Водопад одержимости - Клэр Кингсли Страница 87

Снаружи дом был свежевыкрашен буквально на днях, и я, конечно, видела это. Мы остановились на нежно-зеленом цвете с белой отделкой. Новая входная дверь была окрашена в теплый каштановый цвет, и этот контраст прекрасно дополнял фасад.

Джосайя приостановился, держа руку на дверной ручке. — Готова?

Я практически подпрыгивала от волнения. — Да! О боже, не заставляй меня ждать.

Он открыл дверь, и я задохнулась.

Некогда пустой, запущенный дом полностью преобразился. Большие новые окна пропускали много света, а теплый коричневый цвет полов выглядел просто невероятно. Цветовая палитра была нейтральной и не скучной, стены, полы и отделка сочетались друг с другом, создавая идеальный фон для дома чьей-то мечты.

Вместо того чтобы повести меня вглубь дома, чтобы я могла увидеть кухню и столовую, он начал подниматься по лестнице. Она была из того же дерева, что и пол нижнего этажа, с белыми перилами в тон отделке. Так красиво. Дерево продолжалось на лестничной площадке и в коротком коридоре. Мы заглянули в три спальни. Я так и представляю себе двухъярусные кровати и разбросанные по ним детские игрушки. Возможно, одна из них — гостевая.

Какая-нибудь семья будет здесь очень счастлива.

Он привел меня в главную спальню, и я тут же сняла туфли.

— Что ты делаешь? — спросил он.

— Хочу потрогать ковер.

Я прошлась по нему босиком, шевеля пальцами и ощущая мягкость. Он был идеальным. Не такой высокий ворс, чтобы на нем задерживалась каждая частичка грязи, но достаточно плотный, чтобы приятно ощущаться под ногами.

Я не могла понять, забавлялся ли Джосайя или просто был озадачен, наблюдая за тем, как я тестирую ковер. — Ну как?

— Мне нравится. Тебе стоит попробовать, это очень расслабляет.

— Мне и так хорошо.

— Твоя потеря. Давай заглянем в ванную.

Он жестом пригласил меня пройти вперед.

Ванная не была большой, но недостаток площади Джосайя компенсировал стилем. Под двойной раковиной было много места для хранения, а зеркала в рамах были приятным акцентом. Здесь был большой отделанный стеклом душ и, как и в моем доме, красивая отдельно стоящая ванна.

— Как красиво, — сказала я. — Кто бы здесь ни жил, лучше бы воспользовался этой ванной.

— Надеюсь, что так и будет.

— Хорошо, что дальше? Могу я уже посмотреть кухню?

В ответ Джосайя жестом указал на дверь.

Макс побежал вперед и начал все обнюхивать, а мы с Джосайей спустились вниз. Без мебели прихожая и гостиная казались очень просторными. В передней части дома была небольшая комната, которая отлично подошла бы для кладовки или маленькой библиотеки. В задней части была большая гостиная с дровяной печью, которую они сохранили от прежнего дома. Я прямо видела, как уютно устроюсь у нее в холодный зимний день, наблюдая за падающим снегом через большие окна и новые французские двери, ведущие на задний двор.

Но кухня. Я завернула за угол, и у меня открылся рот от восторга.

— Боже мой, Джосайя. Она великолепна.

Деревянные шкафы были простыми, но красивыми, а кремовые кварцевые столешницы прекрасно с ними контрастировали. Он построил небольшой остров и покрасил его в зеленый цвет — я бы до такого не додумалась, но, слава богу, он это сделал, потому что это смотрелось потрясающе. Над островом висел светильник цвета античной бронзы с абажуром из фактурного стекла. Раковина была огромной, а фурнитура из нержавеющей стали гармонично вписывалась в интерьер.

— Только посмотри на это. — Я медленно обошла вокруг, осматривая все. — Это самая красивая кухня, которую я когда-либо видела.

— Какой дом тебе нравится больше? Этот или соседний?

— Ну, конечно, этот. Не пойми меня неправильно, мой дом восхитителен. Но здесь есть все, что я хотела бы видеть в своем доме. Как будто я сама его спроектировала.

— Ты так и сделала.

— Это правда, так и есть. Я подошла и обняла его за талию. — Спасибо, что позволил мне помочь. Это было весело.

— Есть еще кое-что.

Я отступила назад и посмотрела на него. — Что, задний двор? Нам не нужно туда выходить, я все время вижу его.

— Нет, вон там в шкафу кое-что есть. — Он указал пальцем на нужный шкаф.

— О, там спрятано место для мелкой бытовой техники? — Я подошла к шкафу. — Это было бы удобно.

— Просто открой его.

Внутри я обнаружила конверт. На обратной стороне было написано мое имя. — Что это?

Джосайя не ответил, и я открыла его. Там лежал сложенный белый лист, чистый снаружи. Я достала его и открыла. Синими чернилами было написано: — Добро пожаловать домой.

— Добро пожаловать домой? — Я подняла голову и встретилась с его глазами. — Что это значит?

Он улыбнулся. Самой большой, самой искренней улыбкой, которую я когда-либо видела на лице Джосайи Хейвена. — Это значит, что этот дом для нас.

Мой рот раскрылся, а глаза расширились. Я залепетала, пытаясь безуспешно сказать слишком много вещей одновременно. — Это… Что? Наше? Ты имеешь в виду… Я не знаю, что… Ты серьезно?

— Да, я серьезно. Сначала я этого не понял, но, кажется, я все это время готовил его для нас.

Я уронила лист на стойку и уже собиралась броситься в его объятия от чистого счастья, но он поднял руку. — Подожди.

— Что?

— Есть еще кое-что.

— Ты уже говорил об этом, и это оказался дом.

Он покопался в кармане и достал маленькую коробочку. Еще до того, как он открыл ее, я поняла, что это. Если до этого я лопотала всякую ерунду, то теперь потеряла дар речи.

Пока мои глаза наполнялись слезами, он приблизился. Я с трепетом наблюдала, как он медленно опускается на одно колено. Он поднял на меня свои серо-голубые глаза цвета шторма и, как и подобает Джосайе Хейвену, сказал просто.

— Ты выйдешь за меня замуж?

— О, да. О, да, да, да!

Мое тело вибрировало от возбуждения, как у моей собаки, когда она собирается получить лакомство. Слезы счастья текли из моих глаз, пока Джосайя доставал кольцо из коробочки и осторожно надевал его мне на палец.

Он поднялся, и я чуть не прыгнула в его объятия, но вовремя вспомнила о его травмированной ноге. Поэтому я просто обняла его. — Боже мой, я так тебя люблю. Ты спас мне жизнь, ты собираешься жениться на мне, ты построил мне дом, и прости, что я не могу остановиться, потому что я так счастлива, что не знаю, что делать.

Его руки крепко