После брака. Ненужная бывшая жена - Анна Томченко Страница 8

Паша нахмурился, и я поняла, что у него все лицо потемнело, как будто бы туча заслонила солнце.

Он дёрнул подбородком и тяжело выдохнул:

— Как знаешь. Как знаешь, пусть я плачу за спокойную совесть, но только посмей мне разбрасываться подарками и не забудь, надо документы на землю подписать.

Я качнула головой и произнесла:

— Целоваться не будем. — презрительно скривила губы, Паша закатил глаза, но в этот момент загораживая всю парковку, остановился внедорожник.

Из него вышел мужчина.

— Татьяна, душа моя, я не только с поздравлениями, но я ещё и с предложением!

Глава 10

— Добрый день, — тихо произнесла я. И в этот момент Павел шагнул вперёд, оставляя меня у себя за спиной.

Я не могла видеть, что у него было написано на лице, но по тому как он резко и внезапно выбросил руку вперёд, я поняла, что он однозначно зол.

— Здравствуйте, Антон Дмитриевич Разумовский, пятьдесят один год. Я ведь не ошибся? — лениво произнёс Павел тем самым своим голосом, которым обычно он общался с оппонентами, только немного лениво. Пресыщенно.

— Добрый день, не ошиблись. — Антон Дмитриевич в ответ протянул руку, и свершилось крепкое мужское рукопожатие. — С кем имею честь?

— Павел Градов, бывший супруг Татьяны Андреевны. А вы, так понимаю, и есть наш самый знаменитый землевладелец?

Я знать не знала о том какая информация есть у Павла.

А как по мне Антон приятный мужчина, достаточно обходительный в общении. Но я не понимала, откуда у Паши эта информация и зачем она ему вообще нужна была.

— Ну, собственно, так и есть, владелец посёлка, точнее, строительной фирма, которая строит посёлок. Вы же знаете, мы сейчас не в аренде.

— Это, конечно, спорный вопрос, взять хотя бы тот момент, когда перекупались садовые участки. — Медленно произнёс Павел, и я поняла, что на Разумовского у моего мужа однозначно есть папочка в сейфе, но я не понимала, зачем он сейчас акцентирует на этом внимание…

— У нас все было проведено в самом лучшем виде. — Усмехнулся Антон Дмитриевич.

— Нет, было у вас несколько участков, которые, скажем так, оставляют вопросы, потому что земля не была приватизирована старым владельцем. Покупало её юрлицо, которое по определению не может оформить отчуждение. Так что я вам рекомендую озаботиться этим вопросом уже сейчас, Антон Дмитриевич, — с таким нажимом протянул Павел, что мне стало не по себе.

Но Разумовский никак не отреагировал, только усмехнулся и заметил:

— Благодарю за совет, однако ваша осведомленность, будь я неподготовленным человеком, вероятнее всего, пугала бы… — Разумовский вскинул бровь.

— Не стоит, я должен был точно выяснить, где у моей жены будет летняя дача.

— Понятно, — Разумовский цокнул языком и перевёл на меня глаза.

Букет здоровых георгин он так и держал в руках, а Павел как будто бы не осознавал дебильность момента и стоял на своём, никуда не двигался, никуда не уходил.

— Паш. Тебя ждут.

Я проводила его ничего не понимающим взглядом и только покачала головой, глядя на то, как он выезжает с паркинга.

— Однако эпатажная личность, — произнёс Антон Дмитриевич.

— Простите, у нас сегодня немножко странный день.

— Да, я вас умоляю. Дни у всех бывают странные, это вам… — букет протянул. — Не знал, если честно, что подарить более личного, поэтому решил остановиться на селекционных георгинах.

— Спасибо, они очень красивые. Пройдёте? — смущено уточнила я.

— Если позовёте.

Антон Дмитриевич усмехнулся и сделал шаг вперёд, пропустил меня в калитку и, закрыв её за собой, хмыкнул.

— Однако я не знал, что ваш супруг настолько осведомлён.

— Бывший супруг, и, вероятно, у него просто не было повода об этом сказать. Но это вполне в его духе…

— Даже так. И как же вы с ним разводились?

— Нормально, — пожала я плечами.

— А что вы говорили по поводу предложения? — Остановившись возле столиков с закусками, спросила я. И в этот момент ко мне подошла официантка, забрала букет, я благодарно кивнула.

— Ах, о предложении. Ну, знаете, в контексте нашей сегодняшней встречи я бы мог смело сказать, что это предложение руки и сердца.

Антон Дмитриевич улыбнулся, а только с моих губ слетела улыбка.

Я тяжело вздохнула и бросила косой взгляд на дочерей.

— Татьяна, если вы видите, что шучу я очень глупо, то не стоит молчать.

Я вздохнула и пожала плечами.

— Вы лучше озвучьте предложение.

Антон Дмитриевич улыбнулся, потёр кончиком мизинца левую бровь.

— А знаете, что я от вас хочу, Танюша…

Глава 11

Если Антон Дмитриевич сейчас что-то скажет по поводу детей, я буду орать как чайка.

— Татьяна Андреевна. Я же знаю, что у вас есть пекарня, Кренделёк, правильно?

Я благосклонно кивнула, желая услышать продолжение всего этого.

— А у меня в этом посёлке есть торговые площади. И вот как-то так вышло, что в целом я сейчас могу их выставить на продажу, либо заняться просто арендой. Один сектор у меня уже покупают. Один забирают под торговую точку. И вот третий сектор, там как раз несколько помещений, которые в принципе подходят под пекарню. Я подумал, почему бы нам не разнообразить наш посёлок. У нас здесь и так бассейны, клиники, детские кружки будет ещё и пекарня. Что вы по этому поводу думаете?

Я вздохнула.

— Я не знаю, Антон Дмитриевич, — вздохнула я и пожала плечами. — Я не рассматривала никакую теорию того, что мне надо расширяться, и ваше предложение, оно звучит для меня сейчас очень неожиданно.

— Ну, вы подумайте.

— В любом случае я буду думать не день и не два, потому что, во-первых, мне нужна квадратура этой площади, рентабельность места. Я не буду открывать пекарню на посёлок в гость сотен домов просто потому, что место пустует, это не так выгодно, как вам кажется.

— Ну отчего же? Вот, предположим, на Айской у вас вообще внутри жк есть пекарня.

— Да, но суть в том, что там больше нигде нет ни супермаркетов с возможностью приобрести хлебобулочные, ни каких-либо кафешек. И поэтому условно на несколько кварталов у меня у одной там есть местечко. Да, там есть ещё какой-то супермаркет продуктовый, но свежей выпечки там нет, поэтому там это выгодно. А у нас на весь посёлок есть масса супермаркетов и поэтому я не думаю, что это очень необходимый сейчас для меня шаг.

— В любом случае я ни на чем не настаиваю. У вас есть несколько недель, прежде чем я дам окончательный ответ.