру. Она побывала в больнице в Эдурене, где получила надлежащее лечение, и теперь нога у нее была перебинтована и защищена масайской сандалией из покрышки. Стопа была примерно такой же величины, что и та, которая оставила следы из раскопа А. Маленький австралопитек прошел по этому самому месту 3,66 млн лет назад.

Я открыл в телефоне компас и направил его в ту сторону, куда шла цепочка следов. После того как с неба упал пепел, юный гоминин побрел на север, как и остальные.

Гипотеза о том, что древнейшие гоминины – Sahelanthropus, Orrorin и Australopithecus – могли передвигаться на двух ногах, вызывает разногласия. Эти ранние представители нашего рода, жившие в период от 7 млн до 4 млн лет назад, все еще были приспособлены к жизни на деревьях. Хотя палеонтологическая летопись содержит потрясающие признаки прямохождения у наших предков, вопрос о том, насколько часто они ходили подобным образом по земле, останется спорным до тех пор, пока мы не сумеем отыскать другие окаменелости и разработать новые методы изучения этих древних костей.

В