Рулетка для двоих. Часть 1: Онлайн - Павел Сугарин Страница 81

Все приветствие я выдал одной скороговоркой, хотя последний вопрос задал чисто для проформы. Сейчас мне вообще параллельно было, отвлекаю я его или нет.

— Здравствуйте, Егор. Я как раз собирался вам звонить.

— Странно, что только сейчас. Я ожидал вашего звонка на выходных…

На том конце образовалась пауза.

— Павел, алло! — Я не собирался давать собеседнику время на обдумывание. Было одно яростное желание давить напором. — Потрудитесь объяснить, почему вы без согласования что-то делали с комплексом, а потом решили дернуть моего сотрудника в выходной день.

— Как это без согласования? У нас все согласовано.

— У «вас», — поправил я. — А не у «нас». Я, лично, никаких распоряжений не подписывал.

— Так и не надо никаких распоряжений. У нас же есть договор расширенной поддержки? Вот в рамках этого договора мы и вызвали дежурного инженера для проведения работ на комплексе. Егор, мне не совсем понятны претензии с вашей стороны…

— …А мне не совсем понятно, какая аварийная ситуация у вас приключилась? Просветите меня, любезный коллега.

— Эм… Причем тут авария? До приезда вашей сотрудницы у нас все работало как часы. Это вам Юля наплела?

Вот и попался, гаденыш. Сам себя выдал.

— Наплела? Интересные у вас формулировки. Нет, мне никто ничего не «наплел». — Я подмигнул сидящей рядом Юле, слушавшей наш разговор так внимательно, что даже дышала она через раз. — Мой ответственный сотрудник только что проинформировал свое начальство, что в выходные был внеплановый выезд к клиенту. Согласно политике нашей компании и условиям договора, работы в выходные дни считаются по двойному тарифу. Итого, три тысячи евро без НДС, бухгалтерия оформляет документы сейчас. Павел, куда отправить счет: в ваш отдел или сразу директору департамента?

— Какой еще счет?! — Громкость в динамике увеличилась раза в три при упоминании о деньгах. Теперь в голосе собеседника явно прозвучали визгливые нотки. — Все работы выполнялись в рамках договора!

— Который в выходные дни предусматривает только аварийно-восстановительные мероприятия. Вы сами только что сказали, что сбоев у вас не было и все работало как часы. Значит, весь банкет за ваш счет. — Я выдержал паузу. — Или все-таки был сбой?

— Да, у нас сервер лег!

— А почему?

— Просто сам сломался!

— Павел, — я тяжело вздохнул, — ну я же не первый день работаю. Мне журналы аудита обязательно надо поднимать, чтобы найти причину? Или сами расскажете, кто и что делал на сервере без разрешения? Заранее предлагаю его уволить.

В трубке повисло напряженное молчание.

— Так мы дополнительное соглашение собирались подписать на установку обновления. Я же с вами обсуждал это на прошлой неделе!

— Собирались, Павел! — Я сделал акцент на первом слове. — Сначала надо подписывать документы, а потом дергать моих сотрудников посреди выходного дня. А не наоборот! Так что там насчет виновника сбоя?

Я почувствовал, что начинаю злиться все сильнее. Но уже не мог ничего поделать. Понеслась!

— А вы не говорили, что работы можно начать только после подписания!

— Нет, черт, на честном слове будем корячиться! — рявкнул я прямо в динамик. — А вы, может быть… когда-нибудь… заплатите. Наверное… Так?!

На том конце провода молчали.

— Павел, алло! — позвал я. — Внимательно вас слушаю!

— Егор, давайте оставаться в рамках профессиональной этики и спокойного тона?

Вот и его задело. Теперь мы вспомнили о вежливости!

Я вскочил, нависая над столом, склонившись к несчастному аппарату. Даже уже не рычал, скорее шипел в динамик, но был уверен, что собеседник отчетливо слышал каждое слово.

— Павел, я бы с радостью! Вы ведь именно так и поступили, когда позволили себе повысить голос на Юлию Михайловну? Оставались в рамках корпоративной этики?

— Наябедничала? Она сама виновата, что затянула работы до вечера! Есть же правила! У нас регламент: посторонним нельзя после девяти!

— Да хоть после двенадцати, мне похеру на ваши регламенты, я не сотрудник банка! Какого хрена вы тут еще заикаетесь о вежливости! — В сердцах я, что было сил, хлопнул ладонью по столу так, что даже спикерфон подскочил на месте. — О правилах вы вспомнили! Поставили патч самостоятельно без согласования — это по правилам?! Дернули моего сотрудника в выходной день, без уведомления аккаунт-менеджера, то есть меня, — это по правилам?! Вы позволили себе выставить мою коллегу из помещения, не дав полностью закончить работы, — тоже новое правило в банке ввели?! Вы угрожали какими-то там издержками и увольнением!.. Повысили голос на моего сотрудника!..

Я перевел дыхание.

— …Вы реально считали, что все это прокатит просто так?! Вы там совсем охуели от собственной важности и безнаказанности?!

— Да что вы себе позволяете!

— Это что вы себе позволяете?! На моих сотрудников только я могу повышать голос! На своих идиотов срывайтесь самостоятельно сколько душе угодно! Юля изначально не работник банка, она в более слабом положении. Уравняем силы?! Я — начальник отдела, вы — начальник отдела. Теперь мы в одинаковых позициях! Хотите со мной попробовать пообщаться на повышенных тонах? Я жду, Павел, давайте! Попробуйте, правда! Очень этого хочу!

— Я буду жаловаться вашему начальству! — Вот теперь визгливые интонации в его голосе превратились в истеричные.

— Да хоть в Лигу Наций, мне вообще насрать! Только своему руководству сначала счет принесите на оплату, когда прилетит по почте сегодня. Самодурок хитрожопистый!

На другом конце трубки раздались короткие гудки. Я схватил ни в чем не повинный аппарат и со всей ярости, что бушевала внутри, запустил его в стену. Мелкие пластмассовые брызги и зеленые микросхемы разлетелись по комнате высокотехнологичным фейерверком, символизируя окончание разгоревшейся битвы. Перед глазами мелькали разноцветные круги. С трудом я возвращался в реальность, понимая постепенно, где сейчас нахожусь и что натворил.

В горле была пустыня. Я протянул руку к стоявшей на столе бутылке с водой, и Юля машинально отшатнулась. Ее лицо побелело, а в широко распахнутых глазах плескался чистый, почти животный ужас.

Не думал, что способен так напугать окружающих.

— Да не шугайся ты, я уже в норме, — прохрипел я. Сорванное горло неприятно саднило — не стоило так кричать. Завтра точно без голоса останусь. Да, если бы только без голоса. Я усмехнулся, подумав о вероятных последствиях сегодняшнего срыва. Похоже, эта вспышка будет стоить мне намного больше, чем надорванные связки. Что ж, каждый должен нести ответственность за свои поступки.

Я посмотрел на часы, прикидывая время: минут пять-десять у меня точно есть в запасе.

— И что теперь будет, Егор? — пискнуло белокурое недоразумение.

— А что будет? — Я постарался вернуть себе спокойный, уверенный голос. — Счет им выставим по полной программе, как я и сказал. Деньги не ахти какие, зато этого крысеныша