Акцентор - Вероника Десмонд Страница 80

– Вы можете говорить тише. Я вас слышу.

У директора короткие волосы, широкий лоб и маленькие глаза, которые всегда были затуманены легкой пеленой. Он выглядит сильно старше своих лет – возможно, из-за глубоких морщин, возможно, из-за этого взгляда.

– Полиция тебя допрашивала? Какое твое последнее воспоминание?

Почему он спрашивает это? Я делаю еще один шаг назад.

– Мистер Ллойд!

Директор поворачивает голову в сторону голоса преподавателя, и я использую этот шанс, чтобы быстро свернуть за угол коридора. Забрав в гардеробной свое пальто, я выхожу на улицу и иду в сторону закрытого сада.

Холодный декабрьский воздух проникает до самых костей. Я боюсь Аарона, но все равно хочу найти его. Возможно, если я разозлю его, то он причинит мне боль, но вид того, каким одиноким и потерянным он выглядел, заставляет мое сердце истекать кровью.

Я лишь скажу, что его ждет отец, а затем вернусь в школу. Тем более мы больше не увидимся, верно?

Футляр со скрипкой давит на плечи. Я ищу мальчика, осматривая окрестности. Но как бы я ни старалась, я не нахожу его ни на той скамейке, ни в других уголках сада. Может быть, он уже уехал. Наверное, мистер Кинг забрал его домой.

Я поворачиваюсь в сторону выхода и останавливаюсь, чтобы наладить дыхание, а затем вдох застревает в моем горле. Аарон стоит неподалеку, облокотившись о статую. Его светлые волосы падают на глаза, почти сливаясь со свежим снегом.

– Привет, – бормочу я застенчиво.

Он не отвечает. Похоже, ему все равно.

– Тебя ищет папа… то есть мистер Кинг.

Поразительно. У него такие светлые волосы и такие темные глаза… Я размышляю над своими словами, пока он разглядывает мое лицо.

Я чувствую, как мои щеки начинают гореть.

– Почему ты не идешь домой? Разве тебе не хочется провести время с семьей перед Рождеством? Знаешь, кажется, раньше я любила праздники, а теперь мне грустно – особенно когда я думаю обо всех тех людях, которые празднуют одни, или о бездомных, которые вынуждены остаться на улице, потому что некоторые приюты закрываются. Тебе тоже грустно?

Боже, что я несу. Все это так неловко.

– Почему ты со мной разговариваешь? Ты жалеешь меня? – мальчик идет в мою сторону, осторожно и медленно, будто боится, что я исчезну.

Я чувствую, как мой живот сжимается. Аарон так часто был один. Никто из детей не заслуживает одиночества.

– Нет, – я качаю головой.

Когда он встает совсем близко и протягивает мне руку, я задерживаю дыхание, ощущая быстрое сердцебиение.

Он хочет, чтобы мы держались за руки?

– Отдай мне вещи. Тебе тяжело.

Ох.

Я делаю шаг назад, крепче сжимая футляр.

Боже, о чем я только что думала?

– Все в порядке, – шепчу я, смущенная, и замечаю, что щеки мальчика тоже порозовели – наверное, от холода.

– Хочешь, я покажу тебе мое любимое место? – тихо спрашивает он, неожиданно отводя взгляд.

Я молчу пару секунд, а затем мой счастливый голос громко пронзает воздух:

– Хочу.

– Идем, – Аарон незаметно стягивает с меня рюкзак со скрипкой. – Мы должны поторопиться.

Снег усиливается, пока я следую за его фигурой. Мои нервы трепещут, я позволяю себе незаметно наблюдать за ним. Его брови и длинные ресницы гораздо темнее цвета волос, а щеку осыпает пара родинок. Он действительно очень красивый, как и все говорят, и, кажется, не такой жестокий, как мне казалось. У него мягкий голос, а еще он замедляет свой длинный шаг, подстраиваясь под мой, и неожиданно улыбается.

Святое дерьмо.

Меня словно со всей силы ударяют под дых. Я никогда не видела, чтобы Аарон улыбался.

Он отводит меня в закрытое крыло школы.

Просторная территория окружена каменными стенами поместья, вдали виднеется заснеженный живой лабиринт, а в центре стоит широкий фонтан с большим ангелом, который держит чашу. Аарон хватается за мой рукав и тянет меня на скамейку, расположенную под аркой. Снег наконец-то перестает падать на мои волосы.

– Вау, – выдыхаю я. – Я даже не знала, что у школы есть другое крыло. Как ты его нашел?

– Мне показал его друг, – произносит он, рассматривая слуховой аппарат в моем ухе. – Мой единственный друг. Самый лучший.

Я сажусь поудобнее и кусаю губу, когда наши пальцы соприкасаются. Щеки Аарона горят так же сильно, как и мои.

Почему он кажется таким счастливым? В моем животе теплеет, потому что никто из нас не убирает руку.

Аарон глубоко вздыхает и отворачивается, наблюдая за тем, как медленно падают хлопья белого снега.

– Однажды, когда мы повзрослеем, я сделаю с тобой вещи, которые ты никогда не забудешь, Элеонор.

Дрожь проходит по моему позвоночнику, нагревая кожу в холодную погоду. Я даже не знаю, издевается ли он или говорит всерьез, но мне становится все труднее сдерживать улыбку.

– Ты шутишь?

Он качает головой.

– Нет. Я построю для тебя дом, похожий на это место. Там будет сад и оранжерея с роялем. Ты будешь петь и играть на скрипке сколько захочешь, и я буду рядом.

Я теряю дар речи. Мы едва ли не в первый раз разговариваем, а он хочет построить для меня дом? Я отворачиваюсь, чувствуя, как жар проникает в каждый дюйм моего тела, а затем подскакиваю на месте, заметив вдалеке отца, движущегося прямо на нас.

О нет, нет.

Нет.

– Уходи, – выдыхаю я испуганно.

Выражение лица Аарона меняется на растерянное.

– Что?

– Уходи! – умоляю я, вскакивая.

Его челюсти напрягаются, он медленно поднимается и пытается схватить меня за руку, но я отхожу назад.

– Уходи, Аарон.

По какой-то причине мне вдруг хочется громко зарыдать, когда я вижу перемену в его глазах. Его прекрасные карие глаза снова пустые, снова безжизненные. Он опускает руку и застывает, пока я умоляю его:

– Прошу тебя…

– Я понял. Я ухожу, Эль, – Аарон делает паузу, а затем все-таки ловит меня, сжимая в объятиях и прижимаясь губами к моему лбу. Господи, почему он так дрожит? Он… он плачет? – Мы скоро увидимся, маленький ангел.

А затем он уходит.

Аарон уходит.

Когда его фигура скрывается за аркой, мои плечи сутулятся. Интуиция кричит, что я сделала что-то неправильное, даже кощунственное, но разъяренное лицо папы пугает меня до смерти, как и его тяжелая пощечина и напряженный голос:

– Элеонор. Ты меня очень разочаровала.

Примечание:

Предвзятость подтверждения – тенденция человека искать и интерпретировать такую информацию или отдавать предпочтение такой информации, которая согласуется с его точкой зрения, убеждением или гипотезой.