Дорогая первая жена - Даша Черничная Страница 9

— Слушай, ну что тут такого? Я осталась со своей семьей. Не ходила по клубам и ресторанам, а просто была у себя дома. Не делай, пожалуйста, из мухи слона. Ни за что не поверю, что для тебя действительно важно видеть меня рядом.

Идар делает шаг вперед, пытаясь зайти в квартиру, но я становлюсь в дверном проходе, готовая обороняться и не впустить в наш с братом дом Юнусова.

— Нади, — Идар прищуривается, — мне плевать на причины, понимаешь? Ты. Обещала.

— А ты обещал мне помочь с братом. Я не могу оставить его одного.

Юнусов заглядывает мне за спину, но Назарка у себя, поэтому позади меня никого нет.

— Я тебе сказал — решу. От тебя требуется совсем немного. Просто жить в моем доме и не отсвечивать. — Чем дольше говорит Идар, тем сильнее звенит его голос. И вроде не кричит, но напряжение начинает душить. — Что такого сложного в том, о чем я попросил, Надия? Или ты не в состоянии выполнить такую малость? Почему я должен бегать по городу в поисках тебя?

— Не утрируй. Ты знал, где я. Да й мне пятнадцать минут, и я спущусь

— Нет уж, буду ждать тут, — снова делает попытку войти, но я преграждаю путь.

— Хочешь сидеть под дверью? Да пожалуйста.

Толкаю Идара. Видимо, он не ожидал этого, потому что отшатывается, а я захлопываю перед его носом дверь.

— Это был твой муж? — Назар выезжает в коридор.

— Да, Это был Идар.

— Какой-то он неуравновешенный, — прищуривается брат.

— Как и все джигиты, — усмехаюсь.

— Надь, он точно тебя не обидит?

— Не обидит. А если попробует, перережу ему сухожилие, — веером прокручиваю пальцы, демонстрируя работу этих самых сухожилий.

— У тебя иногда такие ужасные шутки, — а сам улыбается.

— Это профессиональное. Тем более ты знаешь, я безобидна, — подхожу к брату, чмокаю его в затылок. — Я сварю тебе кашу, а потом уеду. Но вечером вернусь. И я очень надеюсь, что ты переедешь со мной в ближайшие дни.

Он не хочет этого.

Назар лишний раз на улицу не выходит, лишь бы не глазели на него, а тут переехать в дом к чужим людям.

Я кормлю брата, беру вещи и, попрощавшись, выхожу на улицу.

Идар сидит в машине, курит, выдыхая дым в открытое окно.

— Аллах! — сажусь рядом с ним. — Ты скуриться хочешь? Хоть бы на улицу вышел.

Он бросает на меня недовольный взгляд, но от сигареты избавляется.

— Это все твои вещи? Очередной рюкзак?

— У меня немного вещей, — пожимаю плечами.

Деньги я экономлю, покупаю себе только самое нужное.

Идар молча выезжает из моего двора. Снова дорога в тишине.

Когда мы подъезжаем к дому, я даже теряюсь.

Наверное, я ожидала увидеть новый дом, построенный в современном стиле.

Но этот выглядит вполне себе обычно. Среднестатистический дом, с виду довольно уютный. Вокруг сад с уже поникшими цветами и деревья с желтеющими листьями.

— Что не так? — спрашивает сухо.

— Все в порядке. Просто ожидала увидеть что-то более мрачное.

Как твоя душа.

— Пойдем в дом.

Шагаю за Идаром, осматриваясь. Тут все достаточно просто, но в обстановке чувствуется вкус без какой-либо вычурности.

— У меня работа. Я и так потерял с тобой кучу времени.

— Очень любезно с твоей стороны.

Идар резко поворачивается, делает широкий шаг по мне, а я машинально отступаю назад и упираюсь спиной в стену.

— Тебя кто-нибудь учил держать язык за зубами? — нависает надо мной, но не прикасается.

— Нет. Только кусаться учили.

— Послал Аллах женушку.

Сдерживаюсь, чтобы не вжать ему в лицо свой средний палец.

— Твоя спальня наверху. На задний двор не ходи.

— А что там?

— Просто, блин, не ходи.

Идар отходит от меня и направляется к выходу.

— Я вернусь вечером.

А лучше вообще не возвращайся, а поезжай прямиком к Олесе.

Мой муж уходит, а я иду по комнатам. Их не то чтобы много, да и разглядывать там особо нечего. Нет ни книг, ни любопытных деталей интерьера.

На задний двор я не хожу, но вижу, что там огромный вольер, в котором носится массивный стаффордширский терьер.

Теперь понятно, поч ему не стоит туда ходить. От вида этого пса мороз по коже.

Когда входная дверь хлопает, я иду на звук.

— Забыл что-то? — спрашиваю и останавливаюсь.

Потому что на меня, по всей вероятности ненавидя всем сердцем, смотрит Олеся.

Просто великолепно.

И все-таки в нашем браке нас будет трое.

Глава 11

Надия

Олеся настроена зло и воинственно.

Она пришла явно не на светскую беседу с чашечкой английского чая.

— Что ты тут делаешь? — складываю руки на груди.

— А ты как думаешь? — спрашивает ехидно.

Я ненавижу бабские разборки — всегда истории про грязь, про грызню.

И в том, что сейчас Олеся стоит передо мной, виноват только Идар.

Он должен был разобраться со своей девушкой еще до того, как женился на мне, — чтобы не было потом подобных встреч.

— Олеся, Идара тут нет.

— Я в курсе, — идет по коридору ко мне. — Я дождалась, пока он уедет.

Вздыхаю.

— Значит, надо попросить Идара поменять замки.

— Он забрал у меня ключи. Но я перелезла через забор.

Шокированно открываю рот и задумываюсь, что бы такое схватить в руки — в случае чего обороняться от этой дамочки.

— Полагаю, ты хочешь мне что-то сказать, — говорю медленно.

Олеся становится напротив меня, и я окидываю ее взглядом с ног до головы.

Она определенно красивая девушка, которая ко всему прочему следит за собой. Это видно невооруженным взглядом.

Укладка, макияж, красивый наряд, и притом она не выглядит пошло.

— Идар любит меня, — заявляет твердо.

Я молчу. Ей явно надо высказаться, и чем раньше она это сделает, тем быстрее мы покончим с ситуацией, где каждая тянет одеяло на себя.

— Знаешь, как мы начали встречаться?

Ага. Конечно. Ведь Идар мне рассказал все о себе.

— Меня украл местный джигит.

Мой рот невольно открывается.

— А разве ты не русская? — спрашиваю аккуратно.

— Русская. Но тому идиоту было плевать, — блаженная улыбка трогает ее губы. — Идар нашел меня и вызволил из плена. И уже не отпустил.

В груди начинает жечь. Это же не зависть, да, Надия?

Если только немного.

Ради меня никогда никто ничего подобного не делал. Будто любить меня это слишком просто и доказывать свои чувства вовсе не нужно. А тут такая романтика.

— Идар не обещал на мне жениться, но обещал быть рядом. И я не отпущу его, даже не думай, Надя. Я сделаю все