Когда грянет шторм - Эмери Роуз Эндрюс Страница 97

Как я мог винить их за то, что они хотели защитить свою дочь? У меня не было на то прав. Мне оставалось только принять их позицию, поэтому я кивнул.

– Спасибо, что уделил мне время. Прости за беспокойство.

– Спасибо, что заглянул.

Мой взгляд упал на Хейли, которая подошла и встала рядом с отцом. Он положил руку ей на плечо, словно норовил помешать ей приблизиться к плохому парню. Она улыбнулась мне, отчего на ее щеках появились ямочки, и я одарил ее улыбкой в ответ. Затем дверь захлопнулась у меня перед носом, отгораживая от меня малышку Шайло. В этот момент мне показалось, что я потерял самую последнюю частичку Шайло. Словно от наших отношений не осталось ничего, кроме воспоминаний. А их у меня осталась уйма.

Иногда я жалел, что не могу их выкинуть. Всякий раз, закрывая глаза, я видел ее лицо. Слышал ее голос в голове. И вспоминал все те хорошие моменты, которые мы разделили. Улыбки и смех, секс и поцелуи, разговоры, во время которых мы открывались и делились друг с другом частичками своей души. Даже несмотря на ее уход и отсутствие надежды на ее возращение, я не мог перестать любить ее, скучать по ней или надеяться, что с ней все в порядке. Мне лишь хотелось стать тем мужчиной, который никогда ее не подведет. Единственным мужчиной в ее жизни, который будет рядом в трудную минуту и на которого она могла бы положиться, когда не знала, кому доверять. Но все сложилось иначе.

Я был там в ту ночь, когда Майкл Дженкинс застрелил маму Шайло. Я остался в машине, как он и велел. Я до смерти боялся, что если не выполню его просьбу, то он накажет меня. Что за чудовище могло привести восьмилетнего ребенка на вооруженное ограбление? Я спрятался на заднем сиденье. Было темно, и я испугался криков и воя сирен полицейской машины. Но все равно оставался в укрытии. К тому моменту, как копы нашли меня, я описался. Мне было так стыдно за это, что я отказался отвечать на их вопросы. После той ночи я заблокировал воспоминание о ней, чтобы оно никогда больше не возвращалось.

До той ночи, когда Лэндри появился в гостиничном номере Шайло и сунул свой телефон прямо мне под нос, вынудив столкнуться с отвратительным и извращенным поворотом судьбы, о котором я и через миллион лет не подумал бы.

Каков был шанс, что моя дорога пересечется с дорогой Шайло в ту ночь? Один на миллион.

Позже, тем же вечером, я отправился на пастбище навестить Феникс. Она подошла ко мне, когда я свистнул, как будто почувствовала, что я пришел к ней.

– Посмотри на себя. Ты красавица, не так ли? – Я потрепал ее за ушами, и жеребенок ткнулся носом мне в бок. – Да, я кое-что тебе принес. Не говори остальным. Иначе они будут ревновать.

Я достал из кармана дольки яблока и скормил их ей.

– Что мне теперь с тобой делать? Ты была рождена заниматься делами поважнее, чем целыми днями пастись на пастбище.

У Феникс не нашлось для меня ответа.

– Теперь ты разговариваешь с лошадьми? – спросил Ридж, присоединяясь ко мне у забора.

Я всегда разговаривал с ними, но обычно рядом никто не присутствовал. Я искоса взглянул на брата. Он только вернулся с работы, и от него пахло дымом от барбекю. Синяки на его лице исчезли, но мне до сих пор помнились его слова о том, что он никому не позволит говорить гадости о его брате. За последний год мы с Риджем проделали большой путь во взаимоотношениях.

– У тебя все хорошо?

– Лучше, чем у тебя.

– Это ни о чем не говорит.

– Все хорошо. – Он прищурился, вглядываясь в даль. – Что ж… я тут подумал… возможно, я попробую поступить в колледж.

Я вскинул брови.

– Ни хрена себе. – Я повернулся к нему лицом. – Ты хочешь поступить в колледж?

Ридж пожал плечом.

– Результаты экзаменов не такие уж плохие. Даже школьный психолог удивилась. – Он выдавил из себя смешок.

– Я даже не знал, что ты сдавал экзамены.

– Тебя не было дома. Да и я не хотел ничего говорить. На всякий случай, вдруг облажаюсь. Если я куда-нибудь поступлю, то смогу взять ссуду на обучение и все такое.

– Звучит как хороший план. Если ты действительно того хочешь, – добавил я.

– Ага. Мы с Уокером как раз говорили о том, чтобы пойти в один колледж. Чтобы жить в одной комнате.

– Ты хочешь остаться в Техасе?

Ридж пожал плечами.

– Есть места и похуже Техаса. Оказывается, я не так сильно ненавижу его, как думал. К тому же я вроде как… не хочу далеко уезжать от семьи. Конечно, я могу вообще никуда не поступить…

Ридж не привык получать от жизни желаемое, поэтому пытался подготовиться к неизбежному разочарованию.

– Эй. Послушай. Перестань говорить так, будто ты недостаточно хорош. Как будто ты не заслуживаешь ничего хорошего. Ты упорно трудился, чтобы добиться того, что имеешь сейчас. Тебе ничего не досталось просто так. Гордись тем, чего достиг. Не принижай себя.

Он отвернулся, чтобы я не мог увидеть его лица. Затем рассмеялся.

– Что тут смешного?

– Ты. Иногда ты такой слащавый.

Я закатил глаза.

Ридж хлопнул меня по плечу.

– Может, тебе стоит последовать собственному совету, братишка. Ты намного лучше, чем сам о себе думаешь.

С этими словами он ушел. Маленький засранец. Я провел рукой по лицу и рассмеялся. Затем задумался над его словами.

«Ты намного лучше, чем сам о себе думаешь».

Однажды Шайло сказала мне то же самое. Жаль, что она больше в это не верила. Через несколько дней после поганой ситуации в Майами я оставил ей голосовое сообщение, в котором извинялся за каждый отвратительный поступок. Я так и не получил от нее ответа, чему, пожалуй, не стоит удивляться. Я обещал всегда быть честным с ней. Никаких секретов, никакой лжи. Но нарушил это обещание, и она, вероятно, больше не знала, чему верить.

Глава сорок первая

Шайло

Через три недели после моего расставания с Броуди Дин покинул группу.

Все еще не оправившись от шока, вызванного последней неожиданной новостью, которую сбросили на меня, я не была готова к еще одной. Но, как назло, она развернулась у меня