Сломленная Джульетта - Лиса Рэйвен Страница 83

— Знаешь, он брал с собой эту фотографию по всему миру. — Я повернулась и увидела Элиссу, прислонившуюся к дверному проему. — Ну точнее, по всей Европе, по крайней мере. Смотрел на нее каждый вечер, прежде чем выйти на сцену. Я удивлена, что на ней до сих видно твое лицо.

— У меня есть такая же дома, — говорю я. — Это единственная наша фотография, которую я сохранила. Все остальные были сожжены во время алкогольной церемонии очищения.

— В Валентинов день? — спрашивает Элисса.

— Ага.

— У меня самой была парочка таких за последние годы.

Я кладу фото в книгу и помещаю ее обратно в ящик. Когда я поворачиваюсь обратно к Элиссе, ее лицо лучится улыбкой.

— Что?

— Я чуть ранее разговаривала с Итаном.

Меня тут же охватывает волнение. Он рассказал ей о то, что мы переспали?

Я стараюсь не подавать виду.

— О? Как у него дела?

— Даже по телефону понятно, что он на седьмом небе от счастья. Я права, предполагая, что между вами что-то произошло?

Ее лицо настолько полно надежды, что я не могу лгать.

— Пожалуй.

Я буквально вижу, как от нее исходят вибрации счастья.

— Ну… хорошо. Это… ого. Круто!

— Элисса, на самом деле, еще очень рано делать выводы.

— Я знаю, но на этот раз все получится. У меня нет сомнений. — Она подходит и целует меня. — Все эти годы он был безумно влюблен в тебя. В этот раз он не наделает делов. Я убеждена, что прямо сейчас мой брат – самый счастливый мужчина на свете.

— Ну, думаю, нам обоим причитается немного счастья, верно?

— Определенно. — Она целует меня, и затем притягивает к себе. — А теперь собирайся. Пять минут до занятия позиций.

— Хорошо. Буду на месте.

Когда она уходит, я иду к шкафу и нахожу там спортивную одежду Итана. Я беру их и обнимаю. Когда я закрываю глаза, то практически представляю его перед собой.

Две минуты спустя, я снова пытаюсь сделать свои упражнения по концентрации.

У меня получается.

На экране появляется его лицо, и у меня возникает желание вытянуть руку и прикоснуться к нему.

— Привет, — говорю я, и выдыхаю с облегчением.

Он вздыхает и облизывает губы.

— Вау! Привет. Черт, ты так прекрасна. Такое ощущение, что я не видел тебя несколько недель.                                                        

— Мы разговаривали прошлой ночью.

Он усмехается.

— Это было сто лет назад.

Он оглядывается через свое плечо, и мне удается разглядеть тускло освещенный интерьер его трейлера.

— У меня не так много времени на разговор. У нас перерыв между сценами. Я жду, пока они перенастроят свет.

— Ты опять будешь сниматься всю ночь?

— Мы заканчиваем на рассвете.

— Это твой костюм?

Он опускает на себя взгляд и улыбается.

— Ага. Сексуально, да?

На нем разодранная белая футболка, покрытая пятнами крови. Левая сторона его лица опухшая и покрытая синяками, а нижняя губа рассечена.

— Хммм. Да, очень брутально. Твой грим с кровоподтеками выглядит впечатляюще.

Он смеется.

— Э… да. Но не все из этого – грим.

— Что?

— Мы снимали крупную сцену драки прошлой ночью. Я извернулся, когда надо было пригнуться и… ну…

— Нет!

— Ага. Пау! Прямо в губы.

— Ох, Итан.

— Все нормально. Бывало и хуже.

— Когда?

Он потирает затылок.

— Всякий раз, когда гнев брал надо мной вверх, я ходил в один бар. Все было довольно жестко.

На секунду я задумываюсь о значении его слов.

— Ты намеренно ходил туда, чтобы ввязываться в драки?

— Ну, я ходил, чтобы выбить из кого-нибудь дерьмо, но время от времени, они уделывали меня.

— О, боже! Вот почему костяшки твоих пальцев всегда были в ссадинах?

— По большей части…

— Итан…

— Я знаю. Глупо, правда?

— Не глупо. Грустно.

— Я уже несколько лет не делал этого.

— А желание еще возникает?

Он замолкает.

— Иногда. Когда я напряжен.

— Когда был последний раз?

— Три месяца назад. В ночь перед началом наших репетиций. Я нервничал перед нашей встречей и отчаянно молился, чтобы не упасть в обморок на случай, если ты пошлешь меня.

— Так я тебя и послала.

— Да, но ты не всерьез.

— Еще как всерьез.

Он хмурится.

— Правда? Ого! Я совершенно неправильно истолковал тот момент. Что только к лучшему, иначе я бы скорее всего свалился с ног. Прямо, как прошлым вечером, когда каскадер ударил меня.

— Было больно?

— Не сравнится с той болью, которую я испытываю вдали от тебя.

Я вздыхаю.

— Я так сильно хочу поцеловать тебя сейчас.

— Да? — он подается вперед.

— Поцеловать тебя – первое из длинного списка вещей, которые я хочу сделать с тобой прямо сейчас. Я бы начала с твоих губ, и закончила… ну, будь моя воля, я бы не закончила. Я бы владела тобой всецело, постоянно.

Он пристально смотрит на меня и все внутри меня воспламеняется.

Этот взгляд всегда выводил меня из равновесия. Многие мужчины стремились заполучить меня в течение всех этих лет, но ни один из них не смотрел на меня так. Словно он принадлежит мне, так же всецело, как и я принадлежу ему.

Кто-то стучится к нему в дверь, и он оборачивается через плечо.

— Черт, они уже все подготовили.

— Хей, я тоже уже готов.

— Ладно. Люблю тебя. — Фраза просто вырывается сама по себе. Когда, черт побери, я стала так непринужденно говорить об этом? Мы сошлись всего-то пару дней назад!

— Кэсси? — говорит он, пока сопротивляется самой самодовольной улыбкой в мире.

— Не вини себя. Передо мной невозможно устоять. Я тоже люблю тебя.

Мне плохо спится, пока он вдали от меня. Мои мысли слишком громкие. Тело – слишком холодное. Все приемы с помощью, которых я забывала, как скучать по нему, нахлынули обратно с тревожной скоростью.

В день, когда он должен вернуться домой, я так сильно нервничаю, что мне становится плохо. Я брею ноги. Мою и сушу свои волосы. Переусердствую с макияжем. Наношу на тело лосьон, который окутывает меня достаточно приятным ароматом, чтобы возникло желание меня съесть.

И делаю я все это дрожащими