Взаимное притяжение - Оля Миллер Страница 9

Надеваю джинсы и тёплый свитер с высоким горлом, словно пытаюсь спрятаться. Решаю спуститься вниз: Андрей проснётся ещё не скоро, а мне срочно нужен кофе — чтобы прогнать остатки сна и сумбурных мыслей.

На кухне полумрак — только рассветный свет пробивается сквозь плотные шторы. Включаю кофемашину, жду, пока зашумит пар. И тут — шаги.

Оборачиваюсь. В дверях — Влад. В тёмной толстовке, волосы слегка влажные, будто только из душа. Взгляд — прямой, немигающий.

— Доброе утро, — говорит спокойно, но в голосе — едва уловимая хрипотца.

— Доброе… — выдавливаю, чувствуя, как внутри всё сжимается.

Неловкая пауза. Я уже готова что-то сказать, но тут сверху раздаётся бодрый голос:

— Ой, а я тоже кофе хочу!

Это Машенька — двадцатилетняя девушка с невинной красотой. Приехала за компанию с сестрой, учится на медсестру и проходит у нас стажировку. Очень милая, лёгкая, улыбчивая. В розовом спортивном костюме она скатывается по лестнице, как солнечный зайчик.

Влад, который уже шагнул в мою сторону, резко тормозит, увидев её.

— Привет, Маш, — кивает.

— Здравствуйте, Влад! — щебечет она. — А я думала, все ещё спят.

Он что-то отвечает, я не слышу — выдыхаю с облегчением. Не готова. Совсем не готова снова стоять перед ним и чувствовать, как земля уходит из-под ног.

Машенька, не замечая напряжения, уже возится у кофемашины:

— Давайте завтрак сделаем? Ребята рано встанут — голодные будут.

Я киваю, радуясь занятию. Мы с ней быстро договариваемся: яичница с овощами, тосты, свежие фрукты.

Пока жарится омлет, нарезаю помидоры, она моет зелень. Кухня наполняется уютным шумом: звон посуды, шипение масла, её весёлый щебет.

— А вы давно с Андреем вместе? — вдруг спрашивает Машенька, выкладывая тосты на тарелку.

— Семь лет, — отвечаю, не поднимая глаз.

— Ого! Здорово.

Мы накрываем на стол — большие тарелки, яркие салфетки, графин с апельсиновым соком.

Когда почти всё готово, слышатся шаги. Сначала — Серёжа и Артём, взлохмаченные, но бодрые.

— О, еда! — восклицает Серёжа, потирая руки. — Я думал, умру от голода.

— А мы думали, ты спишь до обеда, — смеётся Артём.

Серёжа театрально вздыхает:

— После вчерашних «соревнований» мне нужен был восстановительный сон. Но запах еды победил.

Потом подтягиваются девчонки — Аня и Лиза. Все усаживаются за стол, начинают накладывать себе еду, перебрасываться шутками.

— Кто последний, тот моет посуду! — объявляет Серёжа, хватая третий тост.

— Ты всегда так говоришь, а потом всё равно я мою, — фыркает Аня.

— Потому что ты самая ответственная! — подмигивает он.

Лиза, помешивая кофе, замечает:

— А где Андрей? И Влад?

— Андрей ещё спит, — говорю, глядя в тарелку.

— А Влад только что был здесь, — добавляет Машенька.

В этот момент дверь открывается — входит Влад.

Парни тут же оживляются:

— О, а вот и наш трезвенник! — ухмыляется Артём. — Влад, ты единственный, кто вчера не пил. Признавайся, боялся не выдержать конкуренции?

— Или просто знал, что всё равно проиграешь? — подхватывает Серёжа, подмигивая.

Влад лишь усмехается, качает головой:

— Я предпочитаю смотреть, как вы мучаетесь утром. Это веселее.

Все смеются.

Он садится напротив меня, но ведёт себя сдержанно — никаких вольностей, никаких многозначительных фраз. Только взгляд. Время от времени — обжигающий, тяжёлый. И каждый раз, когда он смотрит на меня, внутри всё дрожит. Я опускаю глаза, делаю вид, что увлечена едой, но чувствую его взгляд кожей.

Серёжа продолжает рассказывать:

— Вчера мы с Андреем решили проверить, кто больше рюмок коньяка выпьет. Ну, знаете, чисто научный эксперимент.

— И кто победил? — интересуется Лиза.

— Сначала я думал, что я, — хвастается Серёжа. — Но Андрей оказался крепким орешком. В итоге мы оба лежали под столом и уже не помнили, кто сколько выпил. Так что, можно сказать, ничья.

За столом снова смех.

После завтрака кто-то предлагает:

— Пойдём в цоколь — к бассейну?

— Да, а потом в хамам, — поддерживает Артём. — Надо пропотеть после вчерашнего.

Девочки остаются убирать со стола, а мы поднимаемся наверх — переодеться в купальники.

Вхожу в комнату. Андрей как раз выходит из ванной — волосы влажные, вокруг бёдер полотенце. Я невольно отвожу взгляд, чувствую, как накатывает странная неловкость. Хотя мы в браке уже восьмой год.

— Доброе утро, — бормочу.

— Утро… — он зевает, потягивается. — Голова трещит. Мы вчера с парнями на спор пили коньяк — кто больше рюмок выпьет. Я выиграл, но, кажется, это была моя последняя победа в жизни.

Смеюсь:

— Держи, — достаю из сумочки таблетку, наливаю воду из графина.

— Спасибо, — он принимает лекарство, благодарно улыбается. — Куда собралась?

— Мы с ребятами к бассейну.

— Окей. Я позже подтянусь — когда голова пройдёт и когда позавтракаю.

Киваю, хватаю купальник и скрываюсь в ванной. Могла бы переодеться и в комнате, но именно сейчас это кажется… неправильным.

Надеваю купальник, накидываю махровый халат и спускаюсь вниз.

Бассейн уже полон голосов: ребята смеются, кто-то пробует воду, кто-то устроился на лежаке. Я невольно начинаю искать глазами Влада. Его здесь нет.

И тут же злюсь на себя. Почему он снова в моих мыслях? Почему я снова ищу его взгляд? Почему он занял так много места в моей голове — гораздо больше, чем положено случайному человеку?

«Прекрати», — мысленно одёргиваю себя. Но сердце всё равно сбивается с ритма при одной только мысли о нём.

Глава 9

Вода в бассейне мерцает под мягким светом потолочных ламп — гладкая, почти зеркальная. Воздух влажный, густой, пропитанный запахом эвкалипта и свежести.

Я останавливаюсь у бортика. Под ногами — тёплый керамогранит; его едва ощутимое тепло контрастирует с прохладой воздуха, от чего по коже пробегает лёгкая дрожь.

Вокруг — привычная атмосфера спа-зоны: низкие диваны цвета морской пены, стеклянные столики с корзинками полотенец, барная стойка из матового стекла и дуба. Всё выглядит дорого и спокойно — но сегодня в этой размеренности чувствуется что-то напряжённое.

Ребята уже здесь: кто-то плавает, кто-то нежится на шезлонгах, кто-то смеётся у бара. Среди них — Влад.

Он лежит в дальнем углу, чуть в стороне от остальных, на шезлонге с тёмно-серой обивкой. Телефон в руке, взгляд скользит по экрану. Но даже в этой расслабленной позе — что-то хищное, настороженное.

Делаю шаг вперёд, снимаю халат. Ткань скользит по плечам, падает на пол.

Купальник простой, из плотной эластичной ткани. Я выбирала его не для соблазнения — только для удобства. Но сейчас, чувствуя на себе взгляды, понимаю: удобство не равно незаметность.

Кто-то присвистывает. Кто-то неловко отводит глаза. Андрей выходит из воды —